Чтение онлайн

–  А почему он выбрал именно Эмили? Есть идеи?
– этот вопрос терзал меня с самого начала.

Эмили была настолько добрым и светлым человеком, что у нее просто не могло быть врагов. Но шаман, действующий необдуманно? Тоже маловероятно.

–  Я был не очень хорошо знаком с миссис Гибсон, но могу предположить, что выбор пал на нее не случайно. Ты, Киу, знала ее лучше, чем я, тебе и судить. Все люди устроены по-разному, но кто-то кажется нам более «живым», чем остальные. Такие люди куда лучше подойдут для этого ритуала. Активность, талант, увлечения или сильные душевные переживания - все, что особенно отличает одного человека от другого, все это притягивает шамана, суля богатую добычу.

–  Да, с этой точки зрения Эмили подходит идеально, - согласилась я.

–  Тебе тогда тоже лучше не разгуливать одной, - бросил Нуккид.
– Не знаю, что там насчет таланта, но душевными переживаниями ты перещеголяешь любого.

–  Не думаю, что убийцу, кто бы он ни был, может заинтересовать лиса, - вставил Прасет.

Я состроила ему рожицу, не считая нужным отвечать. Однако Алек отнесся к замечаниям Нуккида и своего ученика вполне серьезно.

–  Прасет отчасти прав. Киу едва ли станет жертвой. С лисами в данном случае все и сложнее, и проще. Они, безусловно, являются куда лучшими источниками силы, чем люди, однако и сопротивляемость у них выше. Свить сети, в которые могла бы угодить лиса, куда сложнее, но если уж она в них попадется, то взять у нее силу будет проще, чем у простого смертного.

Я снова вспомнила, насколько остро среагировала в первый момент. Шок от хлынувшей на меня враждебной силы, желание убежать, уползти и неспособность пошевелиться, видения о собственной смерти - все это было ужасно и отвратительно, я едва смогла оправиться. Но, пусть это и заняло много времени, однако я все же вырвалась. Да, магическая сеть была сплетена искусно, но все же недостаточно искусно, чтобы удержать лису. Эмили же была всего лишь человеком.

–  Так значит, мы ищем больного шамана?
– как бы подводя итог, спросила я.

–  Возможно, что и так, - согласился Алек.

–  Но что будет, если ритуал проведет здоровый шаман? Он лопнет, как обожравшийся москит?

Если речь шла всего лишь об излечении от некого недуга, зачем нападать на Ноя? Если, разумеется, предположить, что за этим нападением и убийством Эмили стоит один и тот же человек.

–  Нет, - терпеливо ответил Алек.
– Он не лопнет. Не пойми меня неправильно, высосав из жертвы жизнь, подобно вампиру, шаман не станет бессмертным или неуязвимым, но убить его будет очень сложно.

–  Насколько сложно?
– спросил Прасет.

С удивлением и даже некоторым отвращением я поняла, что данная тема вызывает у него неподдельный интерес.

–  Трудно сказать. Все зависит от жертвы, от того, насколько хорошо он сумел подчинить себе ее душу, как часто проводит подобные ритуалы. От многого.

–  Ты хочешь сказать, что Эмили может оказаться не единственной подобной жертвой?
– поразилась я.

–  Скорее всего, так и есть, - ответил Алек.

–  И как часто надо убивать?
– задал следующий вопрос Прасет, но на этот раз Алек не ответил, едва заметно нахмурившись и бросив на ученика предостерегающий взгляд.

–  Кеута, - обратился он к провидице, - ты можешь что-нибудь добавить?

Она посмотрела на Алека, словно не понимая, о чем он ее спрашивает. Возможно, она даже не слышала нашего разговора, пребывая в одном из своих видений.

–  Шаман, который побывал тут, - терпеливо пояснил Алек, видя ее недоумение, - которого слышала Киу, который разорвал круг. Ты ведь помнишь круг в соседней комнате, который я показывал тебе полчаса назад?

На этот раз Кеута его услышала. Она ненадолго задумалась, потом кивнула.

–  Он серый, - сказала она.
– Серый насквозь.

–  Что-нибудь еще?

–  Он ждет.

–  Чего?

Кеута передернула плечами и плотнее ухватилась за свою чашку.

–  Он выжидает, - повторила она.
– Но скоро он снова ударит.

–  Мы можем как-нибудь ему помешать?
– не утерпела я.

–  Он серый, - снова сказала Кеута и замолчала, раздумывая. Потом внезапно вскинулась, резким движением отодвинула от себя чай и, не мигая, уставилась на меня.
– Не смотри ему в глаза!
– прошипела она, вставая со стула, и, сгорбившись и расставив руки, словно крылья, скакнула в мою сторону.

Я тоже вскочила со своего места и постаралась встать так, чтобы между мной и внезапно агрессивной Кеутой оказался стул. Но та уже больше не пыталась наброситься на меня. Она на мгновение закрыла лицо руками, потом зевнула, потянулась, взяла свою чашку со стола и стала мыть ее в раковине.

Мы некоторое время молча наблюдали за ней, обмениваясь встревоженными взглядами. Мне становилось понятно то, зачем Алек решил привлечь к расследованию провидицу, но так же и то, что из этого ничего не вышло.

–  Итак, он серый. Это здорово сужает круг подозреваемых, не так ли?
– усмехнулся Пхатти, который не принимал участия в разговоре, занятый приготовлением гигантского сэндвича из продуктов, найденных в холодильнике и шкафчиках Эмили.

–  Но ведь ты же все равно найдешь убийцу?
– раздраженно спросила я.

–  Это бессмысленно. У каждого шамана в Бангкоке был мотив, практически любой мог это сделать. Ты предлагаешь мне пройтись с блокнотиком по всем притонам? Или перестрелять всех, чтобы потом пристрелить выжившего?

–  Но… убийство совершено на твоей территории! Прямо у тебя под носом!

–  Такое случается каждый день. Убийства - это прерогатива полиции, не моя.

–  Но ведь…

Я замолчала на мгновение, раздумывая. Угрожать Пхатти было глупо, очень-очень глупо, но все же я решила рискнуть. Ради Эмили.

–  А что если об этом станет известно агенту Даатона?

Я ожидала, что на меня обрушится настоящий ураган, но все было тихо. Пхатти с задумчивым видом откусил от своего сэндвича и какое-то время, казалось, был полностью сосредоточен на процессе пережевывания пищи. Прасет снова решил меня игнорировать. Алек молчал. Мы с Нуккидом, один раз переглянувшись, переводили взгляд с демона на шамана в ожидании ответа.

–  Вот что, Киу, - сказал в конце концов Пхатти, прожевав кусок, - я не стану тебе повторять, что не в твоих интересах втягивать в это дело агента. Думаю, даже ты не настолько глупа, чтобы сделать это намеренно. А если же он сам о чем-то прослышит, то рядом с ним на этот случай всегда должна быть лиса, которая поможет ему отвлечься от дел, его не касающихся.

–  Прослышит, - фыркнула я, задетая его словами о моей глупости.
– Сложно не прослышать, когда об этом говорят по ящику.

–  О чем ты?
– насторожился Алек.