Чтение онлайн

И девушка вновь ощутила смятение, как от крамольных слов эльфа, так и от его чарующей улыбки вкупе с задорным подмигиванием. Но найдя в себе силы, улыбнулась в ответ, почти прошептав «шпионским» голосом:

– Я никому не скажу, обещаю!

Глаза эльфа заискрились от новой улыбки, когда он поднял бокал и отсалютовал в тосте:

– За тайны!

– За разгадку тайн!

Кивком головы, приняв поправку Мары, Тариэль пригубил немного вина, пристально следя за девушкой – ему была интересна её реакция. И она вновь его не разочаровала:

– Всеблагая, это вино? Я будто бы выпила глоток солнечного света, густо замешанного на липовом меду! Я не первый раз пью эльфийское, но такое…

– Это вино из Долины Саймалир.

– О Боги…

– Ну, делают его почти Боги.

Мастер удивлённо посмотрела на эльфа. Настала очередь Тариэля заговорщически шептать:

– Дом Йод.

– Да вы что! Это то самое?

Было чему удивляться! Дом Йод – один из Великих Домов, но его представителей почти не осталось, так что о нём обязательно бы забыли, если бы не вино, которое делают только они и только в очень малых количествах – Слёзы Солнца, Сии Алис. Кроме необыкновенного вкуса, вино это обладает и особыми свойствами. Его пьют в небольших дозах и строго до еды, как своего рода эликсир, бодрящий напиток. Выпивший его, ощущает прилив сил и энергии, а в некоторых случаях, очень редких правда, может увидеть той же ночью и вещий сон. Про вещий сон все могло быть лишь красивой сказкой, но вот волну силы Мара почувствовала тут же. Словно крохотный взрыв в животе, от которого по всему телу растеклось приятное тепло. На душе стало легче, а голова прояснилась. К сожалению, в мысли тут же вклинилась работа. Дом Йод, последняя жертва.

– Вы нахмурились, почему? Вам не нравится вино?

– Нет, что вы! Оно чудесно, но Йод…

Эльф понимающе кивнул:

– Вы подумали о ней.

– Ах, простите, мне не стоит говорить за столом о подобном, но…

– Но вы вспомнили из-за вина. Это не ваша ошибка, но моя – мне хотелось приятно удивить, доставить удовольствие, а вместо этого я невольно спровоцировал не самые весёлые мысли.

Можно было бы продолжить перебивать друг друга пустыми извинениями, но Мара предпочла вновь отойти от этикета и, сделав ещё один глоток, сказала:

– Удовольствие непередаваемо.

Глаза эльфа немного расширились, а дыхание сбилось, хоть и всего на миг. То ли от вина, то ли от чарующей атмосферы, но глаза девушки вдруг перестали быть бездонными колодцами во тьму. Они наполнились призрачным блеском всё тех же далёких звёзд, маняще поблёскивающих из тайных глубин её души. К губам прилила кровь, от чего они стали похожи на карминовый бархат – столь же нежные, но одновременно с этим порочно страстные. Тариэлю нестерпимо захотелось прикоснуться к ним, проверить, так ли они мягки и сладки, как кажется? Продолжая завороженно смотреть на Мару, он тихо произнёс:

– И оно взаимно.

От неожиданности, Мастер поперхнулась очередным глотком, благо он был небольшим, так что конфуза не случилось. Но смешинка всё же попала на язык, так что неосторожный вопрос прозвучал с лёгкой улыбкой:

– Взаимно? Вы хотите сказать, что и вино получает удовольствие?

Мара и представить себе не могла, до чего соблазнительно выглядело в тот момент – лёгкий румянец, окрасивший щёки, немного повлажневшие от вина губы, широко раскрытые в притворном удивлении глаза – всё это могло заставить потерять голову, но более всего очаровывал голос. Нотка кокетства, немного томности, смешанной с долей иронии… О! Эльф оценил почти невинную попытку флирта и ответил в тон:

– Конечно, оно же прикасается к вашим губам.

А вот это уже был запрещённый удар, почти признание в желаниях и Тариэль дал почувствовать Маре, что она не ошиблась – взглянул на неё пристально, долго, затягивая её в омут зелёной тьмы.

– Йелла Тариэль…

– Можно просто Тариэль. Вы не против?

– Я… да… конечно.

– Я могу называть вас просто Марой?

– Если вам будет угодно.

Девушка вновь спряталась за щитом норм и приличий, вмиг утратив свою смелость, но от этого, как ни странно, став ещё более соблазнительной. На несколько секунд Тариэлю даже показалось, что Мара совсем неопытна в этом плане, но он тут же отмёл эту мысль. Взгляд Целителя ещё раз прошёлся по ауре, отметил соответствующие знаки – нет, о невинности речь не шла. Скорее о не испорченности и внутренней чистоте. И женственности. И желанности.

Эльф усмехнулся. Стоило выпить по бокалу вина, как стало совсем очевидно, что Мара ему точно интересна не только как профессионал.

– Ваша рыба.

Приход официанта прервал затянувшееся молчание, позволив перевести дыхание и собраться с мыслями. Отдавая должное великолепно приготовленному блюду, Мара всё пыталась понять, что же происходит? Эльф действительно с ней заигрывал, или ей показалось? Это просто так, дружеский флирт, которого не может не быть между женщиной и мужчиной, кем бы они друг другу не приходились. Если, конечно, они не полные уроды – душевно и физически. Или всё же это нечто большее? Неужели высокий всерьёз заинтересовался ею? Настроение тут же упало. Нет, этого ей не нужно. Она уже один раз прошла через ад под названием «любовь высокородного». Ей хватило. Нужно взять себя в руки, а ещё лучше – залепить несколько мысленных пощёчин, чтобы опомнилась, чтобы пришла в себя. И Мара весь остаток ужина честно старалась не переходить те самые границы дозволенного, вежливо поддерживая беседу о новых веяньях на стыке Некромантии и Целительства, столь же чинно отказалась от десерта и ещё одной чашки кофе, хоть ей и безумно хотелось попробовать творения эльфийских кондитеров. Попыталась было отказаться и от прогулки до Библиотеки, но тут уже эльф настоял, и дальнейшие препирательства были просто невозможны.

А потом, у входа в святая святых всех студентов и ученых столицы, на широких ступеньках величественного здания Библиотеки, эльф её поцеловал. Вот так, без предупреждения, без разрешения, без… Ох, Мара очень быстро утратила нить рассуждений и совсем уже не важно было «без» чего… Акирэль? Ей казалось, что её бывший возлюбленный божественно целуется? Теперь только девушка поняла, что может быть техника подлого эльфа и была безупречной, но вот настоящего влечения и страсти ею не заменить. Поцелуй затягивал, усыплял разум, пробуждая взамен медовое томление где-то в самой глубине её естества.

Эльф и сам потерялся в ощущениях, но все же смог найти в себе силы оторваться от нежных губ, которые, кстати, оказались ещё слаще, чем он думал.

– Мара… Мне, наверное, стоило бы извиниться за свой поступок, но это будет лицемерием, а ты его не заслужила. Это наш первый поцелуй, но я сделаю всё возможное, чтобы он стал далеко не последним. Позавтракаешь завтра со мной? Я заеду к тебе к восьми, выпьем кофе с сырными слойками в одной милой кафешке на Площади Девяти Фонтанов? Что скажешь?

Девушка не могла вымолвить и слова, всё ещё переживая неожиданный, но не стоит лукавить, очень желанный поцелуй. И всё же эльф продолжал требовательно на неё смотреть, удерживая её ладошку в крепком захвате, так что не было никакой возможности сбежать. Да и не трусиха она, чтобы бегать от опасности, даже если это грозит не парой тройкой сломанных рёбер, а надтреснутой душой.

– Ну, раз сырные слойки, то давай.

– Любишь сыр?

– Да…

– Я учту.

Её покладистость была вознаграждена ещё одним поцелуем, не столь оглушающим, как первый, но зато таким нежным, что подогнулись коленки, и Мара была вынуждена ухватиться за крепкое плечо. А потом провести по груди и тут же отпрянуть. Да что же это творится? Она ведёт себя совсем недопустимо! Горячий взгляд эльфа остановил любые слова. Невесомо поцеловав ладошку, Тариэль сделал шаг назад и наконец выпустил её руку:

– Беги, а то я за себя не ручаюсь.

Мара последовала мудрому совету и быстро скрылась за массивными дверьми. А эльф остался стоять на ступеньках, задумчиво глядя вслед девушке. Как странно, как чудно… Он давно не испытывал подобных чувств. Уже почти забыл, как оно бывает. Мара, сладкая девочка Мара, как много в тебе загадок и противоречий…

Тишина и прохлада главного зала Библиотеки успокаивала, придавала серьёзности, и всё же, Мара не могла удержаться – прикасаясь дрожащими пальцами к губам, глупо улыбалась и смотрела невидящим взглядом на тяжёлый талмуд с регистрационными списками. Как тут было сосредоточиться на деле, если мысли всё возвращались и возвращались к дивному вечеру и ещё более дивному поцелую… Это действительно произошло? Эльф поцеловал её на ступеньках Библиотеки, совсем как в давних девичьих мечтах? В них тоже был эльф, но совсем другой. Совсем-совсем другой… Разве можно сравнивать любование кумиром и тёплые объятья? Разве похожа влюблённость на слепоту? Разве… Ах, разве всё это имеет значение, когда в животе порхают бабочки, а сердце то сжимается, то заходится лихорадочным стуком? Маре подумалось, что ничему её жизнь не учит, что она с завидным упорством наступает на те же грабли, но… Если всего бояться, то никогда не познать ничего прекрасного и чудесного, так?