Чтение онлайн

– По-до-жди-и-ите, молодой человек – одернул он студента, протянувшего было руку за кулоном – деньги любят счет!

– Вы думаете, я вас надуть хочу? – вспыхнул Танн.

– Что вы, что вы – замахал руками ювелир – но все же – наставительно поднял он палец – доверяй, но проверяй!

Эзре пришлось терпеливо дождаться, пока лавочник, шевеля толстыми губами, пересчитает все монеты и только после этого получил в руки свой кулон. Осмотрев его, он удовлетворенно крякнул и убрал в свой опустевший кошель.

– Благодарю – кивнул он лавочнику и повернулся к выходу.

– Приходите еще – довольно улыбаясь, ювелир сгреб монеты в свою ладонь и зажмурился от удовольствия, слушая их звон, когда ссыпал их в свой кошель.

В приподнятом настроении Эзра возвращался в университет, даже головная боль отошла на второй план. По дороге он мысленно успел прокрутить ритуал наложения чар сотню раз. И вот теперь он буквально в одном шаге от воплощения своей идеи в реальность. Приятная дрожь охватила его тело, и он ускорил шаг.

– Осторожно! – раздался предостерегающий девичий голос, но было поздно. Замечтавшись, он с размаху налетел на рыжеволосую девушку с ученической сумкой, перекинутой через плечо, выходившую из ворот университетского городка. От столкновения с превосходящим её по комплекции Эзрой, девушка отлетела к кованой створке, от души приложившись об неё спиной. Видимо от удара из нее вышибло весь воздух, потому как она, выпучив глаза и чуть согнувшись, судорожно пыталась сделать вдох, широко открывая рот.

– Богиня милосердная! Прошу простить меня – бросился к ней Эзра, и протянул было руки, чтобы поддержать хрупкую девичью фигурку, как натолкнулся на полный ярости взгляд пострадавшей.

– Суна Арк Тамина Кайго Литир – скороговоркой выкрикнула девушка, одновременно вытянув в сторону Танна растопыренные пальцы, с которых немедленно сорвался поток обжигающе холодных снежинок. Эзра с ужасом почувствовал, как его тело отказалось ему повиноваться. Мышцы словно замерзли, превратив его в ледяную скульптуру, местами покрытую тонкой корочкой льда и инеем, застывшую в нелепой позе. Он мог только вращать глазами, медленно моргать, да с трудом дышать. Тело полностью одеревенело. Даже пошевелить пальцами не получалось.

– Похож на замороженную ворону – пару секунд спустя прокомментировал кто-то ехидным девичьим голоском сбоку. Скосив глаза влево, Эзра узрел еще двух девушек в форме университета – Заводишь друзей Белка?

Рыжеволосая сощурив глаза, резко повернулась к говорившей и процедила:

– Не твоё дело Трисса.

– Ну, если ты всегда делаешь это таким образом – продолжила Трисса прежним тоном – то неудивительно, что до сих пор их у тебя нет – и весело рассмеялась вместе с подругой. Названная Белкой рыжеволосая студентка побагровела и сжала кулаки, так, что костяшки побелели.

– Идем, Пьела, оставим влюбленных наедине – со смехом произнесла Трисса, и Эзра услышал звук удаляющихся шагов.

– Ты! – взгляд повернувшейся к нему Белки не предвещал ничего хорошего. Она воздела указательный палец вверх, почти уперев его в кончик носа Танна и сощурив глаза, сначала выдавила сквозь зубы – Из-за тебя… – но потом, все же сорвавшись на крик – Идиот!

Эзра же не в силах пошевелиться, думал совсем о другом. Надо же было так глупо подставиться под заклинание. Хотя, что он мог ему противопоставить? У него «светлячка» то не выходит вызвать. Да и не ожидал он от хрупкой девушки такой реакции. Затем мелькнула мысль о том, что девчонка то ничего, симпатичная даже. Когда она приблизилась к нему, он ощутил аромат ромашки, исходивший от её волос. Еще он заметил вышитого серебряной нитью грифона на ее воротнике – такая нашивка означала, что Белка учится уже на третьем курсе университета. Девушка же тем временем обошла его и направилась в город. Тут голос подал один из стражников охраняющих ворота, до этого не вмешивающихся в происходящее:

– Госпожа, постойте!

– Что еще? – послышался раздраженный голос Белки.

– А, что с молодым человеком делать нам?

– Ничего. Этот осел, скоро сам оттает – последовал ответ и постукивая каблучками по мостовой, девушка удалилась.

– Ну, ты парень и попал – в поле зрения Эзры появилась ухмыляющаяся рожа стражника.

Эзра мысленно застонал. Корочка льда тем временем действительно начала подтаивать и трескаться. К мышцам стала возвращаться чувствительность. Ощущения при этом были весьма болезненными. Через пару минут, неуклюже переставляя затекшие ноги и стуча зубами от холода, сопровождаемый смешками стражников Эзра все-таки смог продолжить свой путь. Одежда от растаявшего льда и инея промокла насквозь, и Танн теперь всем телом чувствовал каждое дуновение ветерка. Добравшись до своего домика, он первым делом сменил мокрую ученическую форму на свою простую одежду, ту в которой прибыл в университет из Акто. На недоуменные взгляды своих соседей по комнате, он не обратил внимания, те все еще не совсем отойдя от похмелья вопросов задавать не стали. Магрил лишь, глянул в сторону окна, увидев за ним ясный день, покосился на натекшую с одежды приятеля лужу, пожал плечами и вновь откинулся на подушку. Эзра тем временем, сложил все приготовленные для ритуала вещи в свою сумку. Выйдя в коридор домика, он украдкой огляделся - не идет ли кто, и осторожно стараясь не шуметь, забрался на чердак по неприметной лесенке в дальнем углу коридора. Тихонько опустив крышку люка на место, он подошел ближе к круглому духовому оконцу. Смахнув пыль с пола, начал выкладывать из сумки свои заготовки. Мелом принялся чертить прямо на досках пентаграмму и немедленно столкнулся с проблемой. Доски хоть и были изначально достаточно плотно подогнаны друг к другу, рассохлись и теперь имели между собой зазоры, тем самым нарушая целостность рисунка. Пришлось частично пожертвовать одной из свечей, при помощи воска в нужных местах замазывать щели. Потом измазавшись в чердачной пыли, замазывать в свою очередь воск, по которому мелок упорно скользил и переставал писать уже и на дереве. Правда, это тоже помогло слабо. В итоге пришлось на месте залепленных воском щелей, сыпать соскобленную ножом с мела крошку замыкая контур пентаграммы. Работая Эзра весь покрылся испариной, то и дело утирая катившийся градом со лба пот. Совсем некстати вновь разболелась прошедшая, было голова. Но Эзра был полон решимости закончить задуманное, во чтобы то ни стало. Его упорство через пятнадцать минут было вознаграждено, довольно таки неплохо начерченной магической пентаграммой. Расставив свечи в нужно порядке, периодически сверяясь для этого с рисунком на скопированном им пергаменте, приготовил кремень и кресало, проверил, не отсырел ли трут в глиняной чашке с плотной крышкой. Теперь осталось дождаться, когда все обитатели домика пойдут на обед. Ритуал подразумевал четкое и громкое произнесение заклинания, и ему не хотелось выдать свой маленький секрет, привлекая к чердаку ненужное внимание. Через какое-то время захлопали двери по всему дому. В небольшое оконце Эзра с нетерпением наблюдал как медленно, волоча ноги, идут студенты в сторону трапезной.Еле дождавшись, когда на дорожке проходящей мимо их домика никого не осталось, юноша зажег свечи. Положил кулон в центр начертанной пентаграммы и усевшись на колени подле неё закрыл глаза и начал делать серию глубоких вдохов, дабы успокоиться перед предстоящим действием. Получалось из рук вон плохо, сильное волнение перешло в настоящий мандраж, в крови бурлил адреналин, как будто перед смертельной схваткой. Руки тряслись, со лба скатывались тяжелые капли пота. У него даже мелькнула малодушная мысль, бросить эту затею. Но Танн тут же отмел её прочь. На то чтобы окончательно успокоить расшалившиеся нервы, Эзре понадобилось несколько минут. Наконец пододвинув ближе к себе свиток с нужным заклинанием, он приступил к задуманному. Вытянул руки над кулоном, мысленно коснулся знакомого тепла в груди и усилием воли послал его по обеим рукам к ладоням. Затем он следуя инструкциям свитка, с максимальной четкостью представил себе кулон лежащий на полу, мысленно создавая его астральную проекцию, и начал произносить заученную формулу заклинания. Следуя рекомендации учебника, из которого Эзра сделал выписку ритуала, он заставил пустую оболочку представленного им кулона наполняться магией, словно кувшин в который наливают воду. Как следовало из того же учебника, заполненный сосуд немедленно следовало запечатать соответствующей руной. Это была самая важная и самая сложная, часть процесса. К сожалению Танну в этом не мог помочь опыт зачарования свитков. Сейчас требовалось сделать нечто большее. Колдуя над свитком, он просто заполнял магией уже начертанную руну и этим собственно и ограничивался. Это можно было сравнить с тем, как если бы какую-то форму, заполняли горячим воском. Вобрав в себя достаточное количество магической силы, руна на свитке «застывала». Чтобы высвободить эту силу, нужно было лишь прочесть формулу, написанную на нем. В данном же случае, ему предстояло одновременно совместить физическое тело и поддерживая при этом созданную астральную проекцию предмета напитанную магией, совместить их и запечатать руной, получив образом таким артефакт. Громко и отчетливо стал он произносить слова заклинания, постепенно повышая голос, ощущая, как поток тепла направленный из груди в ладони перешел к кончикам пальцев и теплой волной ушел из его рук. В пальцах осталось приятное покалывание, по коже пробежали мурашки, а источник тепла в груди радостно пульсировал, становясь все горячее и кажется, стал немного увеличиваться. Внезапно, в пару ударов сердца источник остыл и в груди поселился холод. Эзру охватила такая слабость, что если бы он не успел выставить вперед руки, то упал бы прямо на свою пентаграмму. С трудом разлепив веки, Танн уставился на слабо светящийся хрусталь.

– Получилось! – тихо, одними губами выдохнул он. Слабость постепенно начала проходить, холод вцепившийся в его грудь ледяными пальцами стал его отпускать. Он подобрал с пола новорожденный артефакт, и принялся его рассматривать. В его руке и без того слабое свечение кулона очень быстро стало пропадать. Эзра в недоумении нахмурился, пытаясь понять, что это может означать. Он прислушался к своим ощущениям, и сразу почувствовал заключенную в кулоне силу. Свечение тем временем окончательно погасло. Подняв с пола свиток с чертежом и формулой, пробежал глазами все пояснения на нем. Но ничего об эффекте свечения артефакта и его угасании там не обнаружил. Зажав кулон между большим и указательным пальцем, Танн поднял его уровень глаз и развернувшись в сторону окна посмотрел на него на просвет. Неожиданно кулон ярко вспыхнул, ослепив юношу. Одновременно с этим в груди полыхнул огнем источник силы, к которому Эзра обращался, когда пытался производить магические действия. С проклятьем на устах он тут же выронил кулон и схватился за глаза. Они слезились и их нещадно щипало. Ругаясь не хуже сапожника, Эзра с остервенением принялся их тереть. Наконец щурясь и усиленно моргая, он попробовал сфокусировать взгляд. Перед глазами тут же заплясали разноцветные пятна. Жжение в груди тоже понемногу утихло. Через пару минут, зрение полностью пришло в норму, и Эзра вновь обратил взгляд на кулон. С опаской протянул к нему руку и осторожно ткнул его пальцем, тут же зажмурившись. Но ничего не произошло. Почувствовав себя немного увереннее, взял его в руку и вновь зажмурился, опасаясь подвоха. Опять ничего страшного не произошло. Открыв сначала один глаз, покосился им на кулон. Слабое свечение, исходящее от кулона заставило изумленно распахнуть и второй. Его удивлению не было предела, когда он увидел, что свечение исходит от магической руны, находящейся внутри кулона. Почему раньше он её не увидел? Рассматривая её, он поворачивал кулон и так и этак, но руна всегда оставалась на месте, строго вертикально, как будто нарисованная на листе пергамента. Хлопнувшая внизу дверь, заставила Эзру вздрогнуть от неожиданности. Увлекшись, он не заметил, как пролетело время, и обитатели домика начали возвращаться обратно. Да и у него самого, засосало под ложечкой. Он то, обедать, еще не ходил. Сунув кулон в кошель, Танн лихорадочно принялся убирать свои вещи и заметать следы ритуала. Прислушиваясь к звукам снизу, он осторожно поднял крышку чердачного люка и высунул в него голову. Никого в коридоре не обнаружив, быстро спустился вниз. Пройдя в свою комнату, и тут никого не застав, закинул сумку с вещами под кровать. Повернулся к зеркалу, чтобы привести себя в порядок и ужаснулся. Он явно недооценил запыленность чердака. Выглядел он сейчас так, что любое огородное пугало обзавидовалось бы. Пришлось немедленно, скидывать одежду. Полив на руки остатки воды из кувшина ополоснул лицо, затемвытер его о внутреннюю подкладку куртки. Приближавшиеся голоса в коридоре, заставили его спешно облачиться в сырую, но чистую форму университета. Когда Магрил и Трувен зашли в комнату, Эзра уже застегивал ремень.

– Ты чего на обед не пошел?

– Да, вот уже бегу. Немного задержался – шагнул за порог Танн.

– Беги, беги. Может еще, что-то осталось – со смехом вдогонку ему крикнул Трувен.

Глава девятая.

Теперь каждую свободную минуту, Эзра тратил на тренировку с кулоном. Правда при этом, ему приходилось соблюдать максимальную осторожность и скрывать созданный им артефакт от посторонних взоров. В нем одновременно боролись два чувства – тщеславие и инстинкт самосохранения. Первое кричало о том, что нужно похвастаться перед всеми, особенно перед Грифом и… Белкой. В последнее время, любая мысль о прекрасной фурии, немедленно заставляла его сердце биться быстрее. При этом здравый смысл, настоятельно рекомендовал ему, не выдавать свой секрет. Поэтому сжав зубы, юноше пришлось наступить себе на горло, задавив на корню тягу похвастать и заниматься магией, прячась по углам. Впрочем, с головой погрузившись в этот увлекательный процесс, Танн попросту забывал обо всем на свете. Для этих целей больше всего подошел чердак его домика. Для этого Эзре пришлось вплотную заняться его обустройством. Тщательно смазав петли люка, проведя генеральную уборку на самом чердаке, он отгородил дальний от окна угол самодельной ширмой. Тайком принес туда легкое плетеное кресло, стащив его в одной из летних беседок. По вечерам с удобством расположившись в нем, он раз за разом зажигал магический свет кулона. И каждый вечер пытался создать «Светлячка» самостоятельно. Уже через пару дней занятий он смог вызывать тусклую, быстро угасавшую искру. По мере упорных тренировок, искра становилась все ярче и горела дольше. Через две недели это был маленький, державшийся всего несколько секунд «Светлячок». Но Эзра ликовал. С каждым использованием кулона и самостоятельных попыток, процесс все ускорялся. Еще через неделю, он без труда вызывал магический огонек легким усилием воли, даже не прибегая к произнесению заклинания. Также ему не требовалось никаких вербальных действий при манипуляциях с привязкой «светлячка». Только днем на занятиях и по вечерам в своей комнате в присутствии Трувена и Магрила, он все же произносил формулу вызова. Просто, чтобы не выделяться. Приятели искренне радовались успехам Танна. Даже Гриф, стал относиться к нему чуточку менее отвратительно.

– Сегодня вам балбесам, предстоит ознакомиться с новым приёмом работы с заклинанием «Светлячок» – своим каркающим голосом начал урок магистр Нотель. Он указал на новый холст, висящий на стене, с написанными на нем рунами. Их было четыре. Слева руна «Алум» - привязь. Сверху «Шадра» - создать. Справа «Аким» - свет. А вот нижняя руна была незнакомой.

– Вижу, вы уже все рассмотрели новую руну. Она называется «Игна» - разделение. Благодаря ей, за несколько дней мы узнаем, кто из вас бездельников действительно на что способен – от улыбки Нотеля, напоминавшего сейчас лиса забравшегося в курятник, по спинам учеников пробежал холодок – Да, чуть не забыл. В конце этой недели вам предстоит сдать практический зачет.

По аудитории, разнесся тихий ропот первокурсников. Гриф не переставая улыбаться продолжил:

– Те, кто сдаст его, будут допущены к основным дисциплинам. Неудачники, будут продолжать заниматься лично со мной. И я смею вас заверить, приложу все усилия, чтобы их отчислили. Итак – глядя на ошеломленных студентов, продолжил он – приступим собственно к обучению. Для начала, вам предстоит при помощи уже изученного заклинания и новой руны, создать сразу два «светлячка». Такая связка, да и любая, которая состоит из четырех и более рун, называется конструкт, или как называли её древние - «Печать». Все известные на нынешний момент сложносоставные заклинания, являются «печатями». То есть, собранными магом в строго определенной последовательности рунами, составленными в определённой формы конструкцию. Хорошенько запомните это правило. Руны, собираются исключительно в строгой последовательности. А теперь, с вашего позволения – добавив в голос побольше ехидства, магистр шутливо поклонился – я продемонстрирую действие «печати». «Алум Шадра Аким Игна» - мгновенно вспыхнувший на ладони магистра светлячок, распался на два более мелких, но тут же увеличившихся до прежних размеров и плавно спланировавших на разные углы его стола.