Лабиринт Баффало
Шрифт:
– Ой, да не парься, Кук, – улыбнулся я, потому что мне нравился новый образ Веснушки.
Но больше всего я кайфовал от того, что баба на ресепшн смотрела на нее как на неуравновешенную психичку.
Работница гостиницы ускорилась. Она молниеносно всучила мне – нормальному и располагающему чуваку – магнитные ключи и дежурно пожелала: «Приятного отдыха».
– Приятного?! – рявкнула Кук на тетку, жестом требуя дать ей дубликат.
Бэнг-бэнг! Еще какого «приятного»…
Можно сказать, обалденного отдыха для меня. И крайне паршивого для Веснушки, которая в остервенении дернула выдвижную ручку чемодана-бегемота и зашагала к лифту…
Черт! В лифтовой кабине было тесно и душно.
Из-за Кук!
Вздымающаяся от нервного приступа, ее большая грудь. Румяные щеки. Голубые глаза, что демонстративно смотрели на панель с кнопками. Тяжелое дыхание и раздутые смешные ноздри. Она выглядела так, будто только что занималась неистовым сексом в спа-комплексе при гостинице.
Вот дерьмо!
Я поймал себя на мысли о том, что был бы не против составить ей компанию в этом деле. В комнате, где вкусно пахнет разными благовониями и кондиционером белоснежных полотенец и халатов.
– Сука! Суки! – процедила сквозь сжатые зубы Веснушка.
Она отвлекла меня. Вернула из воображаемого спа-комплекса, где я уже почти успел стянуть с нее халатик, оголив классные сиськи с топорщащимися от возбуждения сосками…
– Кто? Я сука? – ухмыльнулся я, окончательно придя в себя. – Вообще-то, это не так. По определению. А еще потому, что это не моя идея…
– Ни слова больше! – замотала головой Кук и зажмурилась, обмахиваясь карточкой от номера словно микро-веером.
Попав внутрь, я присвистнул. Пафос? Дорого-богато?
А чего бы и нет?! Почувствовать себя большой шишкой перед возвращением в провинциальный Париж.
Где я устрою черт-те что!
Возможность порулить крутой ретро-тачкой «Кадиллаком Эльдорадо». Теперь вот – отель «Виктория», похожий на долину, усеянную золотыми самородками. Много-много позолоченных деталей в номере «Люкс», что, на наше счастье, состоял аж из трех комнат: кухни, гостиной и спальни с невероятного размера кроватью под балдахином. Короче, места полно. Есть где прилечь. Но мне не хотелось валяться. Моя игривая черная душонка требовала ку-ра-жа!
– Ну, чем займемся, Кук? – Я решил продолжить донимать ужасно мрачную Веснушку.
Ладно-ладно, согласен, признаю, я уже взял за привычку называть ее про себя именно Веснушкой.
Потому что она с крайне потешно-угрюмым видом зачем-то принялась рассовывать свои нелепейшие пестрые наряды по полкам шкафа.
– Мы тут лишь заночуем, – так и не получив ответа от сопящей Веснушки, я полез в мини-бар. – Ну что, Офелия Кук, выпьем за начало начал? Чего молчишь-то?
– Не называй меня так. Не обращайся ко мне! – отрезала она, наконец повернувшись.
– Ой-ой-ой, – издевательски хмыкнул я, отпив из бутылочки джина «Бомбей». – Как НЕ называть? Офелией или Кук? Хорошо, а как насчет Веснушки?
– Никак вообще не называй! – пробубнила она, закончив пихать шмотье в шкаф.
– Да ладно, чего ты так распсиховалась, а? Наслаждайся, Офелия-Веснушка-Кук. Судя по твоему и моему прикидам, мы оба в финансовой жопе, что и скрывать. Так что давай кайфанем лучше напоследок… – осекся я, вновь припомнив, что нам предстоит возвращение в ненавистный псевдо-Париж.
– Отстань, Ривера! – прошипела Кук змеей, явно давая понять, что это последние слова, которые она произнесет за предстоящий вечер.
– Ну, как знаешь. – Я вдруг вспомнил, что надо еще написать отчет чертову Коулману, прежде чем напиться в хлам.
Достав все бутылки из мини-бара, я расположился на здоровенном кожаном диване и открыл ноутбук.
«День первый, – начал печатать я, комментируя вслух отчет, чтобы побесить Офелию Кук. – Дерьмовый день, который закончится традиционной пьянкой. Спасибо, мистер Коулман, за возможность поспать ночку в дорогом отеле. Кстати, Офелия Кук настоящая зануда и не собирается составлять мне компанию, хотя сама попросила поделиться с ней кое-чем по приезде. Наврала. Труханула она. Что ж, бывает». Я цокнул языком и с наигранной укоризной покачал головой. «Заботит ли меня это?» Я глянул на девчонку, которая теперь копошилась в косметичке. «Ни хера не волнует. Я собираюсь пить-кутить и, если повезет, подцепить какую-нибудь телочку. Проблема в одном: где ее выдрать, если номер один, а мисс Кук не свалит на время?»
– Мудак! – снова прошипела Веснушка под жужжание молнии ее аксессуара с рисунком леденцов на палочках.
Леденцы? О, да! У меня имелся один «леденец» на толстой, мать его, палке…
«Офелия Кук точно не составит нам компанию в тройничке, короче, мистер Коулман». Я продолжил печатать сочинение, адресованное как самому Коуману, так и Веснушке, которая зарделась от слова «тройничок» и теперь больше напоминала спелую черешню из садов Калифорнии. «Да, вот такая дилемма с сексом, мистер Коулман. Надеюсь, этот отчет вас удовлетворит.
Нижайше кланяюсь,
Джейсон Ривера».
Нажав на отправку, я демонстративно, с хлопком, закрыл комп.
– Салют, Офелия Кук, – торжественно произнес я, отпив еще джина. – Бахнем за долгожданную, мать его, встречу!
Глава 18
«Отчет № 1
Здравствуйте, мисс Бэйли!
Как прошел мой первый адский день с Джейсоном Риверой?
Я уже сама ответила на свой же вопрос. Адово!
Поскольку мне трудно передать эмоции, которые я сейчас испытываю, буду писать именно сухой отчет. Хотя, признаюсь, и он дается крайне непросто.
Выводы и итоги прошедшего дня такие:
1. Ривера – быдло, пошляк и козел.
2. Ривера – алкоголик и наркоман.
Но есть и моменты, которые вполне радуют!
3. Ривера, как оказалось, неудачник. И поделом ему! Всё-таки есть на свете справедливость.
4. Ривера ужасно боится возвращаться в Париж. На фоне трусливого, пьющего Баффало я смотрюсь куда лучше. Увереннее. Мне тоже не доставляет особой радости гостить в городе, но переживу как-нибудь. Я мечтаю, что Ривера не выдержит, нарушит договоренности и смоется! Это будет настоящим подарком мне, клянусь чем хотите!»