Куколка
Шрифт:
— Эбби, подожди.
Но она не собиралась ждать. Она продолжала целовать его и поцелуй отличался от всех предыдущих. Она всегда сдерживалась; даже не осознавала этого до сегодняшней ночи. Восемь лет она любила этого мужчину и ненавидела себя за это. Сегодня все преграды рухнули. Для Эбби это было их первое свидание. Прекрасное и чистое.
Она втолкнула его в дом.
— Я ужасно себя вела, прости. Но я люблю тебя. Я люблю тебя и люблю Дэвида. Я хочу, чтобы ты это знал.
Он притянул её ближе и целовал до тех пор, пока у неё не закончилось дыхание. Они быстро разделись, оставляя за собой след из одежды по всему дому. Упали в постель, открывая тела друг друга так же, как делали это в подростковом возрасте, только теперь в их спальне не было никаких призраков. Лишь они вдвоём.
Часы спустя, обессиленная Эбби лежала в объятиях Уэса, а он делился с ней своими планами.
— Я подал заявку на участок земли. Для дома. Хочу построить нам собственное жилище. И хочу, чтобы мы путешествовали. Мы отвезём Дэвида в Диснейленд на его первый день рождения. А если ты не будешь больше упрямиться, может, мы с тобой ещё и в медовый месяц туда съездим.
Впервые в жизни Эбби позволила себе подумать о будущем, и это заставило её почувствовать себя живой. Она хотела всего этого и много чего другого. Надеялась, что это возможно, но пока не была уверена. Ещё нет.
Уэс задремал, а Эбби разглядывала его, размышляя, чем она заслужила любовь такого хорошего и доброго человека. Она встала, нацарапала записку, поцеловала его и быстро оделась. Прокралась в гараж, вытащила канистру с бензином из кузова пикапа Уэса и отправилась в путь.
Лунный свет освещал шоссе, пока Эбби ехала к пункту назначения. Ночь была морозной, но она не чувствовала холода. Полностью сосредоточилась на задаче.
Эбби вышла из машины, схватила канистру и начала поливать бензином внешние стены коттеджа Рика. Она старательно обходила кустарники — не собиралась устраивать лесной пожар, хотела уничтожить только это ужасное место. Она лила и лила бензин, пока канистра не опустела. Затем достала из кармана спички и чиркнула одной. Спичка вспыхнула и Эбби бросила её в здание, где томилась в плену её сестра. Ш-ш-шух! Спичка подожгла старое сухое дерево и огонь начал распространяться.
Пламя танцевало, в его движениях была какая-то радостная свобода. Эбби жалела, что Лили не может этого видеть — как дерево трескается, как каркас медленно рушится. В её представлении вместе с коттеджем сгорали и все унижения, пережитые Лили из-за Рика.
Эбби хотела остаться там до тех пор, пока здание не превратится в пепел и угли, но не могла рисковать. В небо уже поднимались большие клубы дыма. Придётся позвонить в пожарную службу, если она не хочет, чтобы на её совести был ещё и пожар в лесу. Она заранее купила телефон с предустановленной симкой. Забралась обратно в машину и поехала прочь, на ходу набирая номер.
— 911, что у вас случилось?
Эбби ответила низким голосом:
— Я видела пламя недалеко от шоссе 12. Кажется, там пожар.
— Хорошо, мэм, где именно на шоссе 12?
— Прямо у съезда с федеральной трассы. Я вижу огонь.
Она быстро повесила трубку и выбросила телефон в лес.
Было почти пять утра, когда Эбби вернулась домой. Она порвала записку, которую оставляла, и проверила всех, включая Дэвида. Все крепко спали. Эбби приняла душ и снова надела пижаму. Остановилась, чтобы ещё разок посмотреть на Дэвида, и увидела, что он уже проснулся, смотрит на цирковую карусельку над кроваткой и радостно играет с собственными ножками, словно это лучшее изобретение в мире.
— Привет, малыш, рано ты сегодня.
Он радостно заверещал, потянулся к ней ручками и ножками. Эбби взяла его на руки и легла обратно в постель. Солнце ещё не взошло, но птицы уже чирикали, возвещая, что ночь скоро закончится. Она прижала Дэвида к себе, вдыхая сладкий запах детской присыпки и задремала.
В какой-то момент она проснулась и стала искать Дэвида. Подняла взгляд и увидела Лили у пеленального столика — та надевала на него чистый подгузник.
— Подъём, соня. Уже почти пол-восьмого.
Эбби резко выскочила из кровати, словно чёртик из табакерки, боясь опоздать. Но тут же замерла, разглядывая сестру. Красота Лили не была кричащей. Её рыжие волосы были гладкими и блестящими, челку скрепляла серебряная заколка. Серые брюки и белая шёлковая блузка придавали образу элегантности.
— Я, наверное, пропустила будильник. Покормишь Дэвида? Я быстро.
— С удовольствием.
Лили пощекотала Дэвида, и тот счастливо засмеялся.
— Пойдём, красавчик. Позавтракаем.
Пока они спускались вниз, Эбби взять себя в руки. Она стояла перед шкафом, выбирая, что надеть. Перебрала десятки вариантов, но в итоге выбрала похожие серые брюки и чёрный свитер с V-образным вырезом. Этот свитер она миллион раз собиралась сжечь. В её сознании он был причиной стольких бед. Она не носила его, но хранила как напоминание о том, что потеряла. Надев его сейчас, Эбби поняла, что сильно похудела — свитер сидел идеально.
После стольких лет, сказала она себе, этот свитер станет её бронёй. Сегодня он защитит их всех.
Эбби спустилась на кухню и увидела, что Лили и мама внимательно смотрят утренние новости.
— Эбби, ты слышала? Кто-то сжёг коттедж Рика Хэнсона этой ночью, — сказала Лили с подозрением.
Эбби уставилась на экран телевизора. В репортаже демонстрировали обугленные останки «пыточного логова» Рика Хэнсона и строили догадки, кто мог это сделать.
— Ты можешь в это поверить? — спросила Лили.
— Наверное, кого-то достало, что это место воспринимают как туристическую достопримечательность, — ответила Эбби.
Она направилась к холодильнику, стараясь сохранять нейтральное выражение лица.
Мама выглядела встревоженной.
— Если этот ублюдок использует случившееся, чтобы сорвать сделку о признании вины, клянусь Богом, я убью поджигателя своими руками.
Эбби в изумлении уставилась на мать.
Ну вот, мама озвучила то, что ей даже не приходило в голову.
Она быстро подошла к Лили.
— Не слушай маму. У них есть видео из коттеджа, вещественные доказательства, твои показания, показания Шейны. Ублюдку ни за что не отвертеться.