Чтение онлайн

Данте понял, что этого мошенника трудно обмануть. Голод и нищета были лучшей школой жизни на улице, на которой часто видели монахов. То, что они приняли за простое и скромное одеяние, выдавало их, словно маскарадный костюм.

– В любом случае, - продолжал неутомимый Филиппоне с лицемерной вежливостью, - если вы хотите что-либо… здесь все дешево… - сказал он, обводя рукой площадь.
– Шерстяные ткани или любые другие…

Двусмысленность этих слов и возможных дел, которые его товарищи были готовы исполнить, потрясли Данте. Филиппоне, не получив немедленного ответа, решил зайти с другой стороны.

– Женщины?
– сказал он и, лукаво подмигнув, добавил: - Мужчины?

Данте отреагировал быстро, чтобы предупредить возможную реакцию Франческо, видя, что его спутник сжал зубы и насупил брови.

– Информация, - быстро вмешался поэт.
– Мы хотим получить информацию. И мы, конечно, заплатим за нее.

Последняя фраза заставила зажечься глазки Филиппоне.

– Конечно! Все, что в моих силах, мессер… - ответил он. Данте засунул правую руку под плащ и проверил свой кошелек, заполненный средствами на разные расходы, которые граф Баттифолле предоставил в его распоряжение. Это движение не слишком понравилось Франческо, который не сводил глаз с отдаленной группы. Данте извлек несколько барджеллино, которые Ландо ввел в обращение, и показал их на ладони собеседнику, хотя и не позволил дотронуться до них.

– Что ты знаешь об этих бегинах, которые ходят по площади?

Человек оторвался от созерцания монет и посмотрел на Данте, изображая настоящее разочарование.

– Я не знаю… - ответил он уклончиво.
– Здесь столько монахов и нищих, которые бродят по городу…

Данте улыбнулся, тут же поняв смысл его слов. Он убрал ладонь с монетами под плащ и снова заговорил с ним, а этот человек наблюдал за его движениями, с трудом скрывая неподдельную грусть. Потом поэт снова вытащил ладонь, но теперь на ней лежали пять монет. Глаза Филиппоне открылись широко и с жадностью уставились в то место под плащом, где могли исчезнуть эти монеты. Без сомнения, он представлял себе большой, наполненный деньгами кошелек.

– Я не говорю о городе, - произнес Данте громко.
– Я говорю об этом месте. Если здесь бывают бегины, то, думаю, найдутся другие, кто знает о них больше.

– Нет, - сказал Филиппоне с нервным смешком, поглядывая попеременно на обоих чужаков.
– Вы правы. Это наши бегины, так сказать. Но я… ладно, я тоже общался с ними… - пояснил он с притворным сомнением, увеличивая цену своих услуг.

Данте улыбнулся, качая головой. Он снова убрал руку в складки одежды, но то, что он потом произнес, совсем не соответствовало ожиданиям собеседника.

– Действительно, - твердо сказал поэт, теперь уже обращаясь к своему спутнику, который серьезно и внимательно сохранял вид немого зрителя этого своеобразного легкого шулерства, - будет лучше, если мы поищем кого-то, кто знает больше.

– Нет, нет, подождите… - быстро заговорил Филиппоне.
– Хотя я знаю мало интересного, о чем могу рассказать вам.

Плут Филиппоне в то же время протянул руку, давая понять, что плата его устраивает. Не теряя спокойствия, Данте снова вытащил руку и положил в протянутую ладонь три монеты. Филиппоне посмотрел на это с выражением смущенного протеста.

– Как ты сказал, - заговорил Данте, объясняя свои сомнения, - если у тебя мало интересной информации, ты не можешь получить за нее большую плату. Конечно, если то, что ты расскажешь, правдоподобно и интересно, ты получишь и остальное, уверяю.

Тип изобразил на лице гримасу согласия. Он кивнул и быстро спрятал монеты в своих лохмотьях.

– Что ты знаешь об этих бегинах?
– снова спросил Данте.

– Их называют «французами»; они здесь не так давно, - начал Филиппоне.
– Меньше четырех месяцев.

– Они все французы?
– удивленно спросил Данте.

– Полагаю, да, - ответил человек.
– Или они просто так себя называют.

– Что они делают около Санта Кроче?
– спросил Данте.

– То же, что и остальные, - сказал Филиппоне, - молятся, просят милостыню и тому подобное. Они говорят, что они тоже ремесленники, как мы. В основном красильщики. Но я не видел, чтобы кто-то из них работал, - добавил он, подмигивая.

– То есть они живут на милостыню? Здесь что же, щедро подают?
– спросил Данте, скептически глядя вокруг.

Его собеседник охотно рассмеялся в ответ.

– Больше тех, кто хочет получить, чем тех, кто дает.

– А они что-то отдают и получают взамен?
– спросил Данте.

Филиппоне снова рассмеялся, но его смех, очевидно, был притворным.

– Все, что и обычно! Они помолятся за нашу душу, расскажут о том, что произойдет после смерти… Все как обычно, вы же понимаете…

– И ничего больше?
– настаивал Данте, звеня монетами, которые остались в его руке.
– Для этого существуют францисканцы.

– Нет! Только это, - утверждал Филиппоне, желая придать своим словам убедительность, которой мешала его нервозность.

– А где живут эти «французы»?
– старался разузнать Данте.

– Ну, я думаю, что около Сан Амброджио, - ответил тот, глядя на руку, в которой позвякивали монеты Данте, - но я не помню точно, где…

Данте, немного уставший от этой игры, открыл ладонь, и его собеседник жадно схватил две оставшиеся монеты.

– Ах, да! Это гораздо ближе Сан Амброджио, - добавил он, нагло улыбаясь.
– Если вы пойдете по улице Пелакани [48] на север, то тут же обнаружите их убежище. Там же находится старый колодец, из которого я бы пить не стал.

– Понятно, - произнес Данте с отвращением, он больше не мог выносить общество этого плута.
– Это все. Иди с Богом.

На мгновение Филиппоне заколебался, словно рассматривал возможности какого-то плана. Потом он заговорил, не теряя своей фальшивой почтительности:

– Постойте, не уходите. Если вы пойдете со мной, то, я думаю, сможете встретиться с тем, кто расскажет вам больше.

Он сопровождал свои слова такими кривляньями и размахиванием руками, что Данте тут же понял смысл этих жестов. Франческо также понял сложившуюся ситуацию. Он в любой момент был готов отразить неожиданное нападение. Теперь он пристально смотрел на группу с другой стороны площади. От группы отделились двое и отправились в ближайшие улочки.

– Не стоит, - ответил Данте.
– Оставь нас.

Однако Филиппоне решил настаивать на своем предложении и не принимать отказ, он убеждал в важности своих слов, начиная тянуть Данте за руку.

– Всего миг, - продолжал он.
– Я уверен, что вы получите исчерпывающие ответы.

У Данте не осталось ни малейших сомнений в намерениях Филиппоне. Его план должен был состоять в том, чтобы заманить их на одну из этих темных улочек, скрыться от посторонних глаз, а там с помощью своих сообщников беспрепятственно ограбить. Теперь Франческо отреагировал быстро. Одним неуловимым движением он притянул Филиппоне к себе и с той же ловкостью сильно схватил его левой рукой за промежность. Данте был почти так же удивлен, как и сам Филиппоне, который, побледнев и открыв рот, не мог произнести ни слова. Свободной рукой Франческо легко распахнул плащ, чтобы продемонстрировать рукоять шпаги, висевшей на его поясе. Молодой человек очень близко притянул прохвоста к себе, чтобы никто другой не увидел того, что тут происходило.