Чтение онлайн

Оставшись один, Питер глубоко вздохнул, подошел поближе и проверил компьютер.

Ничего нового. Он вернулся к столу, отхлебнул кофе и уставился на кусочки сахарного печенья на тарелке. Две разрезанные половинки лежали друг напротив друга. И вдруг его словно осенило. Он пошарил у себя в кармане, достал диктофон, нажал на кнопку перемотки назад и услышал собственный голос: «Также поискать в журналах любые дополнительные статьи о женевском эксперименте с идентичными фотонами. Если получится, найти параллельные примеры, относящиеся к запутанности квантовых состояний».

Питер поднял экран и начал писать мелом на доске. Он выключил диктофон, когда вошел Джек. Джек помедлил в нерешительности, увидев поднятый экран и написанное на доске длиннющее уравнение, которое тот скрывал.

Рядом с уравнением теснились всевозможные другие уравнения, списки и имена. И сейчас Питер уже писал в самом верху классной доски.

– Боже, что это ? Надеюсь, это не домашнее задание, которое задают в наше время?

Питер повернулся, опустил экран, чтобы скрыть написанное.

– Нет, это мой персональный пунктик… Личное исследование…

– Тогда почему вы это прячете? Это что, секрет?

– Нет, просто с годами я стал осмотрительнее выбирать, с кем можно делиться идеями.

– А мне можно посмотреть?

Питер поколебался немного, потом снова поднял экран.

– О’кей! Изучай, пока не надорвешься! Только не вздумай рассказывать об этом никому из своих друзей-хулиганов.

Джек подошел к доске и стал пристально рассматривать надписи.

– Ты колледж-то закончил? – спросил Питер.

– Художественную школу.

Джек вслух прочитал верхнюю строчку над уравнениями.

– «Божественная Матрица: древний подход к единой теории поля, работа д-ра Питера Келлера».

– Это рабочее название. Сказалось влияние поп-культуры. Но это название лучше многих из существующих.

Джек изучал список слов, мелом написанных сбоку на доске.

– Суперсимметрия, поле Хиггса, единое поле…

– Это все взаимосвязанные термины, – пояснил Питер.

Джек продолжал читать:

– …светокопия, решетка, виртуальное флуктуационное поле, эфир, передающий световые волны…

– Да, с этим достаточно много связано. Плохие ассоциации…

– …квантовый шум, квантовый туман, Сила, Брахман, сеть Индры, вселенский разум, паутина Матери-Паучихи…

– Это из индейцев хопи…

– Угу. Знаю. Моя соседка жутко увлекается всякими штуками про коренных американцев.

Джек внимательно просмотрел перечень имен и терминов, а потом указал на уравнение и спросил:

– А это как со всем остальным связано?

Питер начертил мелом круг на доске и разделил его на четыре сектора.

– Во всем мире на разных языках существует объяснение одному понятию.

Он перестал чертить и какое-то время молча смотрел на окружность.

– Может, хочешь печенья? – спросил он.

Это прозвучало неожиданно. Джек был озадачен, но согласился. Питер подошел к столу, вернулся с тарелкой и продолжил:

– Во всех этих разных культурах описано одно и то же явление, которое представляет собой суть вселенной, или Божественный промысел, – если ты веришь в такие вещи.

Джек удивленно посмотрел на него.

– Я? А как насчет вас? Ученый упоминает имя Божие, да еще с большой буквы! Это разве не ересь?

– Ну, есть различные лагеря. Есть религиозные общины, которые безоговорочно, без всяких фактических доказательств верят в существование Бога. И есть научное сообщество, члены которого так же истово привержены теории Большого взрыва, достоверных доказательств которой, к слову, тоже нет.

– То есть все верующие в Создателя против всех убежденных дарвинистов, так?

– Верно. Что заставляет меня вспомнить мой любимый афоризм: « Любая истина по сути есть полуправда ».

– Закон полярности, – произнес Джек, беря печенье.

Питер посмотрел на него, явно под впечатлением от услышанного.

– Вы только послушайте! Действительно закон полярности.

– Мы в художественной школе тоже книжки почитываем ! – заметил Джек.

– Тогда тебе должно быть известно, что любая вселенная состоит из необъяснимым образом связанных друг с другом парных противоположностей – например, свет и тьма, жар и холод, верх и низ, жизнь и смерть… Поэтому так легко можно попасть под влияние явного противоречия, внутренне присущего всем вещам. Ведь так? Верно? Но у нас есть амортизаторы, которые срабатывают и которые действуют как шоры, чтобы мы не сошли с ума от переизбытка противоречивой информации. Однако – и в этом заключается другое противоречие – те же самые шоры, которые предотвращают наше безумие, одновременно держат нас в темноте, не позволяя увидеть целостную картину парадоксальной природы вещей.

– Ну, это ясно, а вот вся эта математическая заумь выше моего понимания.

Питер улыбнулся.

– Полагаю, ты должен понять это лучше меня.

– Что вы хотите этим сказать?

Питер подошел к столу, достал пепельницу и сигареты.

– Хочу сказать, если проболтаешься кому-нибудь, что я здесь курю, убью на месте.

Он зажег сигарету, затем распахнул окно кабинета и облокотился о подоконник. Дым от его сигареты струйкой утекал в ночь.

– А как насчет постоянных слухов о том, что вы якобы работали на правительство, на НАСА? – спросил Джек.

Питер рассмеялся.

– Почему это принято считать, что каждый ученый обязательно работает на НАСА? Нет, я был в месте, которое называется Фермилаб, недалеко от Чикаго. В те времена там находился самый большой в мире ускоритель элементарных частиц.

– Ускоритель элементарных частиц? И что он делает? Разгоняет частицы?

– Ты знаешь про телескоп Хаббла [8] ?

– Ага.

– Так вот, телескоп Хаббла – это гигантский прибор, который позволяет заглянуть в самые отдаленные уголки космического пространства. А ускоритель элементарных частиц – это гигантский микроскоп, который позволяет проникать в самые потаенные уголки внутреннего пространства.

– И что там можно увидеть?

– Небесные тела субатомных частиц. Бозон Хиггса, этот Священный Грааль современной физики, связанный с полем Хиггса.

– Угу. Для меня это все просто слова и больше ничего.

Джек указал на доску и спросил:

– А что такое поле Хиггса?

– Ну, одна из задач науки заключается в том, чтобы создавать точную и понятную картину вселенной. Существующая сейчас модель, так называемая стандартная модель, не полна. Она подобна головоломке, в которой отсутствует несколько очень важных элементов. Например, почему существует масса? И если удастся доказать существование этого всепроникающего вездесущего энергетического поля – поля Хиггса, – это станет ключом к объединению многих разрозненных частей головоломки.