Чтение онлайн

Не могу сдержать смеха. Вот же упрямый чёрт!

— Серьёзно? Ты готов вступить в мой отряд, если я расскажу тебе рецепт десерта?

— Не десерта, — Кабанский качает головой. — Тайну. Как ты это сделал? Откуда взял? Я перерыл все книги, опросил всех знакомых алхимиков и поваров. Никто не слышал ни о чём подобном.

Усмехаюсь. Ещё бы они слышали. «Птичье молоко» — это рецепт из моего детства, проведённого в СССР. Здесь его просто не существует. Пока не существует.

— Хорошо, — киваю я. — Расскажу. Но не сейчас. Сначала — дела.

Кабанский прищуривается.

— Это твоё окончательное предложение?

— Да. Вступаешь в отряд, проходишь… скажем так, посвящение. И тогда — все тайны твои.

Он думает. Я вижу, как в его голове крутятся шестерёнки. Кабанский — не дурак. Он понимает, что я предлагаю ему больше, чем просто место в отряде охотников. Я предлагаю ему стать частью чего-то серьёзного, с доступом к тайнам не только вкусных конфет.

— Ладно, — он протягивает руку. — Договорились.

Пожимаю её. Крепко, по-мужски.

— Добро пожаловать в отряд «Скорпион».

Из моего кольца вырывается хвост скорпиона и жалит Давида в палец.

— Это ещё что за хрень?! — тут же возмущается он.

— Ты же не думал, что я допущу тебя к тайнам просто так? Это клятва на крови.

Лицо барона сползает, он с ужасом смотрит на свой палец, где выступила капелька крови.

Пожалуй, говорить ему, что это была шутка — не буду. Пусть думает, что поклялся ничего не рассказывать.

— О слове чести слышал что-нибудь? — бурчит Кабанский.

— Ага, — отмахиваюсь, очень хорошо знаю, как люди его нарушают. — Ладно, нас уже ждут, пойдём, познакомлю тебя со всеми и введу в курс дела.

Веду Кабанского по территории поместья. Он озирается, и я вижу, как меняется выражение его лица — от сдержанного любопытства к откровенному удивлению.

— Сколько у тебя людей? — спрашивает он, глядя на гвардейцев, тренирующихся во дворе.

— Достаточно. И будет больше.

Проходим мимо кузницы, откуда доносится звон металла. Мимо конюшен, где фыркают лошади. Мимо здания, опоясанного строительными лесами, которое Фёдор приспособил под свою лабораторию и начал ремонтировать.

— Это что? — Кабанский кивает на странную конструкцию у стены.

— Артефакторская. Фёдор Проскорпионов сделал себе там логово.

— Проскорпионов? — барон приподнимает бровь. — Ты уже и слуг рода штампуешь?

— Недавно принял его. А что, есть какие-то ограничения? Фёдор — мой дальний родственник и оказался весьма талантливым артефактором. Я решил не тянуть.

Кабанский хмыкает. Вижу, что он впечатлён, хотя старается этого не показывать.

Заходим в главный зал, где уже собралась команда. Цыпа развалился на диване, Даниил Ужин стоит у стены — подальше ото всех, как обычно, а то вдруг хоть пылинка на него прилетит. Ирина сидит в кресле, листая какие-то бумаги. Оля — рядом со столом, стоит и прижимает к груди свой блокнот.

— Господа, — объявляю я, — знакомьтесь. Барон Кабанский. С сегодняшнего дня — член нашего отряда.

Цыпа лениво машет рукой.

— Йо. Я Цыпа. Если что — бью морды.

Кабанский моргает. Да, согласен, возможно, это было не самое разумное учить его словечкам из моего мира. Но я не устоял.

— Э… приятно познакомиться?

— Даниил Ужин, — представляется Даниил, не двигаясь с места. — Не люблю, когда меня трогают.

— Учту, — Давид изгибает бровь, осматривая его.

— Ирина, — улыбается она. — Открываю порталы на Изнанку.

— У тебя есть собственная порталистка? — Кабанский поворачивается ко мне.

— Есть. А у тебя не было, что ли?

Неужели можно было так не убиваться и вызывать порталиста, так сказать, на часок? Но лучше свой человек. Я совершенно не жалею, что провозился с Иришкой. Если бы пришлось начинать заново, я бы опять потащился в Евпаторию именно за ней.

Провожу Кабанского по залу, показываю карты разломов, списки закрытых порталов, графики добычи макров. С каждой минутой глаза барона становятся всё больше.

— Подожди, — он останавливается у одной из карт. — Это что, промышленная добыча металла на Изнанке?

— Да. Второй уровень. Там есть жилы особого металла, который не встречается в нашем мире. Мы тебе из него снарягу сделаем, как поймём, какие у тебя сильные стороны.

— И ты добываешь его регулярно? — не унимается Кабанский.

— Каждую неделю.

Давид качает головой.

— Скорпионов… ты понимаешь, что это… это…

— Много денег? Знаю.

— Не просто много. Это… — он не находит слов.

Похлопываю его по плечу.

— Добро пожаловать в семью, барон. Тебе ещё многое предстоит увидеть.

— Например? — он осматривается, как малыш в новой песочнице.

— Например, разумных муравьёв, — гогочет Цыпа.

Он смотрит на него, потом на меня как на сумасшедших.

— Кого?

— Муравьёв. Разумных, — поясняю я. — Размером с собаку. У них там целый город. Мы с ними торгуем.

Кабанский открывает рот. Закрывает. Снова открывает.

— Ты опять издеваешься? Как с молоком?

— Не-е-ет, — смеюсь. — Обещаю персональную экскурсию. Но сначала ты должен пройти базовую подготовку. Изнанка не место для прогулок.

Барон молчит несколько секунд. Потом качает головой и усмехается.

— Знаешь, Скорпионов… я думал, что знаю, во что ввязываюсь. Но ты полон сюрпризов. Ты вообще понимаешь, что я вполне себе хорошо знаком с Изнанкой?

— Вот и посмотрим, — киваю. И это ещё не все сюрпризы. — Кстати, ты всё ещё ждёшь тайну птичьего молока?

Все в комнате смеются. Даже Даниил позволяет себе лёгкую улыбку. Мои ребята уже давно оценили вкус необычного для этого мира десерта и с удовольствием едят его.

— Жду, — ворчит Кабанский. — И не думай, что я забуду.

— Обещаю — до конца дня узнаешь.

После того как Кабанский уходит осматривать казармы в сопровождении Олега, знакомиться с моими гвардейцами и изучать амуницию, я поднимаюсь в кабинет. Нужно сделать один важный звонок.

Набираю номер Толика, у нас время созвона.

Три гудка. Четыре. Пять.

— Да? — голос гвардейца звучит приглушённо, будто он прикрывает трубку рукой.

— Это я. Можешь говорить?

— Минуту, господин.