Чтение онлайн

– Она тебе ничего не рассказывала?

– Совсем ничего, – Кара не спускала с дяди глаз, пытаясь не упустить ни малейшей эмоции на его лице.

Лэй на некоторое время замолчал, погрузившись в себя, в то время как девушка продолжала буравить его пытливым взглядом.

– Миранда должна была занять директорское кресло, – мрачно отозвался он, – но вместо этого встретила Джозефа Девиса и без ведома отца сняла со счетов академии крупную сумму денег, преследуя благие намерения помочь своему возлюбленному избраннику покрыть огромные долги и возродить истлевший бизнес.

В полнейшем изумлении Кара ошарашенно воззрилась на дядю, отказываясь верить в услышанное.

Неужели мама могла так поступить?

Ничего подобного ни мать, ни отец ей не рассказывали, что было понятно, ведь эта история совсем не красила их с точки зрения человеческих поступков и выставляла в совершенно ином свете, нежели их видели все вокруг. Кара выросла, пребывая в уверенности, что родители – самые честные и ответственные люди, деятели науки.

– Когда отец отстранил ее от семейных дел, – продолжил Лэй уже более холодно и отчужденно, – она заявила, что больше не намерена поддерживать с нами связь, раз мы не желаем помочь ее избраннику. Но такая гордая и решительная была ровно до того момента, пока у них не закончились деньги. Даже с украденными отцовскими деньгами бизнес Джозефа так и не взлетел. Он вернулся ковыряться в своей грязи, после чего отец вычеркнул Миранду из завещания и порвал с ней все связи.

Кара похолодела и залипла взглядом в одну точку.

Нет! Нет, мама не могла так поступить!

– Она даже не явилась на похороны проститься с ним, – добавил Лэй, спустя мгновение.

Приятная инструментальная музыка не сглаживала и малой части свинцового гнетущего ощущения, повисшего в машине. На лице мужчины не дрогнул ни один мускул, но глаза его метали искры. Все же не стоило выспрашивать о болезненном прошлом так скоро. Полученная информация никак не пригодится и уж точно никак не поможет возродить рассыпавшиеся в прах отношения семейства Реджи. Осуждать поступки матери не имело никакого смысла. Прошлое не вернуть. Человека не изменить. Стремление матери помочь любимому человеку было вполне понятно и объяснимо, но то, каким образом она это воплощала, вызывало отторжение. Для Кары такое поведение было абсолютно неприемлемым.

– Я не думала, что все так… ужасно, – поникла девушка, затеребив подол платья, – мне… очень стыдно за ее поступок, – она решительно посмотрела на дядю. – Я готова помочь как-то сгладить этот конфликт. Например, как устроюсь на работу, буду отдавать вам столько денег, сколько смогу, а взамен: не могли бы вы хотя бы немного перестать ее ненавидеть? Пожалуйста, – музыка оборвалась на фанфарах, сопроводив ее речь эпической ноткой героизма.

По губам Лэя скользнула тень высокомерной улыбки.

– По-твоему, те крохи, что ты заработаешь, смогут наладить наши отношения? – сухо отозвался он, – смогут вернуть покойному отцу уважение к дочери?

Ущемленная гордость взыграла в девушке бурей чувств, однако Лэй был прав. В его окружении крутились деньги, что ей и не снились даже с дипломом Кейтана. И никакими деньгами не возможно заменить нормальные человеческие отношения.

– Не стоит приносить в себя в жертву из-за безрассудного поступка матери, – добавил он уже более нейтрально. – Твой вклад, какой бы он ни был, ничего не изменит. Забудь об этом.

Лэй взглянул на Кару, но она сделала вид, что глубоко погружена в мысли и не заметила этого. Остаток дороги они провели в молчании, каждый наедине со своими размышлениями.

Верно. Лучше забыть об этом, как он и сказал. Забыть и жить дальше, стараясь протянуть к нему нить своей души. Хотя бы тоненькую.

Кара не хотела, чтобы дядя ненавидел и ее тоже.

Тогда, могу ли я остаться работать преподавателем в академии? Если деньги ничего не могут изменить, то вклад в общее дело точно должен.

Она решила попридержать эту идею и пока не озвучивать ее.

Некоторое время спустя за длинной полосой мрачного леса справа от дороги засияли огни частных особняков всех расцветок и форм, каких только можно представить. Кара прилипла к боковому окну, вглядываясь в яркие подсветки и необычные архитектурные решения тех домов, что можно было разглядеть с дороги. Все они располагали большими территориями вокруг себя и обносились высокими фигурными заборами. Вдалеке, с противоположной стороны дороги за редкими деревьями, проглядывал пригород Нью-Шела – Торланд, еще не успевший зажечь свои огни перед быстро наступающим вечером.

Лэй свернул с основной дороги у поста охраны и внушительные железные ворота тотчас же разъехались в стороны, незамедлительно пропуская хозяина одного из полусотни великолепных домов, простирающихся в разные стороны внутри элитного оазиса. Кара продолжала разглядывать дома с нескрываемым восторгом. Какой из них принадлежит дяде? Этот, похожий на мини-копию замка из сказки с башнями и пиками, или вон тот, формой напоминающий гигантский шар со множеством других геометрических пристроек вокруг? Природа на территории домов была ничуть не менее причудливой, чем сами постройки. Казалось, будто все вокруг – творческая инсталляция, макет дизайнерского проекта, настолько все представшее взору казалось невероятным и потрясающим.

Порш оставил позади сказочный замок и совершенную геометрию, двинувшись дальше, вглубь охраняемой территории.

Ну конечно, дядин дом не может быть таким вычурным, как эти. Наверняка, он сдержанный и элегантный.

В самом конце аристократического оазиса авто завернуло в квадратный островок сочной зелени, издалека казавшийся сплошным и плавно переходящим в лес. Вспыхнувший в воротах красный огонек просканировал машину и лицо владельца, после чего позволил створке ворот плавно отъехать в сторону. Дорожку до дома со всех сторон обнимали фигурные кусты, смыкающиеся сверху навесом. Зеленый тоннель выглядел очень необычно, но вместе с тем гармонично вписывался в окружающую территорию.

Дом, что предстал впереди, походил на арт-объект в журнале элитной недвижимости: три этажа, уложенные неровными блоками, соединялись балконными площадками, усеянными зелеными растениями и узкими лестницами. Балконная площадка второго этажа плавно переходила в открытый бассейн слева от строения. Фасады этажных блоков сверкали прозрачнейшим панорамным остекленением. Внутри дома проглядывали детали интерьера, но с улицы разглядеть что-то более подробно не представлялось возможным.

Парадный вход располагался в центральном длинном блоке – широкая входная лестница вела прямиком на второй этаж и утопала в свете боковых прожекторов. Молочно-кофейная цветовая гамма директорского поместья бережно обнималась мягкой точечной подсветкой стен, потолков и лестниц на каждом уровне.

Авто затормозило справа от лестницы, у гаража, встроенного в первый этаж. Каре не терпелось осмотреться, но она послушно ожидала разрешения выйти из машины. Стоило вести себя посдержанней, пока отношения с дядей не перейдут на более доверительный уровень, если такое вообще могло произойти. Но вместо того, чтобы высадить Кару, Лэй завел машину в гараж и закрыл откатную дверь. Оказалось, что в дом можно пройти как с улицы, так и из гаража. Попросить разведать территорию снаружи Кара постеснялась и молча последовала за дядей вглубь особняка. От глухого стука подошв о пол повсюду зажегся мягкий теплый свет, являя взору роскошный интерьер, дорогую мебель и коллекционные предметы искусства.