Чтение онлайн

— Давина не дурачится, — бормочет Руэн.

— Конечно, нет, — отвечает Теос. — Боги наблюдают.

Я оглядываюсь по сторонам, отмечая, что трибуны в основном пусты. Единственные люди, которые наблюдают за происходящим, — это те, кто в это время тренируется, и три Бога, руководящие этой имитацией битвы. Я снова ловлю себя на том, что обращаю свое внимание на балкон.

Глаза Данаи прикрыты тяжелыми веками, когда она наблюдает, как два Смертных Бога сражаются друг с другом. Она выглядит незаинтересованной, и это заставляет меня задуматься, зачем она вообще потрудилась прийти. Македония, однако, другая. Она сидит подавшись вперед, пристально глядя на двоих, сражающихся на арене, как будто пытается разобраться в их стратегии.

С другой стороны, из того, что я теперь знаю, она Богиня Знаний без сомнения, это то, чем она всегда интересовалась. Познание других.

Бой между Давиной и Рейзом заканчивается вничью, Акслан объявляет следующих соперников. Мужчина по имени Парван Роквелл и… Руэн хлопает Каликса ладонью по груди, когда тот собирается вскочить, услышав его имя.

— Не убивай его, — рычит Руэн.

Каликс хмуро смотрит на него сверху вниз, а затем тяжело вздыхает. — Прекрасно. — Он указывает на меня, когда Руэн убирает руку со своего брата. — Но тогда ты должна мне ночь.

— Что? — Я изумленно смотрю на него. — Почему я? Я не просила тебя не убивать его.

Каликс перекидывает ногу через край обрыва в несколько футов, вместо того чтобы прогуляться, как поступил бы любой здравомыслящий человек. — Неважно. Я согласился. Ты заплатишь, когда я выиграю это дело, маленькая лгунья.

Рычание наполняет мое горло, когда он поворачивается и затем исчезает за бортиком, появляясь лишь мгновение спустя, когда он уверенно шагает по песку, пока не достигает центрального ринга, где его ждет темнокожий мужчина с широкими плечами и узкой талией.

Я наклоняюсь к Теосу. — Какие способности у Парвана? — Спрашиваю я.

Теос бросает на меня взгляд. — Беспокоишься о Каликсе?

Я фыркаю. — Вряд ли. Просто любопытно. — Если кто и заслуживает моего беспокойства, так это противник Каликса. Я не сомневаюсь, что единственная причина, по которой Парван покинет эту арену, с бьющимся сердцем, — это из-за приказа Руэна.

Теос снова обращает свое внимание на арену. — Он подавитель.

— Подавитель? — Я хмурюсь. — Что это?

На этот раз отвечает Руэн. — Он сводит на нет силы других, — говорит он. — Вероятно, именно по этой причине его выбрали выступить против Каликса. Если он прикоснется к нему, Каликс не сможет использовать свою Божественность.

Я сажусь прямее на своем месте и сосредотачиваю взгляд на новом поединке, когда он начинается. Подавитель — это то, о чем я никогда раньше не слышала. Возможно ли, что силы этого человека влияют и на Богов? Интересно.

К несчастью для Парвана, Каликс быстро демонстрирует, что его сила не связана с его физическими способностями. Даже когда руки Парвана хватают Каликса и пытаются повалить его на землю, Каликс открыто смеется и поднимает противника, ловко поднимая его и швыряя в стену арены, которая находится по крайней мере в пятнадцати футах от него.

Парван с кряхтением ударяется о твердую стену, и когда он приземляется, поднимается новое облако песка. Однако для него уже слишком поздно. Как только Каликс чует слабость, он оказывается сверху на другом мужчине с кулаками. Его широкая улыбка вспыхивает белизной, когда он ухмыляется и бьет другого мужчину снова и снова. Кровь брызжет ему в лицо, и этот факт, кажется, только раззадоривает его еще больше. Жалость к другому Смертному Богу расцветает у меня внутри.

Битва длится недолго, но Акслан не прекращает ее до тех пор, пока Парван не теряет сознание и несколько Терр не выбегают на арену, чтобы убрать его с поля боя. Варварство даже не описывает этого. Я перевожу взгляд на остальных учеников, с любопытством оглядываясь, чтобы узнать, кого вызовут следующим, когда слышу голос Акслана, разносящийся над ареной.

— Кайра Незерак и Теос Даркхейвен. Займите свои места на арене.

Глава 30

Кайра

О, они хороши. Я медленно поднимаюсь со своего места, чувствуя на себе жар трех пристальных взглядов, когда поворачиваюсь и направляюсь к выходу с трибун. Очень, очень хороши.

Даркхейвены предупредили меня в уединении своих покоев, что Боги проявляют ко мне любопытство. Вызов Азаем Руэна, чтобы конкретно спросить обо мне и моих способностях, не был даже первым намеком на то, что они хотят узнать больше обо мне и о том, что я могу сделать. Кэдмон почти намекнул на это. И вот я здесь — собираюсь показать им, на что именно я способна, и у меня нет другого выхода.

Позади меня раздаются быстрые шаги. Голос Теоса, низкий и хриплый, достигает моих ушей. — Не волнуйся, — бормочет он. — У нас есть план на случай непредвиденных обстоятельств. Мы справимся с этим. Ты хорошо владеешь клинком. Мы захватим мечи по пути на арену и…

— Все в порядке, — говорю я, прерывая его, и бросаю взгляд через плечо. — Я не волнуюсь.

Я злюсь.

Мы вдвоем покидаем трибуны и входим в затемненный внутренний коридоров, который ведет обратно к центру арены. Теос догоняет меня и идет рядом.

— У них возникают подозрения, потому что они еще не видели моих способностей, — говорю я. — Они хотят знать, на что я способна. Даже если, технически, не у всех детей Богов бывают те же силы, что и у их Божественных родителей, иногда всё же это так. Уверена, они хотят понять, так ли это в моём случае.

Я ощущаю потрясение Теоса. — Ты действительно собираешься использовать свои способности?

Не вижу, чтобы у меня был какой-то другой выбор. — Не сейчас, — говорю я ему, бросая на него взгляд краем глаза. — Но если я чему-то и научилась, так это тому, что нельзя казаться слабой перед сильным врагом.

Солнечный свет льется в конец коридора по мере того, как мы приближаемся к арке. Стройный Терра стоит в стороне, опустив руки с мечами и другим оружием.

— Найл… — Я останавливаюсь перед ним. Мою грудь сдавливает. — Как у тебя дела…

— Не время, Кайра. — Теос хватает два меча и передает один мне. — Двигайся.

Найл опускает голову и отступает. Я рычу проклятия в адрес Теоса, но, несмотря ни на что, топаю вперед, навстречу яркому солнцу на боевой арене.

Акслан, Данаи и Македония все сейчас стоят бок о бок, их сверкающие Божественные глаза прикованы к нам двоим, когда мы направляемся к центру арены. Ни один из учеников не кричит. Слышно только биение моего сердца — в ушах, в крови — и ветер, шепчущий по разгоряченной коже, несмотря на то что на улице всё ещё прохладно. Зима до сих пор цепляется за воздух, хоть и должна была давно уйти. Я благодарна за лёгкое прикосновение ветра к коже, когда мы с Теосом занимаем позиции примерно в двадцати футах друг от друга — в невидимом кольце, куда большем, чем если бы мы просто тренировались.

Я закрываю глаза и чувствую, как пузырь тьмы поднимается из груди к голове. Я могу победить, если захочу. Теос — сильный Смертный Бог. Его сила — искрящееся отражение неба. Я видела её — бело-золотые молнии, что вырываются из-под его пальцев по его команде.

Однако тьма поглощает свет, и я проглочу его целиком.

Нет. Эта мысль звенит у меня в голове, когда острие соперничества угрожает заставить меня совершить ошибку на этой арене. Боги еще не знают, кто мой Божественный родитель. Невозможно сказать, от меня ли исходят мои силы или от неизвестной Богини, которая произвела меня на свет, а затем исчезла из моей жизни. Моя рука сжимается на рукояти меча. Я должна действовать в этой ситуации осторожно. Сражайся настолько, чтобы показать им, что они не считают меня слабой, но ровно настолько, чтобы не представлять угрозы.