Чтение онлайн

Он стоял посреди зала, босой, в простых тренировочных штанах, с обнажённым по пояс торсом. Его тело, идеальное сочетание мощи и грации, было испещрено сетью шрамов — белых старых и розовых свежих. Мускулы на спине и плечах играли под кожей, напряжённые, как тетива. В руках он сжимал не обычный стальной меч, а клинок, выкованный из его собственной крови — длинный, изогнутый ятаган с зубчатым лезвием, пульсирующий тусклым алым светом. Он был холодным и живым одновременно, продолжением его воли, его гнева.

Перед ним, с трудом поднимаясь с матов, отряхивался его спарринг-партнер — рослый, мускулистый инструктор из личной гвардии дома Грифонов, человек с лицом, иссечённым шрамами. На его щеке алела свежая ссадина.

Инструктор молча поднимается, кивает с уважением, смешанным с болью, и отступает, не говоря ни слова.

— Снова не сдержался, Грифон?
– раздалось из толпы.

С Лео спарринговались либо мазохисты, либо те, кому позарез нужны были его покровительство.

Лео не ответил. Он даже не слышал. В его ушах всё ещё стоял оглушительный рёв — не зала, не толпы, а тот, внутренний, что бушевал у него в крови. Он видел перед собой не инструктора, а мишень. Сумрак. Пятна света. Искажённые лица. Ярость, которую он едва успел обуздать вчера, снова поднималась из глубин, требуя выхода. Он чувствовал её на языке — металлический, горьковатый привкус.

Он ринулся в атаку. Его движения были не отточенными приёмами академического фехтования, а чистой, необузданной агрессией. Он не фехтовал — он рубил, ломал, давил. Кровавый ятаган с воем рассекал воздух, оставляя за собой багровый след. Партнёр едва успевал парировать, отступая под этим шквалом. Скрип кожи по песку, тяжёлое дыхание, короткие, резкие выкрики — всё это сливалось в единый гул, под который удобно было прятать собственные мысли.

Слабая кровь. Бледная кровь.

Мысль вонзилась острее любого клинка. Образ её — той, Орхидеи. Бледное, испуганное личико в тени колонны. И тот взгляд… не униженный, не отведённый, а… что? Испуганный, да. Но в самом испуге была какая-то странная ясность. Как будто она видела не его титул, не его мощь, а что-то под ней. То самое, что он так яростно скрывал.

И этот запах. Мимоходом. Микроскопическая капля в океане запахов Зала — железа, пота, духов, страха. Но он уловил его. Чистый, холодный, цветочный. Не розы. Что-то другое. Хризантемы? Он не знал названий цветов. Но этот запах… он на миг перебил знакомое пьянящее головокружение ярости. Он был как глоток ледяной воды в адском пекле.

Отвлекись.

Лео с рыком усилил натиск. Его клинок, словно живой, изогнулся и со скрежетом отбросил меч противника. Он оказался вплотную, лезвие ятагана под самой шеей ошеломлённого юноши. В жилах Лео пела кровь, требуя завершения, требуя крови настоящей. Его зрение на миг поплыло, окрашивая мир в багровые тона. По его руке от локтя к запястью проступила алая, горящая полоса — знак дикой силы, рвущейся наружу.

Он видел пульсацию на шее противника. Слышал его учащённое, прерывистое дыхание. Инстинкт вопил: «Добей!».

Но где-то в глубине, сквозь рёв, пробился ледяной осколок разума. Контроль. Дисциплина. Они смотрят. Все всегда смотрят.

С нечеловеческим усилием воли он отшатнулся назад. Кровавый клинок рассыпался в воздухе мельчайшими алыми брызгами, впитавшись обратно в его кожу.

— Всё, — прохрипел Лео, отворачиваясь. Его голос звучал хрипло, чужим. — На сегодня хватит.

Партнёр, бледный, кивнул и поспешно ретировался, не говоря ни слова.

Лео остался один в центре пустого зала. Грудь вздымалась, сердце колотилось, отливая по телу волнами жара. Он подошёл к каменной стене и с размаху ударил по ней кулаком. Боль, острая и ясная, на миг пронзила туман ярости. Он прислонился лбом к прохладному камню, пытаясь унять дрожь в руках.

Проклятие. Проклятие его крови, его рода. Эта вечная борьба, этот зверь под кожей, что рвался на свободу с каждым годом всё сильнее. Они все ждали от него величия. А он каждую секунду тратил все силы, чтобы просто не сойти с ума. Не превратиться в то чудовище, которым пугали детей в сказках.

И тогда, в тишине, нарушаемой лишь его собственным тяжёлым дыханием, он снова уловил его. Призрачный, едва уловимый шлейф. Хризантемы. Он обернулся, почти ожидая увидеть её, стоящую в дверях. Но зал был пуст.

Это было в его голове. Обонятельная галлюцинация. Наваждение.

Он с силой провёл рукой по лицу, пытаясь стереть и этот запах, и образ её больших, испуганных глаз. Ему было не до измождённых девиц из обедневших родов. У него была своя война. Война с самим собой.

Но почему тогда он не мог забыть это мимолётное ощущение… спокойствия? Того, как на миг отступила ярость, уступая место чему-то чистому и тихому.

С гримасой отвращения к собственной слабости он схватил с лавки тунику и накинул её на плечи. Ему нужна была нагрузка. Ещё. Больше. Он должен был устать настолько, чтобы вырубиться без снов. Чтобы никакие бледные лица и дурацкие цветочные ароматы не преследовали его.

Но пока он шёл к выходу, сжимая кулаки, на периферии сознания упрямо жила одна мысль. Она была слабой. Ничтожной. Но она что-то знала. Чувствовала. И это делало её опасной.

А всё опасное нужно было либо контролировать, либо уничтожать. Таков был закон его мира.

Он вышел из тренировочного зала, и яркий свет ударил ему в глаза, заставив нахмуриться. Академия жила своей обычной жизнью: группы студентов, громко обсуждающих лекции, слуги, снующие с посылками, доносившиеся откуда-то звуки арфы. Весь этот шум, вся эта суета казались ему фальшивыми и невыносимо мелкими после тишины его личной битвы.

Лео шёл, не замечая почтительных поклонов и испуганных взглядов, которые расступались перед ним, как вода перед форштевнем корабля. В голове стучало: Контроль. Дисциплина. Порядок. Мантры, вбитые в него с детства. Но сегодня они не работали. Сквозь привычный ритм пробивался другой — лёгкий, неуловимый, как запах тех damn цветов.

Он почти дошёл до своих покоев, когда его окликнул знакомый голос, полный подобострастия и подобранной язвительности.

— Лео! Поздравляю с впечатляющей демонстрацией вчера. Твой дом, как всегда, затмил всех.

Перед ним, улыбаясь подобранной, неестественной улыбкой, стоял Кассиус из дома Ястреба. Высокий, худощавый, с острыми чертами лица и глазами-буравчиками. Вечный спутник, вечный подхалим, вечный rival.

Лео лишь бросил на него короткий взгляд, не останавливаясь. — Оставь лесть, Кассиус. Она тебе не к лицу.

— Лесть? — тот притворно удивился, легко поспевая за его широким шагом. — Я говорю лишь о фактах. Хотя… некоторые вспышки были действительно… своеобразными. — Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. — Особенно та, первая. Розовая. От дебютантки из дома Орхидей. Смешно, не правда ли? Как они вообще умудряются сохранять место в Академии?

Имя прозвучало, как щелчок бича. Лео резко остановился, заставив Кассиуса чуть не наткнуться на него. Он медленно обернулся, и его золотистые глаза, ещё хранящие отсвет недавней ярости, сузились.