Чтение онлайн

 — Да, генерал?

 — Вито. — Один из самых сведущих его помощников. Асклизиусу будет не хватать его, но грядущая слава перевесила сожаления об одной персоне. — Взять ведьму под домашний арест. Не позволять ей прикасаться ни к одной из её побрякушек, не позволять даже пальцем пошевелить, пока я не разрешу.

 Мрачная улыбка легла на лицо солдата. Как и большинство офицеров Асклизиуса, Вито не любил ведьму, которая до сих пор оказывала большое влияние на их военачальника.

 — Есть, генерал! Будет исполнено!

 Командующему пришло в голову что то ещё:

 — Но сперва… сперва приведи охранников, выделенных для этой цели, сюда. Да поторопись!

 Быстро отсалютовав, Вито исчез во мраке, только чтобы мгновенно вернуться с четырьмя крепкими на вид бойцами. Офицер провёл их в палатку Асклизиуса и сам сделал шаг вперёд.

 — Всё готово, генерал! — объявил он, щёлкая каблуками.

 — Отлично. — Асклизиус быстро оглядел группку и обратился к ним: — Вы все долгое время служили мне верой и правдой. — Пальцы его огладили рукоять кинжала, на который никто из пяти до сих пор не обращал особого внимания. — Вы не раз присягали мне своей жизнью… и я благодарю вас за это. Однако в преддверии ждущей нас награды я должен попросить ещё об одном, последнем проявлении вашей готовности служить мне до смерти…

 Краем глаза командующий Асклизиус заметил колыхнувшуюся в стороне тень. Терпение баатезу, не понимающего нужды в этой короткой речи, без сомнения, иссякало. Эти люди будут первыми; следовательно, от них распространится по лагерю весть, зачем их лидер требует сейчас от солдат нового доказательства верности.

 — Завтра наступит день славы, судьбоносный день, и каждый из вас сыграет в нём немаловажную роль! Я прошу вас, друзья мои, чтобы сейчас вы подтвердили мою веру в вас, мои на вас надежды этой последней клятвой! — Он выставил вперёд кинжал, чтобы все смогли увидеть его. Пара стражей моргнули, но другой реакции не последовало. — Вито! Я предоставляю тебе честь стать первым! Покажи свою отвагу!

 Не медля, усатый офицер сделал шаг и протянул свою руку. Не первый раз давал он своему командиру кровавую присягу, и из всех пятерых только он был твёрдо уверен, что понимает, зачем Асклизиусу требуется опять подтвердить преданность людей.

 — Ладонью вверх.

 Вито повиновался, а Асклизиус опустил кинжал остриями вниз, занёс его над самой мясистой частью ладони у большого пальца — и вонзил нож в руку офицера.

 Вито задохнулся, но глаза его продолжали смотреть прямо перед собой, как от него и ожидалось. Поэтому то он и не заметил одной странности, произошедшей с кинжалом и его проколотой кожей. Два самоцвета на черенке коротко вспыхнули, когда острия вошли в плоть. И хотя кровь заструилась из крошечных ранок, на саму ладонь пролилось совсем немного — густая струя потекла на чёрный клинок и мгновенно исчезла, словно впиталась в металл.

 — Хлебни вина, Вито, — предложил Асклизиус, выдёргивая кинжал.

 И когда его помощник отошёл, генерал дал знак следующему и повторил ритуал.

 После того как была пущена кровь всех пятерых, Асклизиус отдал солдатам честь:

 — Вы вручили мне свои жизни. Обещаю, что буду обращаться с ними как с самым ценным подарком. Вы свободны. — А когда солдаты удалились, он обратился к Вито: — Прежде чем ты займёшься ведьмой, передай капитану Старху, чтобы привёл всех людей под его началом в мою палатку, хорошо?

 — Есть, генерал!

 Палатка опустела, и из тени раздался голос баатезу:

 — Слишком медленно, полководец. Такими темпами это займёт несколько дней.

 — Нет, теперь всё пойдёт много быстрее. Этим пятерым была оказана честь — так они смотрят на случившееся. Вито скажет Старху, он в свою очередь сообщит своим людям, и так далее. Я прикажу офицерам давать выпивку каждому солдату, который продемонстрирует им, что снова поклялся мне своей жизнью. Темпы ускорятся многократно, обещаю тебе.

 Через пару секунд Старх, худощавый светловолосый мужчина постарше командующего, объявил о своём прибытии, прося разрешения войти. Снаружи ждал его отряд. Асклизиус пустил кровь сначала ему, затем всем его людям по очереди. Упоминание о порции спиртного после процедуры придало бойцам ещё больше пыла.

 Когда в палатку ворвался смятенный Вито, не все солдаты Старха были удостоены кровавой чести Асклизиуса. Капитан упал на одно колено перед командиром, пристыжённо уронив голову.

 Раздосадованный заминкой, командующий Асклизиус рявкнул:

 — Говори! В чём дело?

 — Генерал! Ведьма — её нигде нет!

 Асклизиус попытался скрыть раздражение.

 — Её имущество, оно всё ещё в шатре?

 — Да, генерал, но её лошадь пропала.

 Даже Лилит не отправилась бы в пустыню посреди ночи. Невольно бросив взгляд через плечо, Асклизиус заметил поёжившуюся тень изверга. Без сомнения, гелугон находил эти новости малоприятными, но в данный момент ни человек, ни баатезу не могли позволить себе тратить время на женщину. Если ведьма каким то образом узнала об их намерениях и решила сбежать, её бывшего любовника это не слишком волновало. Какой вред она может причинить ему теперь? Возможно, когда он наденет доспехи, то разыщет её, но сейчас у Асклизиуса были заботы поважнее.

 — Забудь о ней, Вито. Возвращайся к повседневным обязанностям.

 С облегчением в голосе помощник поблагодарил командира и поспешно покинул палатку. А генерал Асклизиус вновь приступил к своей работе, пустив кровь следующему солдату и похвалив его за храбрость.

 Темпы действительно ускорились, как он и обещал богомолу. Сочетание благородства и выпивки выстроило очередь из людей, жаждущих доказать свою ценность для хозяина и его ближайших подчинённых. Они чувствовали, что завтра генерал поведёт их к славной победе и богатствам, которые им и не снились, не грезились в самых разнузданных мечтах. То, что их может быть слишком мало для захвата такой твердыни, как Эдинополис, не приходило им в головы; командующий Асклизиус не принимает скоропалительных решений — так они полагали, — если у него не готов план несущей успех битвы.

 И вот глубокой ночью последний солдат доказал свою верность, протянув кинжалу свою беззащитную ладонь:

 Отдав честь командиру, он и приведший его офицер удалились. Снаружи неслись возгласы ликования — получив свою норму спиртного, люди отмечали случившееся событие и провозглашали тосты за будущую удачу.

 — Дело сделано, — проскрежетал баатезу, появляясь из тёмного угла. — Все и каждый испробовали укус кинжала, и кинжал испил из всех и каждого…

 Вертя в руках ритуальное оружие, генерал заметил:

 — Ни единой капли, ни малейшего пятнышка. Куда делась вся кровь?

 — Все там, где нужно, полководец. Каждая капля ушла тому, кому она предназначена. Этот обещал тебе армию, против которой не устоит даже Эдинополис, помнишь?

 — Помню… — Мужчина притронулся к шлему, который не снимал с тех пор, как войско разбило лагерь. Он, казалось, стал неотъемлемой частью его самого, и генерал мог бы поклясться, что шлем не снимется, даже если возникнет такая необходимость. — И я повторю, что принимаю условия нашей сделки.