Чтение онлайн

И уж точно бессмысленно было искать виноватых. Роковая случайность привела Итана на мое выступление, она же позволила лисьей магии коснуться его. В этом не было злого умысла, и даже Луна не терзала меня за это кошмарными видениями по ночам. Теперь нам оставалось только одно - распрощаться и никогда больше не видеться.

Когда в дверях появился Луис, снова без очков и одетый как простой смертный, я даже обрадовалась. Что угодно, лишь бы не это натянутое молчание.

Я ничего не сказала Луису об Итане, но он отнесся к его присутствую философски. Мужчины молча пожали друг другу руки, после чего Каро придвинул стул от соседнего столика и устроился на нем между мной и Итаном.

–  Киу, - улыбнулся он, обращаясь ко мне, - вижу, ты решила быть жестокой до конца и растоптать мое самолюбие. Прекрасна и беспощадна. Я восхищен.

–  У меня имелся великолепный пример перед глазами - не без издевки ответила я.
– Но разве не тебе принадлежала идея встретиться сегодня, чтобы выявить победителя пари?

Ответом мне послужил задорный смех Луиса и мрачный взгляд Итана.

–  Тогда прежде, чем ты назовешь имя счастливчика, позволь мне кое-что сказать тебе, - проговорил Луис и извлек из кармана брюк небольшой мешочек из черного бархата.
– Мы встретились не в самое лучшее время, и оба успели наделать глупостей, хотя, признаю, моей вины во всем, что случилось, на порядок больше. Однако я не хочу, чтобы что-то стояло между нами. И в знак того, что я желаю тебе только добра, прошу, прими вот это.

Развязав тесемки, он вытряхнул на ладонь миниатюрную подвеску из молочно-белого нефрита. Наклонившись ближе, я увидела, что это бабочка. Луис протянул мне подвеску, и я взяла ее в руки, на мгновение подивившись тому, насколько теплым оказался камень. Он как будто все еще хранил тепло рук мастера, что с любовью и бесконечным терпением придавал ему его нынешнюю форму. Работа была не слишком тонкой, и кое-где нефрит был чуточку сколот, но я влюбилась в эту вещицу с первого взгляда.

Я с удивлением взглянула на Луиса. У меня на родине такой подарок имел совершенно особый смысл, но едва ли агенту были известны древнекитайские ритуалы. Каро выжидающе смотрел на меня со спокойной улыбкой, ни тени беспокойства или волнения на его лице. Нет, он определенно не знал, что только что сделал.

–  Она ведь очень старая?
– спросила я.

Кажется, я могла физически ощутить десятки лет, а то и целые столетия, прошедшие с тех пор, как некий мастер выточил из кусочка безупречно белого нефрита это маленькое крылатое чудо, символ любви и надежды.

–  Ты даже не представляешь насколько, - ответил Луис, и что-то в его голосе заставило меня оторваться от любования подвеской.

Буквально на мгновение маска соскользнула с его лица, и то, что я увидела под ней, было ничем иным, как сомнением. Но в чем? В ком? Каро принял беззаботный вид, как только заметил, что я смотрю на него.

–  Это ведь не какая-нибудь драгоценность твоей матери, которая передавалась у вас в роду поколениями?
– попыталась отшутиться я, хотя на самом деле мне было немного не по себе.

–  Нет конечно, - улыбнулся Луис.
– Я купил ее у уличного торговца по пути сюда.

Итан фыркнул.

–  Ты думаешь, что это поможет тебе победить?
– насмешливо спросил он, обращаясь к Луису.

Тот лишь безмятежно улыбнулся в ответ, ни следа сомнений или неуверенности в себе. Типичный Каро.

–  Киу, - обратился Итан уже ко мне.
– Но ведь это же просто взятка!

–  Разумеется, это взятка, - ответил за меня Луис.
– Но Киу чересчур высокоморальна, чтобы придать ей слишком уж большое значение. Можешь быть уверен, это не повлияет на ее решение.

Ядом, что прозвучал в голосе Луиса, можно было отравить пол-Бангкока. Сложно было придать слову «высокоморальна» больше глумливого презренья, чем это сделал агент. У меня тут же перед глазами предстал номер в отеле и смятые простыни на широкой кровати. Высокоморальна, в самом деле. Закрыв глаза, я постаралась отогнать непрошенные воспоминания.

Итану ничего доподлинно известно не было, но, наверное, по моей реакции он понял, на что именно намекал Луис.

–  Да как ты смеешь!
– воскликнул он, чуть привстав со стула и теперь нависая над Каро подобно столбу торнадо.
– Ты в принципе не способен ни на что другое, кроме как выплевывать гадости, не замечая ничего, кроме собственной мерзости, не замечая красоты, доброты, таланта. Тебе просто не дано оценить всего этого, вот ты и исходишь желчью, надеясь опустить остальных до своего уровня. Но в этот раз у тебя ничего не получится. И если ты еще раз раскроешь свой поганый рот, то клянусь, я врежу тебе. И на этот раз не промахнусь.

Судя по внезапно прорезавшемуся красноречию, Итану удалось справиться со своими внутренними противоречиями. Признаться, я даже опешила от этого монолога. После нашей ссоры я ожидала, что Итан уйдет, как только появится Луис, однако он не просто остался, но и попытался встать на мою защиту. А, может, ему всего лишь не терпелось выплеснуть наружу свой гнев, и Каро просто пришелся кстати.

Впрочем, на Луиса эта вспышка не произвела особого впечатления.

–  Я понял твою позицию, - спокойно сказал он.
– Можешь сесть обратно. Итак, Киу, ставки сделаны. Драгоценности против комплиментов. Что ты выберешь?

–  Мне сложно сделать выбор, отчаянно не хватает пункта «против всех».

–  Похвальная попытка свести все к шутке, но, Киу, ты сама подняла эту тему, и тебе придется выбрать. К тому же…

Что еще он хотел сказать, я уже не услышала. Во время разговора я иногда бросала случайный взгляд на телевизор за спиной Итана, но увидев в правом верхнем углу экрана фотографию, замерла, не в силах оторваться, ничего больше не видя и не слыша.

С жидкокристаллической поверхности на меня смотрело лицо Ноя.

Первым среагировал, конечно же, Луис. Он мгновенно развернулся на стуле, бросил взгляд на телевизор и тут же крикнул проходившей мимо официантке:

–  Включите звук!

К тому моменту, когда звук все-таки включили, прошла уже большая часть репортажа, и теперь в кадре был только незнакомый мне дом где-то на побережье, в то время как голос диктора продолжал:

–  … эксперты утверждают, что нападение было совершено прошлой ночью между полуночью и двумя часами. Личность нападавшего не установлена. Ведется расследование.

После криминальной хроники следовали новости спорта, до которых мне уже совершенно не было дела. Оторвавшись от телевизора, я встретилась взглядом с Луисом и поняла, что он удивлен не меньше моего. Я не знала, был ли он знаком с Ноем, но, видимо, был, потому как его удивление, очевидно, было вызвано именно самим сюжетом, а не моим интересом к нему.

–  Прошу прощения, - проговорил он, поднимаясь со стула и на ходу доставая мобильный.

Он отошел достаточно далеко, так что я не слышала его слов, но в какой-то момент мне показалось, что он произнес мое имя. По губам я умею читать не лучше, чем разбираюсь в физиогномике, но все равно мне почему-то стало не по себе. С кем Луис постоянно переговаривается? С Даатоном? Но какое тому до меня дело?