Чтение онлайн

Даже зная, что он не тренируется с нами четвермя, я все равно ищу его в коридорах по пути. Я вижу несколько знакомых лиц, но не его. Когда я проверила книгу этим утром, ее содержание изменилось. Добавлено больше имен, а имя Малахии теперь вычеркнуто. Это выводит меня из себя.

— Ты отстаешь, — говорит Теос, делая паузу и поворачиваясь в сторону, когда оглядывается на меня. Он наклоняет голову к моему лицу, при этом прядь белокурых волос падает ему на лоб. — Что случилось?

— Ты знаешь, где Малахи? — Спрашиваю я.

Выражение его лица меняется, отражая удивление, брови приподнимаются, губы приоткрываются. — Почему ты хочешь это знать?

Я качаю головой. — Не здесь.

Руэн и Каликс тоже останавливаются, в нескольких шагах впереди нас. — Его перевели в Академию в Ортусе, — говорит Руэн.

Когда он смотрит на меня, низ моего живота натягивается, как струна. Я игнорирую это ощущение и киваю, принимая его ответ. — Это нормально? — Я спрашиваю. — Ну, перевод из одной Академии в другую? В середине семестра?

Глаза Руэна сужаются. — Такое случается, — медленно произносит он, но я слышу то, чего он не договаривает. Он тоже находит это странным.

Поскольку больше ничего не остается, мы вчетвером идем дальше, пока не достигаем песчаной арены и не занимаем свои места перед Аксланом, который стоит, заложив руки за спину и расставив ноги на ширину плеч.

— Добрый день, — произносит он гораздо более официально, чем обычно.

Не требуется много времени, чтобы понять почему. Над нашими головами, на балконе, предназначенном для Богов во время настоящих сражений, сидят две фигуры и смотрят на нас сверху вниз. Я узнаю их лица по тому единственному разу, когда я столкнулась с Советом Богов.

Темнокожая Богиня, известная как Македония, сидит с прямой спиной, положив руки на каменные подлокотники по обе стороны от себя. Её пышные, словно облако, волосы собраны в один объёмный пучок, обрамляющий голову, а среди завитков покоится золотая корона. Её любопытный, но сдержанный взгляд падает на меня, и я почти инстинктивно выпрямляюсь под её пристальным вниманием.

Рядом с ней Данаи сидит в той же позе, что и Македония. Ее присутствие замечают большинство учеников класса Акслана. Царица здесь.

Шепот доносится до меня с того места, где я стою, по направлению к передней части толпы.

…Что она здесь делает?

… Ты думаешь, они планируют устроить еще одно сражение, чтобы развлечь Совет Богов?

Я собираюсь произвести на нее впечатление своими способностями, просто подожди и увидишь…

Слова проходят мимо моих ушей, не оставляя следа. Волнение других учеников меня не волнует. Руэн наклоняется ближе ко мне, понижая голос, и шепчет мне. — Не проявляй враждебности, Кайра, — выдавливает он сквозь зубы. — Прояви к ним уважение.

Почему я должна? Они не заслуживают моего уважения, я хочу огрызнуться в ответ. Но я этого не говорю. Вместо этого я для разнообразия слушаю его и снова перевожу взгляд на Акслана. Я не знаю, почему двое членов Совета Богов соизволили наблюдать за нашей тренировкой ради их кровавого развлечения, но я не позволю этому отвлечь меня.

— Как вы заметили, сегодня у нас аудитория, — продолжает Акслан. — Поэтому сегодняшняя тренировка будет немного отличаться от вашей обычной. Сегодня у нас будут учебные сражения, один на один, каждое по очереди. Вы можете использовать всю площадь арены, как если бы вы были в настоящем сражении.

Кто-то позади меня поднимает руку. — Эти учебные сражения будут не на жизнь, а на смерть? — спрашивает низкий голос.

Акслан качает головой. — Нет. Сегодня мы просто понаблюдаем, насколько вы улучшили свои навыки. Некоторые из вас могут продвинуться. — Взгляд Акслана падает на трех братьев Даркхейвенов, и на мгновение мне кажется, что он собирается попросить их порекомендовать кого-нибудь. Вместо этого он указывает на девушку во втором ряду, а затем на мужчину в самом дальнем.

— Давина и Рейз. Вы двое начнете первыми. Вы можете использовать любые способности, которые у вас есть. Битва будет продолжаться до тех пор, пока кто-нибудь из вас не потеряет сознание или пока я не скажу об этом.

Твердая рука хватает меня за руку и начинает тащить назад. — Пошли. — Я с удивлением поднимаю взгляд и вижу, что это Теос.

— Что? Куда мы идем? — Спрашиваю я.

— Трибуны, — отвечает он.

Руэн и Каликс следуют за нами, когда мы выходим с арены, оставляя позади двоих избранных для начала пробных боев, и я обнаруживаю, что меня ведут к тому же месту, которое Даркхейвены занимали на настоящих сражениях все эти недели назад. На этот раз, вместо того чтобы быть вынужденной стоять рядом с ними, Теос тянет меня вниз, на подушку рядом с собой.

— Почему они делают это сейчас? — Спрашиваю я, любопытствуя узнать, осведомлены ли Даркхейвены лучше о планах Богов, чем я.

— Они, вероятно, хотят посмотреть, ожидать ли каких-то зрелищных сражений, — говорит Руэн.

— Или, возможно, они ищут новые игрушки, — отвечает Каликс с глубоким смешком.

Он наклоняется вперед выглядывая через своих братьев и подмигивает в мою сторону. — Может, покажем им, на что мы с тобой способны, маленькая лгунья?

Я показываю ему средний палец, на что он фыркает от смеха, прежде чем Руэн пихает рукой в его грудь. — Держи это в штанах, — хмыкает он.

— Ну-ну, — говорит Каликс, — я точно знаю, что наша маленькая больше-не-Терра любит, когда я без штанов.

Я закатываю глаза от его колкости и сосредотачиваюсь на арене, когда два вызванных ученика выходят на середину арены лицом друг к другу. Давина — высокая стройная женщина с заплетенными в косички светлыми волосами и миндалевидными глазами. Напротив, ее противник — Рейз — мускулистый мужчина с золотистой кожей, которую невозможно заполучить ни при каком количестве солнечного света.

Они вдвоем стоят лицом к лицу, пока Акслан повторяет правила боев. Затем, когда Бог поворачивается и покидает арену, они продолжают ждать, пока он не появится над ними на балконе рядом с Данаи и Македонией.

— Начинайте!

Огонь взрывается в песке, поднимая такой густой столб пыли, что мне приходится наклониться вперед и прищуриться, чтобы что-нибудь разглядеть. Фигуры двух людей выныривают из облака долю секунды спустя, когда Давина и Рейз мчатся по песку арены, не сводя взгляда со своего противника с явным намерением.