Чтение онлайн

На Скай она тоже натянула огромную толстовку и завернула ее в одеяло. Скай почти мгновенно уснула. Лили взяла дочь на руки и спустилась вниз. С вершины лестничной площадки она увидела полицейских, слоняющихся по дому. Мама была в гостиной и тихо разговаривала с высоким суровым мужчиной в полицейской форме. Лили инстинктивно поняла, что он здесь главный. Словно почувствовав её появление, он посмотрел прямо на нее. Его потрясённое выражение лица было почти таким же как у мамы, когда та открыла дверь, хотя этот мужчина лучше справился с эмоциями. Мама поспешила к ней, готовая представить.

— Лили, это шериф Томми Роджерс. Шериф, это моя дочь Лили и её дочка Скай.

— Очень, очень приятно видеть вас, юная леди.

Но он оставался на почтительном расстоянии, видимо, чувствуя недоверие Лили. Она не могла себя контролировать. Нервно разглядывала остальных полицейских в гостиной. Их изучающие взоры будто вгрызались в неё, невысказанные вопросы висели в воздухе. Она боролась с подступающей паникой.

Шериф Роджерс, казалось, точно знал, о чём она думает. Он щёлкнул пальцами, и, словно по команде, мужчины вышли во двор и закрыли за собой дверь.

Наступила тишина. Мама и шериф ждали, когда она заговорит. На один безумный миг Лили захотелось обратно в ту сырую, холодную яму, из которой она выбралась. Там она знала правила. Знала, что думать, чего ждать, как выживать. Здесь — неизвестность.

— Где Эбби? — спросила она маму, стараясь говорить спокойно, не показывая своего страха.

— Она уже едет. Будет с минуты на минуту, — ответил шериф Роджерс.

Руки у Лили дрожали от усталости, очень уж долго пришлось нести Скай.

— Может присядешь? — предложил шериф, явно беспокоясь, что она уронит ребёнка.

Он указал на диван, и Лили направилась туда. Осторожно уложила Скай на подушку и села рядом. Откинулась на спинку и закрыла глаза. Мама и шериф отошли, но Лили слышала каждое слово.

— Она мне ничего не рассказала, — сказала мама.

— Нужно действовать быстро, Ева. Это важно.

— Я не хочу её торопить. Или расстраивать.

— Понимаю, но если это было похищение…

— Если?!

Ева повысила голос и Лили резко открыла глаза. Вопрос полицейского эхом отозвался в голове.

Он сомневается в ней? Неужели может думать, что она ушла по своей воле? Что у неё был выбор? Может, он знает Рика. Может, он был замешан в этом деле с самого начала.

Лили посмотрела на Скай. Желание защитить ребёнка поглощало все остальные эмоции.

Не будь слабачкой , — сказала она себе, но тревога все равно пробирала её до костей и от нее не получалось избавиться.

Она всё ещё смотрела на Скай, когда открылась входная дверь.

Лили мгновенно поняла, что это Эбби. Она повернулась и увидела сестру в дверном проеме.

Видеть Эбби живой и невредимой было почти физически больно.

— Я знала, чёрт возьми, я знала, — сказала Эбби.

Лили хотела запомнить этот момент. Хотела прокручивать его снова и снова, когда мозг заволокут темные воспоминания о Рике. Если бы она не почуяла появление Эбби на интуитивном уровне, ещё до того как увидела её, то может и не узнала бы. Лицо у Эбби потяжелело. Она набрала килограммов двадцать. Волосы, которые всегда были такими же длинными как у Лили, теперь были обрезаны. Она сделала каре и покрасилась в ярко-рыжий. Но глаза остались прежними. Зелёные с золотыми искрами. Те самые глаза, воспоминанием о которых Лили утешалась каждую ночь на протяжении восьми лет.

Лили встала и медленно направилась к Эбби, надеясь избежать шумной сцены. Но Эбби, похоже, рассуждала иначе. Она издала радостный вопль (то ли крик, то ли вой) и бегом бросилась к сестре. Они столкнулись, вцепившись друг в друга.

В один миг стерлись 3110 дней.

В годы после похищения, после всех тех месяцев, на протяжении которых Рик учил её «правильному поведению», Лили была уверена, что никогда больше не сможет любить как прежде. Она думала, что даже дочь останется обделена. Что Рик украл у неё способность чувствовать настоящие эмоции.

Но сжимая Эбби в объятиях, Лили поняла: несмотря на все его усилия, он не смог разорвать их связь. Её близняшка всегда была рядом. Всегда. Нерушимо.

Лили заплакала навзрыд и её рыданиям вторила Эбби.

— Я им говорила, Лилипад, — твердила Эбби. — Я говорила, что ты не умерла. Все эти годы. Все эти годы я знала

Это и было моим спасением? — подумала Лили. — Может, огонь веры Эбби поддерживал во мне жизнь.

Эбби отстранилась, погладила Лили по волосам.

— Ты такая красивая, Лилипад. Красотка с потрясающими волосами.

Лили вздрогнула. Она ненавидела свои волосы. Умоляла Рика остричь их, но он отказывался.

Он часами гладил их, заплетал, пропускал светлые пряди между пальцами.

— Это твоя гордость, Лили. Твоя сияющая слава, — вечно повторял он.

Эбби взглянула на неё с тревогой и Лили поняла, что выпала из реальности, впустила его в свой разум. Она заставила себя вновь выкинуть его из головы. Он не испортит этот момент. Не украдёт больше ни секунды. Ей хотелось увидеть улыбку Эбби.

— Эбс, ты тоже выглядишь потрясно.

— Ты никогда не умела врать, Лилипад.

Лили улыбнулась, её взгляд упал на выпирающий живот Эбби, и в этот миг она поняла, что Эбби не просто толстая. Она явно беременна.

— У тебя будет ребёнок? — спросила Лили, коснувшись живота Эбби.

Эбби поморщилась и на этот раз сама отстранилась. В голове Лили вихрем пронесся миллион вопросов.

Кто отец? Почему ты не рада этому ребёнку? Что я пропустила?

Но Эбби сменила тему.

— Всё хорошо, Лилипад. Всё хорошо. У нас будет время, чтобы обсудить это. Сейчас достаточно того, что мы снова вместе. Ты и я, этого достаточно — сказала Эбби.

Лили снова обняла сестру, нуждаясь в физическом подтверждении её существования, в доказательстве, что она по-прежнему способна выносить чужие прикосновения. Что она ненавидит только его касания. Эбби начала гладить Лили по спине медленными круговыми движениями.

Для Лили это послужило убедительным доказательством. Он не уничтожил её. Она не позволила.