Купите даме монстра
Шрифт:
И вдруг вспомнила о Соне, которая никогда не видела таких чудес и, возможно не увидит… Нет! Это не правильно! Разве может быть, чтобы в таком прекрасном мире, полном волшебства и загадок, мире, где наследник древнего рода – настоящий дракон, не нашлось способа помочь одной маленькой девочке?
Даже Бруня прониклась к ней симпатией, иначе разве стала бы она спокойно сидеть в пакете, пока мы мило беседовали с малышкой. Кстати о змеях…
– А почему Бруня ни на шаг от тебя не отходит? – поинтересовалась я, не задумываясь, как в данной обстановке выглядит мой вопрос.
Влад явно не ожидал ничего подобного. Удивлённо хмыкнув, он коснулся губами моей макушки, и ответил:
– Бруня – эмпат. Ей нужны чужие эмоции для поддержания баланса. Только и всего.
Тут же вспомнилось, как она подкралась к нам во время поцелуя. Бруня упала в моих глазах ещё ниже, хотя мне казалось, что ниже уже некуда. Энергетический вампир, а не змея, честное слово! Вместо того, чтобы искать собственные эмоции, подсматривает за чужими! Паразит-переросток!
Даже дар у неё противоестественный и бесполезный. И вдруг меня осенило.
– Влад! – я взволнованно развернулась к продавцу. – У тебя сотни заколдованных зверюг – я видела. И каждая из них обладает своим даром.
– Или проклятьем, это как посмотреть, – уточнил Влад. – Но я не понимаю, к чему ты клонишь.
– Скажи, а есть среди них тот, кто умеет вытягивать энергию человека, его силу?
Влад задумался. Я не торопила его, но меня не оставляло азартное предвкушение. Кажется, я знаю, как помочь Соне!
Глава 26. Любовный треугольник
Солнце окончательно спряталось. Густые сумерки окутали избушку на краю леса, навевая мысли о детских сказках. Наползающая со всех сторон ночь уже съела далёкие горы и лес, на небе зажглись первые звёзды. Маленькая птичка, по-хозяйски устроившись на разросшемся кусте шиповника, усердно щебетала о чём-то несомненно важном, отчего волнение, не опускающее от самых водопадов, всколыхнулось с новой силой.
Аромат ночи, свежий, с примесью луговых трав, соединился с запахом отогретых за день цветов. Хотелось втянуть в себя эту смесь и замереть, хоть на миг остановив ускользающую магию. Магия... Её вдруг стало так много вокруг. Раньше я воспринимала её как приятное приложение к подруге детства, а теперь она ворвалась в жизнь, словно ураган, заставив многое переосмыслить.
– Эй, ты чего замерла? – Влад, ушедший было вперёд, вернулся, и остановился напротив, пытаясь проследить за моим взглядом.
– Столько мыслей в голове, – призналась я, взглянув на него.
Сейчас в сгущающейся тьме он как никогда походил на дракона, даже в человеческом обличье. Всё в нём говорило о любви к свободе: расправленные плечи, гордо вздёрнутый подбородок, обжигающий блеск в глазах. Только крыльев не хватает. Здесь, в своём мире Влад выглядел совсем по-другому, на своём месте.
Мельком взглянув на его серебряный перстень, я постаралась избавиться от воспоминаний о нашем полёте, но они упрямо заполонили голову. Надеюсь, однажды мне удастся вновь ощутить ветер в волосах, устроившись на чешуйчатой спине дракона, но не сейчас. Сейчас есть дела поважнее.
– Я должна помочь Соне! – я заглянула в чёрные глаза в поисках поддержки.
Он усмехнулся, и сердце больно кольнуло.
Хотелось добавить «И тебе!», но зачем давать пустые обещания? Сначала спасём малышку, а там я вплотную займусь осуществлением второй части плана.
– Отлично, – Влад сделал шаг и заключил меня в объятья. – А я помогу тебе помочь Соне! Мне кажется, при таком раскладе успех обеспечен! Наконец-то займусь чем-то по-настоящему важным. Надоело сидеть без дела.
– Без дела, значит? – я хитро глянула на ровные полосы аккуратных грядок возле домика. – А по-моему, из тебя выйдет прекрасный огородник.
– Это Брунины! – с самым честным видом заверил Влад. – Где ж ты видела драконов-огородников? Я разве что землю немного вспахал...
Я старалась унять буйное воображение, которое тут же нарисовало огромного дракона, усердно разгребающего землю шипастым хвостом. Для Бруни. Улыбка, тронувшая было губы, вмиг сползла с лица.
– Пойдём, – попросила я, освобождаясь от его рук. – У нас ещё целая куча работы!
Влад внимательно наблюдал за моей реакцией – и молчал. Вот голову на отсечение даю, он знает, что меня тревожит. И молчит. Наверное, в глубине души я каждый раз надеюсь, что он меня переубедит, развеет все сомнения, и я смогу наконец расслабиться, стать для него не просто «очередной»... Влад шагнул к дому, увлекая меня за собой.
Ладно, Влад! Я ещё добьюсь того, что ты жить без меня не сможешь! А пока... Будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас я нужна Соне.
Спустя час, сытая и довольная – оказывается, Бруня умеет готовить отменный борщ! – я совсем другими глазами смотрела, как Влад ловко перетаскивает клетки, играя мышцами. Нагулявшаяся за время нашей с Владом прогулки Матильда забралась мне на колени и тихонько посапывала, свернувшись калачиком.
–...эльфийский! Записала? – донесся до меня голос продавца, вырывая из раздумий.
– Что, прости? – я удобнее перехватила ручку, всем своим видом демонстрируя готовность работать, не покладая рук.
– Говорю, бандит эльфийский! Загипнотизировал правителя клана и манипулировал им, заставив устроить побоище на международной эльфийской ярмарке. Если бы не вмешательство ОМБ – точно добром бы не кончилось!
– ОМ...Чего? – уточнила я, наспех записывая в графе «Истинная суть» – «Эльф», а в графе «Сверхсила» – «владеет гипнозом».
– ОМБ, – по буквам повторил Влад. – Орден Магической Безопасности. Тебе Веда не рассказывала?
– Она говорила, что на пространственные перемещения нужно где-то там разрешение получать, но, если честно, я никогда особо в подробности не вдавалась. Думала, это отмазка у неё просто.
– Нет, не отмазка, всё верно тебе Веда объяснила: такие магические перемещения вызывают сильные колебания. Поэтому их строго контролируют и запрещают использовать без крайней необходимости: потом придётся ворох объяснительных писать, на вопросы неудобные отвечать...
– А тогда в торговом центре, значит, крайняя необходимость и была?
– Ну, конечно! – он уселся на клетку, скрестив руки на груди, продолжая сверлить меня взглядом. – А разве нет? Твоя жизнь была в опасности. Разве можно было оставлять очаровательную девушку в беде?