Чтение онлайн

В заточении Максим Грек провел почти четверть века. Там он написал много работ, в том числе программное сочинение «Исповедание православной веры», в котором обосновал свою невиновность. Умер Максим Грек в 1556 году уже не в заточении, а на свободе, но не на родине в Греции, а в России, в Троицком монастыре, и «своею жизнью на Руси он прочертил как бы путь многих и многих интеллигентов», став, «в сущности, первым интеллигентом на Руси» [19] . После себя Максим Грек оставил «огромное литературное наследие на русском языке, и он по праву считается одним из крупнейших русских писателей XVI в.» [20] . Труды Максима Грека впервые были опубликованы спустя триста лет после его кончины: в 1859–1862 годы Казанская духовная академия в трех частях выпустила «Сочинения преподобного Максима Грека» [21] . Тогда же, в 1862 году на торжественно установленном в Великом Новгороде памятнике «Тысячелетие России» среди 31 фигуры просветителей Руси, изображенной на фризе нижней части монумента, был вылеплен горельеф Максима Грека как одного из славнейших представителей страны и народа [22] .

Горельеф Максима Грека на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде. Россия.

В 1865 году редакция журнала «Мирской Вестник» выпустила в Санкт-Петербурге брошюру «Преподобный Максим Грек», открывавшуюся его большим графическим портретом [23] . В 1894–1897 годы Казанская духовная академия повторила издание «Сочинений преподобного Максима Грека» середины XIX века, а в 1910–1911 годы «Сочинения преподобного Максима Грека в русском переводе» и в трех частях выпустила Троицко-Сергиева лавра [24] . На рубеже веков, в последний период истории царской России стали появляться биографические исследования духовного пути этого религиозного деятеля, начиная с «Жития преподобного отца нашего Максима Грека» [25] , продолжая «Кратким очерком церковно-общественной деятельности преподобного Максима Грека по части обличения и исправления заблуждений, недостатков и пороков русского общества XVI ст. (1518–1556)» А. Л. Синайского [26] и заканчивая книгой Б. И. Дунаева «Пр. Максим Грек и греческая идея на Руси в XVI веке» [27] . Интересовал Максим Грек и советских исследователей, особенно последней трети XX века, а в постсоветской России его биография была даже издана в серии «Жизнь замечательных людей» [28] . Заслуживает внимание и тот факт, что в 1988 году на Поместном соборе Русской православной церкви Максим Грек был прославлен в лике преподобных – через 470 лет после его приезда в Московию.

Историк В. О. Ключевский писал об интересе иноземцев к Руси: «Ни одна европейская страна не была столько раз и так подробно описана путешественниками из Западной Европы, как отдаленная лесная Московия» [29] . Известно более сотни рассказов о ней, в одной только книге «Иностранцы о древней Москве. Москва XVXVII веков» М. М. Сухманом было собрано 70 ее описаний военными, дипломатами, переводчиками, священниками, учеными, врачами, купцами [30] . Ценность иностранных свидетельств, их значение и своеобразие определялись тем, что, «повседневные явления жизни, мимо которых без внимания проходили русские люди, привыкшие к ним, останавливали на себе внимание чужого наблюдателя. Иностранец не мог верно объяснить, часто не мог даже беспристрастно оценить многие явления русской жизни, но описать их, выставить заметные черты он мог лучше и полнее, нежели россияне» [31] . И нередко то, что русское сознание отметало прочь, сторонний взгляд брал на заметку, сохранял в памяти, например, своеобразие культуры, особенности государственного управления и судопроизводства, специфические черты уклада жизни и повседневности. Конечно, субъективность, а порой и предвзятость, иностранных свидетельств умаляют их значение, но при должном научном анализе и критическом отношении они дают уникальную возможность увидеть русскую жизнь глазами заезжего иностранца и потому выступают ценными памятниками прошлого как России, так и мира.

Важность сказаний иностранцев о Руси была для отечественных исследователей неоспоримой. Так, русский историк немецкого происхождения Ф. П. Аделунг в первой половине XIX века написал и опубликовал такие работы как «Зигмунд фон Герберштейн», «Августин фон Мейерберг и его поездка в Россию», «Критико-литературное обозрение путешественников по России до 1700 года и их сочинений» [32] . Другой исследователь – А. В. Старчевский в 1841–1842 годы издал на латыни два тома «Сказаний иностранных писателей XVI века о России» [33] . Стажируясь в Берлине, Старчевский занялся сбором и каталогизацией хранившихся в европейских библиотеках и архивах иностранных источников, касавшихся России, в результате чего он пришел к выводу, что составление полной картины прошлого должно непременно вестись «при помощи повествований иностранцев об особенностях русского народа», что затем было отражено им в книге «Очерк литературы русской истории с древнейших времен до Карамзина» и статье «Очерк исторической деятельности в России до Карамзина», которые были изданы «Финским вестником» в Петербурге в 1845 году [34] .

Иностранные свидетельства плодотворно использовал Н. М. Карамзин в своей «Истории Государства Российского», а также Н. Г Устрялов, В. И. Любич-Романович, К. Н. Бестужев-Рюмин, В. Р. Зотов. Специалистом по иноземным описаниям Руси был В. О. Ключевский, посвятивший им свою первую диссертацию, написанную в 1865 году и названную «Сказание иностранцев о Московском государстве», которая в 1866 году сначала частями была опубликована в «Известиях Московского университета», а потом отдельным изданием выпущена «Обществом распространения полезных книг». Труд Ключевского был продолжен его учеником В. Н. Бочкаревым, выпустившим в 1914 году работу «Московское государство XV–XVII веков по сказаниям современников-иностранцев». В 1922 году историк Г. К. Лукомский, живя в Берлине, издал там книгу «Московия в представлении иностранцев XVI–XVII веков. Очерки П. Н. Апостола», которая была иллюстрирована гравюрами из книг Герберштейна, Олеария, Корба [35] . Активно разрабатывали тему «иностранных свидетельств» советские и постсоветские исследователи – М. Н. Тихомиров, М. А. Алпатов, Ю. А. Лимонов, В. Р. Мединский и другие [36] .

Среди первых описаний Московии европейцами следует отметить труд венецианского посланника Амброджо Контарини «Путешествие в Персию» 1487 года, работу ректора Краковского университета Матвея Меховского «Трактат о двух Сарматиях» 1517 года, имевшую несколько изданий и переводов на европейские языки и ставшую для Запада важным источником информации о Руси, а также сочинение советника эрцгерцога Фердинанда, венского епископа Иоганна Фабри «Религия московитов» 1525 года, которое было написано без посещения русских земель, лишь на основе записи бесед с русскими послами – князем И. И. Засекиным-Ярославским и дьяком С. Б. Трофимовым [37] . Они, возвращаясь из Испании от императора Карла V, по дороге на родину в Тюбингене были приняты при дворе эрцгерцога Фердинанда, где при посредничестве переводчика Власа Игнатьева и состоялся обширный разговор Фабри с московскими дипломатами, легший затем в основу его «Религии московитов». И хотя Фабри никогда не видел того, о чем писал, его трактат стал своеобразной настольной книгой для многих иностранцев, приезжавших в Московию, и в Европе неоднократно издавался: в 1526 году базельским типографом Иоганном Бебелем; в 1541 году там же в Базеле, в «книге занимательных повествований о военных экспедициях и новооткрытых землях»; в 1582 году в Шпейере в сочинении Яна Лазицкого «О религии, жертвоприношениях, свадебном и похоронном обряде русских, московитов и татар»; в 1600 году во Франкфурте в подборке сочинений о Московии, подготовленной Климентом Марнием и Иоганном Аубриусом; в 1630 году в Лейдене в сборнике «Государство и города Московии» и так далее.

Одним из самых известных описаний Московского царства XVI века является сочинение австрийского дипломата, офицера, писателя, барона Сигизмунда фон Герберштейна (Siegmund von Herberstein). Он в качестве посла Габсбургов дважды приезжал в Московию: в 1517 и 1526 годы. Умный и наблюдательный, Герберштейн всегда подмечал массу деталей и черт, присущих разным странам и народам, которых он посещал в составе дипломатических миссий и посольств. Не стала исключением и Московия. Ее он изучал внимательно и придирчиво, собирал информацию, вел дневники, запоминал рассказы приставленного к нему русского переводчика Дмитрия Герасимова, знакомился с тем, что было известно о Московии ранее, в частности, с трактатом Иоганна Фабри «Религия московитов». Опираясь на него, но более всего на свои непосредственные впечатления от увиденного на Руси, Сигизмунд Герберштейн создал свое описание Московии – «Записки о московитских делах» («Rerum Moscoviticarum Commentrii»), которые прославили его на века. Впервые они были изданы в 1549 году в Вене, а затем, переведенные с латыни на другие языки, опубликованы в 1550 году в Венеции, в 1607 году в Лондоне и других городах. Согласно антикварному каталогу 1899 года библиотеки русского чрезвычайного посланника при Баварском дворе, тайного советника Д. П. Северина, известно десять раритетных изданий «Записок о московитских делах» Герберштейна [38] , но вполне возможно, что их имеется и больше.

В России сочинение Герберштейна было введено в научный оборот членом Императорской Петербургской Академии наук Ф. П. Аделунгом, посвятившим Герберштейну и его посещению Московии отдельную большую книгу, написанную, правда, по-немецки [39] . На ее основе в 1857 году была скомпилирована обзорная статья, вошедшая в первый выпуск студенческого сборника Петербургского университета. Наконец, полностью на русском языке «Записки» Герберштейна вышли в 1866 году в переводе И. Анонимова и с латинского базельского издания 1556 года [40] . С этого времени «Записки» стали активно использоваться в отечественной литературе разных жанров и направлений и до сих пор являются одним из ключевых источников по истории Московского государства, его географии, политике, управления, судебной системы, культуры [41] .

Необычным историческим документом о Московии середины XVI века был Отчет английского моряка, «кормчего плавания» Ричарда Ченслера «о путешествии по Руси, обработанный с его слов Климентом Адамсом», который затем лег в основу «Книги о великом и могущественном царе Руси и князе Московском» [42] . На Альбионе это сочинение, рассказывавшее о том, как в 1553 году капитан Ричард Ченслер из-за шторма вместо Индии и Китая попал в Московию и как 30 мая 1554 года встречался с Иваном Грозным, вызвало большой интерес и послужило началом к завязыванию тесных англо-русских отношений. Не помешал даже поразивший Ченслера контраст между «живущими в роскоши властителями и бесправным, нищим народом – “диким”, “варварским”, “лживым”, “хитрым”, но вместе с тем сильным и бесстрашным, похожим на “молодого коня, еще не знающего своих сил”» [43] . Как писал про англичан Карамзин, «все говорили о России как о вновь открытой земле; хотели знать ее любопытную Историю, Географию, и немедленно составилось общество купцов для торговли с нею» [44] . Это лондонское общество в феврале 1555 года получило название торговой «Московской компании».

Венецианское издание «Записок о московитских делах» Герберштейна 1550 года.

В октябре 1555 года Ченслер (вместе с Георгом Киллингворсом) вновь посетил Москву уже в качестве английского посла «с челобитьем и с прошением о всяком добре», был принят царем и в июне 1556 года отпущен на родину вместе с четырьмя богато нагруженными кораблями и с ответным русским посольством во главе с государевым посланником Осипом Непеею Вологжанином. И хотя по дороге в Англию их постигло кораблекрушение, в ходе которого Ченслер погиб, а Непея, лишась всего, оказался у берегов Шотландии, такая взаимная дипломатия принесла успех обеим сторонам. Московия торжествовала, ведь О. Г. Непея в Лондоне «сидел в церкви на возвышенном месте близ Королевы. Нигде не оказывалось такой чести Русскому имени», так что Непея смог возвратиться домой на английском корабле и «Королева послала к Царю самые лучшие произведения Английских суконных фабрик, блестящий доспех, льва и львицу», а еще «ремесленников, рудокопов и Медиков, в числе коих был искусный Доктор Стэндиш» [45] .

Отправление Иваном Грозным посла Непеи в Англию, гибель Ченслера во время кораблекрушения и прибытие Непеи в Лондон к королю Филиппу. Миниатюра XVI в. Синодальный список Никоновской летописи XVI века. Л. 308. Отдел рукописей Государственного исторического музея.

Политическая победа сопровождалась экономической пользой: была дана привилегия «безо всяких пошлин торговати» как английским, так и русским купцам, в Московии появились ценные специалисты – «многие дохтора и злату и сребру искатели и делатари и иные многие мастера…», а Англия получила в подарок от Ивана Грозного Двор в Москве с каменным домом у церкви Св. Максима на Варварке [46] . По случаю успеха «британской эпопеи» русские художники создали красочную миниатюру, которая иллюстрировала разные ее этапы: отправление царем Иваном Васильевичем посла Осипа Непеи в Англию, гибель у берегов Шотландии во время кораблекрушения Ричарда Ченслера, прибытие Непеи в Лондон и встреча его с королевой. Миниатюра была размещена в Никоновской летописи – крупнейшем памятнике отечественного летописания XVI века, став ее ценным дополнением и украшением.