Чтение онлайн

– Ладно, это я понял. Ничего себе! Значит, вы реально занимались важной работой?!

– Ну, я удостоился кое-какого внимания после выпуска из высшего учебного заведения.

– Откуда?

– Это далеко на Западе. Называется МТИ [9] .

– Я слыхал про МТИ, старина, – произнес Джек, закатив глаза.

– Верно. То есть да, разумеется. Это было поистине головокружительно, стать помазанником, допущенным в святая святых внутренней вселенной. Воплощенная мечта любого крупного ученого, возможность проникнуть в самые глубины жизни на Земле и за ее пределами, быть на переднем крае в разрешении величайших загадок происхождения вселенной… Тогда в мире элементарных частиц это казалось необычайно важным.

Питер потушил сигарету. Его лицо побледнело, он начал запинаться.

– Затем однажды мне позвонили прямо на работу, потому что меня не было дома целых три дня, и сообщили, что моя… м-м-м… подружка… ужасно неподходящее слово, чтобы сказать, кем она была для меня – любовью всей моей жизни, – сказать, что ее нашли мертвой. Ее сбила и переехала машина. Только что была целой и невредимой, каталась на велосипеде. Минута – и ее больше нет!

Питер указал на ее фото на столе.

– Ох, это тяжело! – сочувственно произнес Джек, впервые взглянув на фотографию. У женщины, смотревшей на него со снимка, было чувственное и вместе с тем очень серьезное лицо. Она не улыбалась, а внимательно смотрела в объектив фотоаппарата, словно бросая вызов. – Мне действительно очень жаль, – повторил Джек.

– Во мне словно что-то надломилось, или трещина немного раскрылась… и случилось то, что на какое-то время было мной утрачено. Шок от произошедшего заставил меня начать поиски, которые, как это ни смешно, привели меня к тому, что все время было у меня перед глазами.

– И что же это было?

Питер встал и подошел к доске.

– У одного из моих кумиров, крестного отца квантовой физики Макса Планка, есть такое изречение: «Любая материя существует благодаря силе… и мы должны понимать, что за этой силой стоит присутствие сознательного и интеллектуального разума. Матрицы всей Материи». И внезапно я понял, что упускали из виду во всех уравнениях и теориях – Сознание.

На улице сверкнула молния и прогремел раскат грома.

Питер улыбнулся Джеку.

– Похоже, вселенная со мной согласна!

– Давайте пройдемся! – предложил Джек. – Мне надо голову проветрить.

– Отличная идея. Комната для отдыха учителей, должно быть, открыта.

Питер и Джек прошли темным вестибюлем. Оба были в глубокой задумчивости. Молчание нарушил Джек.

– Знаете, что мне запомнилось из ваших занятий? Та история про зеркальное стекло. Про кого это? Про Эйнштейна?

– Вообще-то это про его коллегу Джона Уилера.

– Угу. Что-то вроде того, что ученые всегда стараются рассматривать природу в безопасных условиях через толстый лист зеркального стекла. А все происходящее – это где-то в другом месте. Отдельно от нас.

Они повернули за угол и начали спускаться по лестнице.

Питер заметил:

– Но зато теперь мы знаем, что все обстоит немного иначе. Наблюдать за таким микроскопически крошечным объектом, как электрон, – значит изменить этот объект. И более того, недавно выяснилось, что наблюдать за объектом на более глубоком квантовом уровне – значит на самом деле создавать его! Если мы действительно хотим познать истинную природу вещей, Уилер предлагал…

Джек договорил за него с нарочитым немецким акцентом:

– …ми тольжен расбить этот зэркальный стэклё!

– Он был американцем. Но акцент хорош. Да, действительно, как только мы уберем этот искусственный барьер, мы больше не сможем отрицать, что незримой внутренней нитью связаны с открытым космосом через внутренний космос нашего сознания. Мы не просто наблюдатели, мы созидающие участники.

В комнате для отдыха учителей были столы, микроволновка и классная доска во всю стену. Когда они вошли, Питер поинтересовался, не хочет ли Джек пить.

Затем он начал рыться в коробках с чаем.

– Запас травяных чаев. Гранатовый. Смягчающий мятный. «Персиковый сад». А как насчет лимонного «Лемон Зингер»?

– Отлично, последний подойдет.

Питер понюхал пакетик с чаем.

– Точно годится? А чего-нибудь к нему хочешь?

– Нет, просто так заварите.

Питер приготовил чай, потом достал миску с ореховой смесью. Они уселись вместе за один из столиков.

Джек продолжил разговор:

– Так в чем разница между тем, чем вы сейчас занимаетесь, и стандартной моделью с этой штуковиной Хиггса?

– Ну, для начала моя математическая модель намного симпатичнее. Но помимо этого есть определенные тонкости, вот они-то и имеют большое значение. Каково воздействие этого поля тонкой энергии, в котором все живут, дышат и существуют? В основе этого лежит самая старая идея из книжек. Мы все одно целое. Все – ленная. Поэзия единения. Мы не отдельные объекты, плавающие в пустом пространстве, а частицы одного, колеблющегося, пульсирующего многомерного все – общего организма, начиная от царства всех солнц и планет и заканчивая уровнем субатомных квантов. Все мы вибрируем одновременно на различных частотах, посылаем сигналы, принимаем их, отражаем и излучаем свет и энергию, вечно удерживаемые этой невидимой, но вездесущей силой, именуемой Сознанием.

У Джека, слушавшего Питера, глаза светились от удивления, и тот тоже покраснел от волнения.

– Слушайте, вот черт, вам бы податься на фестиваль «Горящий человек» [10] , там все будут в восторге.

Оба некоторое время смотрели на дождь за окном. Потом Джек произнес:

– А что за штуковину вы начали мне показывать, когда чертили круг на доске?

Питер перешел в другой конец комнаты, взял мел и нарисовал колесо.

– Вообще-то мне об этом еще мама в детстве рассказала.

Он начал рисовать спицы в колесе.

– Все пути и религии подобны спицам в колесе. И чем дальше ты находишься от любой из них, тем более удаленными, поверхностными, несхожими и отстраненными друг от друга они кажутся. Однако чем глубже погружаешься, тем выявляется большее сходство между ними. Все они сходятся в центре. Все вещи взаимосвязаны через Сознание. От самых отдаленных уголков открытого космоса, макрокосмоса, до самых потаенных уголков внутреннего пространства, микрокосмоса, и квантовой физики – все является отражениями одной вещи. Я имел наглость опубликовать доклад, где говорилось, что наука – это еще одно учение, призванное найти путь к центру этого круга. Цель которого – Сознание.

– Должно быть, научное сообщество приняло это на ура? – усмехнулся Джек.

Питер быстро стер мел с доски в комнате для отдыха учителей и уныло улыбнулся.

– О да, это произвело настоящий фурор! Поэтому я с тех пор так мало публикуюсь.

– Да черт с ними, старина! Они все просто часть системы, – заметил Джек. – Так вы поэтому спрятались здесь на манер затворника?

Казалось, Питер вздрогнул, услышав этот вопрос. Беседа приобретала слишком личный характер, и от этого ему стало неловко. А правда заключалась в том, что он предпочитал работать в лаборатории, а не сидеть у себя дома, где все напоминало о Мануэле. Здесь, где он мог контролировать свое окружение, ему было легче, словно во время одного из своих экспериментов. Но ни одну из этих тем он не собирался обсуждать ни с Джеком, ни с кем бы то ни было.