Чтение онлайн

 — Они… полны энтузиазма… — заметил баатезу с некоторым изумлением.

 — Хорошо бы они при этом помнили, что я велел сегодня утром.

 — Они помнят.

 Один из немногих выживших рванул в сторону Эдинополиса. Изверг схватил его за ногу и повалил бы на землю, но другой вдруг оторвал своего товарища от злополучного всадника, давая возможность человеку спастись.

 — Видишь? Этот обещал, что они будут повиноваться твоим приказам, полководец…

 — Значит, как только расправимся с остальными, мы двинемся вперёд. Ты, полагаю, останешься позади?

 — Пока да, полководец…

 Баатезу считал, что без правдоподобного человеческого обличья он будет слишком бросаться в глаза в этой первой битве. При дневном свете демон не мог создать достоверную иллюзию человека, как той памятной ночью. Фактически, если бы командующий Асклизиус изучил скрытое тенями лицо часового предателя, заведшего его в ловушку, он бы увидел, что настоящие черты на нём отсутствуют, а есть всего лишь намёки.

 Асклизиус не понимал, отчего в поведении гелугена было заметно колебание, но он решил, что поговорит с ним позже, ведь подобная беседа может и подождать. Доспехи взывали к Асклизиусу; всё, что нужно сделать, чтобы добыть их, — это взять город.

 Бойня продолжалась, число патрульных с каждой секундой стремительно сокращалось, ещё минута — и всё будет кончено. Истинная природа войска Асклизиуса становилась все очевиднее — изверги наваливались на солдат, обильно орошая песок чужой кровью.

 К этому времени единственный выживший уже достиг ворот Эдинополиса. За стенами надрывались горны, предупреждая всех о нападении на Элению.

 — Отлично! Пусть теперь увидят нас! — Командующий высоко поднял руку, и в ней вырос угольно чёрный меч, тот же, которым он сражался с демонами скорпионами. — Вперёд!

 Зарокотали тучи, полыхнула молния — армия генерала Асклизиуса выкатилась из укрытия. Внизу строились второй и третий ряды, потрёпанные не больше, чем прежде. Празднество кровопролития хорошенько встряхнуло дьявольских существ, заставив их несколько утратить человеческий облик. Но поскольку они беспрекословно подчинялись своему командующему, генерал мог простить эту маленькую оплошность.

 Свирепый ветер взметнул плащ Асклизиуса. Тот поправил шлем и пригнул голову, защищаясь от клубящегося в воздухе песка. Небо все ещё не сулило дождя, но даже ливень и град не остановили бы сейчас генерала.

 Должно быть, среди горожан уже бушует паника. Однако солдаты наверняка в данный момент изучают приближающееся войско и уверены, что, несмотря на полное уничтожение патруля, противника слишком мало, чтобы он представлял собой реальную угрозу. У них есть выбор: либо вести оборону на стенах, либо послать более многочисленный отряд отомстить за страшные смерти товарищей, которые наверняка в красках описал уцелевший стражник.

 Разбирающийся в людских эмоциях Асклизиус предвидел, что защитники города изберут второй вариант.

 — В фалангу в два рядя - становись!

 Адское войско растянулось, постепенно образуя два внушительных ряда. Командиры Эдинополиса должны предположить, что противник старается выглядеть более грозным. И те же командиры обязательно подумают, как глупы нападающие, если надеются на столь очевидный трюк.

 Эдинополис подождёт, не появится ли за первым отрядом второй. Они станут судить о подобной возможности по тому, насколько близко осмелится Асклизиус подтянуть своё войско к городским стенам. Затем офицеры будут решать, стоит ли рисковать, сминая первую волну, чтобы успеть отступить, пока не прибыла подмога.

 Порядок в рядах извергов начал сбиваться, но большей частью они держали строй. Их новый полководец пообещал много крови, много плоти, которую можно увечить, и одно это уже держало их под контролем, У них был лишь один приказ — после того, как падут стены города, немедленно привести к Асклизиусу человека в кроваво красных доспехах.

 Со всеми остальными они вольны делать всё, что им угодно.

 Когда генерал и его войско проделали полпути от растерзанных трупов невезучего патруля до ворот знаменитого города, на укреплённых стенах вырос ряд фигур с луками. Они стремительно выпустили ураган стрел, точно накрывший перовую линию атакующих, включая и самого командующего.

 Однако любая падающая на Асклизиуса стрела взрывалась короткой яркой вспышкой… рассыпаясь в прах до того, как успевала прикоснуться хотя бы к его каркарону. Таким образом исчезло десятка два стрел — лучники, несомненно, пытались расправиться с вражеским лидером как можно скорее.

 И всё же вокруг него воины падали один за другим. с торчащими из шей, из боков, даже из голов древками. Дождь стрел положил первый ряд и многих из второго, нанеся потенциальному полководцу ощутимые потери, лишив его почти половины подчинённых.

 Молнии заплясали над Эдинополисом, словно отмечая следующую фазу мести защитников города. Ворота открылись, и большой отряд суровых закалённых воинов, пеших и конных, в боевом порядке рванулся к остаткам захватчиков. Солдаты в блестящих доспехах растянули ряды, создав цепи не только длиннее, чем у Асклизиуса, но и в несколько раз шире. Как Асклизиус и предполагал, защитники стен не удовлетворились потерями противника. Они хотят разделаться с ним, заставить заплатить за гибель товарищей и в то же время заработать для себя немного славы.

 — Идиоты, — буркнул генерал, пытаясь сдержать ухмылку. — Пылкие идиоты!

 Командующий Асклизиус не стал отступать. В обычном сражении это стоило бы ему ещё дороже, чем отчаянное наступление. Но его люди погибли бы, зная, что забирают с собой и врагов, или так, по крайней мере, должны были думать командиры Эдинополиса.

 И когда неприятель устремился в атаку, Асклизиус подал знак одному из своих уцелевших воинов, тому, кто сжимал в руках боевой рог.

 Адский солдат поднёс костяную трубу к губам и дунул, выбрасывая на поле боя скорбный пронзительный крик рога.

 И с песка поднялись те, кого уже считали мёртвыми, — дьявольские существа командующего Асклизиуса, бросились вперёд, невзирая на нанесённые стрелами раны. Фигуры в броне выдёргивали торчащие из горла и глаз древки, шагая навстречу ошеломлённым защитникам города, — кое кто из людей с жуткими воплями уже повернул обратно — только чтобы столкнуться со скачущими и бегущими за ними. Ряды защитников города замедлили ход, запнулись, и ужасающее зрелище открылось каждому солдату передней линии.