Чтение онлайн

Я никогда не слышала о том, что у Высших и людей были близкие отношения, тем более дети. Ни один источник не говорил о том, что это имело место быть в нашей истории. Это нереально, невозможно, как и зачатие мной ребенка.

Оттого вопросы без ответов наводили ужас. А может дети не рождались, гибнув в утробе? Или Высшие могли сделать все, что угодно. Убить? Отобрать?

И эти размышления заставляли дрожать от страха и ярости, предвидя приход Эллинара, так, по рассказам лесника Арти, медведица реагирует на появление возле своего медвежонка взрослого самца. И если лесная царица еще может победить, я-то проиграю.

И самый главный вопрос! Если Высшие — маги, могут ли они почувствовать наличие ребенка-мага во мне? Этот вопрос заставлял расчесывать в кровь костяшки пальцев, сидеть с отрешенным лицом на работе, забываться, так однажды я чуть не попала под экипаж, несущийся по улице.

Каждую ночь четыре дня с момента, как узнала о своем положении, я слышала дыхание линорма, чувствовала горячую руку на животе. Мой страх заставлял молчать, делать вид, что сплю. Теперь ночи с ним не казались сказкой, с одной стороны. А с другой, благодаря Эллинару, во мне росла маленькая жизнь! Мой подарок богов, судьбы, о котором я так просила и не чаяла получить. Мое прощение. Хоть какое-то искупление.

Крайняя степень эмоциональности, как не парадоксально, не приоткрыла дверцу дару. Он спокойно спал, не мучая меня видениями и ужасами. Но все это колебало мое настроение, как маятник, от эйфории до паники.

Четвертая ночь стала для меня переломной, проснувшись, я обнаружила рядом Эллинара. Даже во сне лицо его, освещенное светом луны, полностью не расслабилось. Хмуро сведенные брови и бегавшие под веками с длинными темными ресницами глазные яблоки выдавали беспокойный сон. Он уже готов был метаться по постели, когда я положила свою руку на его щеку, испугавшись, что он может ударить по беззащитному животу. Он замер, расслабился, и, повернув голову, лег на мою ладонь щекой. Утром на моем прикроватном столике обнаружился договор на тот самый дом в Альтере. А рядом в конверте лежало письмо. Бумага, исписанная изящным почерком, ставила меня в известность, что госпоже Дайвокари вернули в качестве милости дом, купленный Салисом.

В то же утро я поехала к мастеру Лотрику. Он, слава богам, был дома.

Моя бледность и испуг, который скрыть было невозможно, удивили лекаря. Мужчина, придерживая меня за плечи, провел в уютную гостиную и усадил на стул, позвонив в колокольчик, попросил заглянувшую экономку принести чаю, чашечки с которым заклубились через пару минут ароматным дымком на столике.

— Дорогая госпожа Стиантон, что случилось? Вам нездоровиться? — он участливо посмотрел на меня.

— Нет, уважаемый мастер Лотрик, все хорошо. Я к вам… по очень деликатному вопросу.

— Я слушаю вас, — лекарь сплел пальцы и приготовился внимательно слушать.

— Возможно ли, что… Нет! Разрешите мои сомнения, мастер Лотрик! Может ли отец ребенка, будучи магом, почувствовать, что я беременна? — и добавила — Очень сильного мага?!

Мужчина запустил руку в свою седую гриву и вздохнул.

— Вы простите меня, Янина, я по-стариковски скажу прямо. Нравы молодежи поменялись. Вы — молодая женщина. Да еще и с вашим диагнозом. Вы вполне могли позволить себе все, что угодно. Но не похожи вы на вертихвосток, что бегают за знатными мужчинами и становятся содержанками. А маг ваш, он сильный, такие наперечет, и все женаты и все — аристократы. Уж подумал, что ошибся в вас, но ваша искренняя радость. Это дар богов, особенно для вас. Содержанки не радуются ребенку.

Я удивленно воззрилась на лекаря. А он похлопал меня по руке и улыбнулся.

— Ни один маг, если он не лекарь, не почувствует на таком сроке ребенка. У вас есть право выбирать: говорить или нет.

— Спасибо! — по щекам побежали слезы. Я вскочила, желая обнять лекаря и упала, зайдясь в крике.

Мой дом, тот в котором располагалась моя квартирка, пылал, пламя рвалось к небесам, ревя как линорм. А из огня раздавался плач ребенка! Моего ребенка! Я тоже кричала от безысходности и боли.

Дар! Мой дар никогда не был так ясен, и ужасен в своей точности. Никогда этого не было вне сна. И все это торжество смерти огласил рев истинного линорма, победный, счастливый.

— Янина, тише, вдохните это! — голос Лотрика пробился сквозь ужас, сковавший тело и разум.

Уходить. Надо уходить! Надо бежать! Если узнают, меня уничтожат. Уничтожат мою маленькую надежду! Мое сокровище!

— Яна, я вас осмотрю! Полежите тихо! — мастер Лотрик засуетился.

— Нет! Нет! Все… все хорошо! — я оттолкнула руки лекаря и вскочив, выбежала из его дома.

Не помню, как бежала по тротуару, на котором появились первые осенние листья, не помню, как ловила коляску, как извозчик при виде меня гнал, как сумасшедший.

Я влетела в гостиную квартирки, с такой силой хлопнув дверью, что пошатнулась любимая ваза на столике и, описав круг на тонкой ножке, встретилась с полом, разлетевшись тысячей осколков, точно слезами.

Но испугано застыла я не потому, что разбился подарок матери, а потому что посреди гостиной стояла, сложив на груди руки, Алари Салито. И лицо ее не предвещало ничего хорошего.

Райдэл устало опустился в кресло, глядя на друга.

— Ты чувствуешь это? — черные провалы глаз десятого мага изучали главу охраны.

— Ты о дрожи? — кулаки Стиа сжались.

Райдэл кивнул, он чувствовал, всем своим звериным существом ощущая низкий гул приближающейся беды. Вот уже дня три точно. От этого чувства хотелось, поджав хвост, убегать, зарыться, спрятаться. Только присутствие Антрацит чуть сглаживало этот внутренний зов. Хотя сегодня его чуть погасила Салито, «следачка» так смотрела, умудрившись слить воедино страх, испуг, желание биться, даже ударить по нему, что даже стало жаль Райдэлу того, что «отношения» с таким уровнем должностных лиц под запретом, ибо стирание памяти таковых повлекло бы неприятные последствия, это не бестолковые расфуфыренные обладательницы титулов и привилегии попадаться на глаза линормам.

— Я сейчас, как никогда, благодарен Янине за ее существование. Без нее это свело бы меня с ума, — Император отшвырнул нож для бумаги и, обернувшись, застыл у окна.

— Что-то грядет! Сильный магический удар! Полагаешь по столице? — проговорил Стиа.

— Нереальное количество силы! — покачав головой, согласился Император.

— Враг силен. Тот, кто был в доме? — задумчиво сообщил Райдэл. Это была их игра, цепочка размышлений. Их научила этому Мальди.

— Тот, кто владеет схожим со мной пламенем, судя по осмотру магами места взрыва, — кулак Айдэла сжался.

— Тот, кто, возможно, даже сильнее тебя, — тихо сказал Райдел.

— Тот, кто имеет общую со мной и Эллинаром кровь. И, возможно, не было ликов. У Салито было мало времени и мало света.

— Тот, кто похож на Эллинара? Айльдир?! — Райдел аж привстал в кресле. — Ты считаешь, что он жив?

— Слеза мертвеца… — прошептал Император.

— Прости? — удивленно поинтересовался глава охраны.

— Она дала мне слезу мертвеца, — резко повернулся Император к другу. — Древняя.

— Ты думаешь? — в голосе Стиа скользнул почти благоговейный ужас.