Лабиринт Баффало
Шрифт:
Веснушка, продолжающая держать трубку у уха, хлопнула от изумления голубыми глазами.
– Закажи мне тоже пожрать, – просипел я, незаметно прикрыв зону паха краем футболки.
– Что? – туманно спросила она.
– То же, что и себе, пожалуйста, Веснушка, – сдался я!
Да, мне уже не хотелось враждовать с ней. Ноль сил бороться с девчонкой в пижаме с феями. Точнее, с девушкой, которая тоже смутилась. Веснушка словно опомнилась, точнее, вспомнила, что на ней нет бюстгальтера, а ее соски довольно отчетливо выпирают из-под ткани обтягивающей майки. А еще она будто бы припомнила, что, вообще-то, не одна в комнате и не в компании какой-то своей закадычной подружки. Что перед ней сидит мужик.
Ага, со стояком в штанах!
Она стояла как вкопанная, прикрыв ладонью зону декольте. Это была совершенно нелепая попытка. Ибо даже моя здоровенная лапища не смогла бы спрятать ее пышную грудь. Смущенная Офелия Кук и не менее растерянный Джейсон Ривера с чертовой эрекцией.
Просто, мать его, блеск!
Картина маслом, нет, гобелен под названием «Конфуз». Еще одно заумное словечко, которое пришло на ум. Из-за заразной болезни книголюбки-Кук.
– Пожалуйста, Веснушка, – повторил я вежливо и кротко, чтобы не дать ей шанса послать меня, отказать в просьбе.
– Сэр? – пролепетала Веснушка в трубку. – Двойную порцию всего заказа, пожалуйста.
Не слова, а музыка, да, придурок?
– А еще апельсиновый сок. И-и-и… – теперь уже деловито добавила Веснушка, не отводя от меня изучающего взгляда. – И две таблетки аспирина, сэр.
Для меня? Боже!
Офелия Кук повесила трубку и направилась обратно в спальню, не произнеся больше ни слова.
Плей-экшен пас – (в американском футболе) квотербек должен быстро решить: отдавать пас или дать мяч раннинбеку. В случае если квотербек примет правильное решение, это может принести много ярдов.
Она не могла видеть, как я растянул рожу в довольной улыбочке. Она не могла прочитать мои мысли о том, что свинья-Ривера принял решение немедленно вымыться и сменить одежду к завтраку.
А тем временем из спальни донеслась песня Бритни Спирс «Toxic».
– Срань! – хмыкнул я, восприняв название песни как намек Веснушки на то, что Джейсон Ривера высокотоксичен и с ним нельзя иметь дел.
Я не знал, чем занимается Веснушка в комнате, но предположил, что чем-то наподобие утренней зарядки.
– «Я забралась слишком высоко
И теперь не могу спуститься обратно.
Этим чувством пропитано всё вокруг,
Оно висит в воздухе.
Ты наконец-то чувствуешь меня?» – громко и крайне смешно пропищала Веснушка, подпевая Бритни, когда я замер напротив закрытой двери, тайком прислушиваясь к тому, что происходит в комнате.
– «В раю со вкусом яда.
Ты – мой наркотик.
Ты не знаешь, что ты ядовитый?
Мне нравится то, что ты делаешь,
Но ты знаешь, что ты ядовитый?
Но ты знаешь, что ты ядовитый?» – затянула припев Веснушка.
«Знаю, – хмыкнул я, прикоснувшись к дереву двери. – Пиздец, какой ядовитый!»
Можно было бы кинуть какую-нибудь издевательскую фразу в ответ на ее намеки песенкой «Toxic».
Но!
Мне не хотелось травить ядом девчонку тем светлым утром. Кофе, апельсиновый сок, аспирин. Хренова гора пышных ванильных вафель с сиропом.
Кайф!
– Эй, Ривера?! – Я вздрогнул от звука голоса Веснушки.
Она учуяла, что я за дверью? Или нет? В любом случае я раскраснелся и попятился в сторону гостиной с мыслью о том, что все бабы – ведьмы с всевидящим третьим глазом во лбу.
– Оглох, что ли? – нагловато крикнула она.
– Что? – отозвался я не сразу.
– И кстати, я не сяду с тобой завтракать, ясно? – добила меня мелкая колдунья. – «Но ты знаешь, что ты ядовитый…» – подпела она Бритни.
Они обе будто насмехались надо мной. Стервы такие!
– Ни за что, Ривера! Не ся-ду! Дай знать, как освободишь стол.
– Черт! – зажмурился я.
Но, с другой стороны, это была не месть, а всего лишь воздаяние от Кук. Ведь я заслужил куда большей кары за свое гнусное поведение…
Да уж!
Глава 20
Кульбит – (фр.) в акробатике переворот через голову с опорой на руки.
«Отчет №2
Здравствуйте, мисс Бэйли!
Пишу вам в дороге. Еще примерно шесть часов пути, и мы окажемся в Париже. Настроение сегодня довольно приподнятое. Ривера странным образом изменился, хотя видимых поводов для этого не было. Вообще-то я ожидала, что утром он устроит какой-нибудь очередной кульбит.
Например, проспит до полудня непонятно где. А мне придется разыскивать этого придурка при помощи персонала гостиницы. Что выглядело бы крайне унизительным, ведь вчера Ривера в насмешливой, издевательской форме выставил меня его любовницей перед женщиной с ресепшн. Вылавливать его по номерам и закоулкам гостиничного комплекса? Вытаскивать из постели какой-нибудь разгульной, как и он сам, бабы?
В общем, вы меня понимаете, Диана…
Но нет! Я застала Риверу на диване. Одетого и в обуви. Не надо быть гением, чтобы сообразить: Баффало напился до полусознательного состояния и в итоге вырубился. Об этом также свидетельствовал его помятый, растрепанный вид. И тот факт, что сейчас в машине стоит запах перегара…» Я отвлеклась от написания текста и глянула на Баффало.
Он выглядел сосредоточенным и вполне даже цивилизованным. Не дикарем и не животным.
Я приврала Диане для красного словца насчет перегара. От Риверы пахло приятно. Гелем для душа или шампунем, а еще туалетной водой с ноткой цитруса.
Ривера всё утро вел себя нормально. Да, он пошел на мировую. Но это вовсе не означало, что обиженная и оскорбленная его выходками Офелия Кук обязана тут же простить.
Прошлое и настоящее…
Нет! Я просто не могла забыть обиды. Прежние – въевшиеся в душу, но вытолкнутые на время из памяти. Нынешние – острые болезненные уколы, которые, как ни готовься, всегда вонзятся в кожу неожиданно.