Чтение онлайн

— Просил запретить магические школы, оградить Иридиум стеной, приравнять наши земли к Вольным Городам, — поддержал рассказ короля Аравен, — Там были даже какие-то исследования об так называемой Анти-Магии, способах защиты от всех видов колдовства.

— Вот чем-то таким он у себя в Хаммерфолле и занимается, — проговорил медленно Витте, — Разрабатывает план борьбы с волшебниками в королевстве и за его пределами.

— Да, за пределами тоже, — кивал Кромвеллу глава семьи Лекки, — Он, видать, думает, что раз убийцей был маг, значит мы его подослали. Лекки для него главные враги, и ничего, что мы соседи по общей границе от Химинбьёрг, земель патеков, до Гладшира. А так как Лекки на хорошем счету у эльфов, то и с эльфами Культа Луны и Культа Солнца Ричард Аркхарт тоже собрался бороться. Увлечённый, но какой-то потерянный и глубоко несчастный молодой человек, чьей мании и одержимости столь безумными и бредовыми идеями можно только посочувствовать.

— Кстати, он сегодня поздравлял Анну, помнишь же? — он обратился к дочери, чуть приподняв сжимаемую руку, — При нём ещё такой длинноволосый слуга был в таком длинной красной ферязи с большим торчащим воротом.

— Да, пап, Ирмингем Ле Фро, он был советником короля при Веринге, а ты его снял с должности.

— Ах, это он? Как, однако постарел и изменился, я даже и не признал, да ещё этот наряд… Да уж, наши взгляды кардинально не совпадали. А с учётом, что именно он воспитывает юного герцога Хаммерфолла, в будущем, боюсь, возможно напряжение между моей и его политикой. Возможно, что он просто не удержит власть и династия сменится.

— Он подарил красивые розы, — как бы невзначай хоть что-то хорошее о парнишке бросила королевская дочь, — Комнатный фонтан с единорогами и красивый пояс с россыпью бриллиантов.

Подарков сегодня с утра у неё было много, но хорошая память позволяла девушке запомнить, что и от кого было получено. Однако юный Ричард её никак не интересовал. Он был, хоть и на год старше неё, но внешне казалось что на год-два моложе и ниже. Анна же тянулась к ребятам постарше. Однако она прекрасно понимая, что однажды отец всё равно выдаст её за кого-то из лордов, а скорее даже герцогов из числа самых влиятельных семей, потому лучше всего было бы заранее определиться с избранником и самой выбрать, с кем связать себя на всю жизнь. И сейчас мысли её были заняты выбором между Арном Мейбери и Тодом Торнсвельдом.

А вот её отца от всех мыслей отвлёк крайне знакомый и родной детский голосок, донесшийся откуда-то слева. И он, остановившись, тотчас обернулся в сторону озера вместе со всеми.

— Нет! Нет! Моя кукла плывёт! — горячо переживала, топя ножками на берегу малышка Вирджиния, а стоявший рядом Джеймс с ладошкой, сложенной козырьком над глазами, всматривался в лежащую на воде вещицу.

— Точно твоя? Ну, вроде куколка и вправду, — с сомнением в голосе говорил он сестре.

— Новенькая, класная, — не выговаривая «р», имела в виду девочка, что её кукла в красном платье.

— Ну, красная, да, в платье, с белыми косичками, — описывал мальчуган то, что видит, будто бы тень его ладони давала эффект телескопа или подзорной трубы.

Они с сестрой стояли буквально на одном месте, едва не замочив ноги. Ракурс девятилетнего Джеймса был разве что в силу роста и возраста чуточку получше для обзора тряпичной игрушки, невесть как оказавшейся в воде неподалёку.

Хотя, «неподалёку» понятие относительное. Относительно берега — плыть за ней пришлось бы усердно, а вот относительно центра этой просторной и тихой озёрной глади, она и вправду была довольно недалеко от берега.

— Моя-моя! — подтверждала Вирджиния его описание про косички и платье.

— Ты её туда швырнула что ли? Как она там оказалась? — вопрошал он, повернувшись к девочке.

— Нет, я не кидала! Я думала, что потеяла, а она там… плывёт… Достанешь позалуста? — смотрела она на него снизу вверх, как на последнюю надежду.

И Джеймс уже присел развязывать обувь, вскоре принявшись вышагивать из своих ботинок. Благо это вовремя услышал и увидел король, прогуливавшийся именно по иронии судьбы именно по этой ближайшей к озеру дорожке именно в это время в компании своих спутников и подоспевшей к ним недавно старшей дочери.

Анна покусывала губы, определённо нервничая от происходящего не меньше, чем её отец. Королева также выглядела озадаченной и напуганной, поднося ладонь к широко открывшемуся от вздоха паники рту. Гектор, наконец, отпустил руку дочери, приставив обе согнутые ладони ко рту, чтобы его голос прозвучал громче.

— Не лезьте в воду! — крикнул мужчина им с места, а затем сошёл с аллеи и зашагал среди диких яблонь прямиком к своим детям, — Слышите? Вирджи, Джеймс! Ну-ка живо отойдите от воды!

Монарх крайне переживал за своих младших, ведь те до сих пор не обучились плавать. А потому считал весьма опасной затеей даже просто играть у озера, о чём им сегодня с запретом неоднократно напоминал, а уж тем более был в ужасе от того, что его сын готов вот-вот броситься в озеро.

— Джеймс?! — глянула туда и его супруга, — Боги! Мальчик мой! Уйди от воды!

— Пап, там моя кукла! Она уплывает! — хныкала Вирджиния, не понимая в свои пять лет вообще какой-либо опасности.

Девочке просто было невдомёк, что озера и реки, а уж в Триграде она их видела неоднократно, могут быть всерьёз глубже, чем ванна для купания. Она не знала, как глубоко может уходить дно, каким вязким и песчаным оно может быть, поглощая ступни и мешая двигаться, когда на голову уже вовсю находит новая нахлынувшая волна.

И пусть издали озеро Крумвельского сада, слывшее под прозвищем Зеркальное, выглядело спокойным, определённая рябь и маленькие волны на нём определённо были. Это было заметно даже по движению куклы, не просто плавно отдаляющей, но и периодически кочующей по поверхности вверх-вниз.

— Ваше величество, — нёсся стремглав Стэн Стэплтон Уинфри, — Сейчас я всё достану им, что бы там ни было.

— Вы же утонете в этих доспехах, Уинфри! — с жалостью взмолилась Сара ему вслед, а тот принялся отстёгивать от металлических наплечников свой красный плащ и постепенно избавляться от своего доспешного наряда.

— Да я достану, пап, здесь не глубоко, — заверил отца Джеймс со всей уверенностью в голосе, желая помочь любимой маленькой сестрёнке, которая, в отличие от Анны, с ним как раз любила играть и проводить время. Хотя ему в свои девять с ней, пятилеткой, было не всегда прямо-таки очень уж интересно и весело, но во многие игры всё же удавалось поиграть с успехом. Просто надоедало всё время выигрывать, будто нет этого духа соревнований и соперничества, а поддаваться девчонке, хоть и приходилось иногда, но очень уж не хотелось.

— Не смей, — отговаривал его криками отец, — Я запрещаю тебе лезть в воду, что бы там ни было! Слышишь? Джеймс! Это опасно!

Мальчишка расстроено всё ещё стоял на берегу, с досадой косясь на двигающегося к ним с аллеи родителя. Хотелось бунтовать, поступить наперекор. Он считал, что отец не прав и нельзя позволять новенькой кукле вот так ускользать прочь, уплывая навсегда по озеру.

И хотя День Рождения сегодня был у его другой сестре, про младшую тоже периодически не забывали гости, привозя какие-нибудь игрушки. Он не помнил, да и, пожалуй, вообще не знал, кто именно вручил сегодня Вирджинии эту куклу, но видеть, как сестра теряет подарок, рыдая в истерике, ему бы крайне не хотелось.