Лаборатория империи: мятеж и колониальное знание в Великобритании в век Просвещения
Шрифт:
Для Лондона гэльская Ирландия и гэльская Шотландия были так тесно связаны друг с другом, что оказывались почти взаимозаменяемы. На этих окраинах действовали разные принципы организации власти, осложняя политику Лондона. Однако общий «ирландский» характер местных реалий, подтверждавшийся «ирландским» языком гэлов по обе стороны Северного канала, придавал всему этому многообразию известную долю определенности. Представление новой, хайлендской угрозы как версии известной прежде, ирландской позволяло приглушить страх перед новой угрозой (внося необходимую ясность относительно ее содержания), сохранить привычные ценности и представления (применяя прежний риторический инструментарий), осуществлять контроль (в том числе военно-политический) над ситуацией в крае. Из сферы «Чужого» Хайленд был перенесен в сферу хорошо известного по Ирландии колониального пространства королевства.
Вместе с тем удобство представления Горной Страны как «избытка Ирландии» для анализа и описания представлений Лондона о Хайленде, несомненно, упрощает исторические реалии. Такие исторические понятия, как «Горная война» — суть «Шотландской войны», параллельно которой велась еще и «Ирландская война», убеждают в том, что комментаторы Лондона в Горной Стране воспринимали последнюю как не только географически, но и экономически, политически и социально цельный регион с собственной логикой социально-экономического, политического, культурного развития — Хайленд Шотландии [164] . Речь, таким образом, должна идти о конкретных примерах и хронологических рамках актуализации этого взгляда на край — о традиции, подкрепленной попыткой вооруженным путем поддержать претензии Якова Стюарта в 1689–1691 гг., когда комбинированная «ирландская» угроза (из Ирландии и Горной Шотландии) казалась более чем вероятной.
164
Маскау Н. Op. cit. Р. 3, 110–117,127, 221–356.
Такая вариативность географического воображения Хайленда отражала не только ту степень неопределенности, с какой многие «шотландские» чины, их агенты и информаторы сталкивались в Горной Стране (как правило, те из них, что являлись в крае чужаками). Воображаемая география соответствовала поворотам хайлендской политики Лондона, по-своему отражая процесс интеграции этой гэльской окраины как на уровне конкуренции образов Хайленда, так и в восприятии его «цивилизации» британской читающей публикой. Характерными в данном случае являются сочинения одного из самых известных на литературном поприще агентов правительства в Шотландии начала XVIII в., Даниэля Дефо. Его «Путешествие через весь остров Великобритания» — пример в этом смысле весьма показательный. Дефо дополняет, исправляет и переписывает образы Горного Края [165] . И это несмотря на наличие многих других описаний, некоторые из которых принадлежат его же перу: поэма «Каледония» (1706 г.), «История унии» (1709 г.), «Шотландский лиходей» (1723 г.), отдельный шотландский том «Путешествия…» (примечательное совпадение — издан в том же 1723 г.) [166] .
165
Defoe D. Tour Through the whole Island of Great Britain: In II Vols. London; New York, 1962.
166
Defoe D. Caledonia. A poem in honour of Scotland, and the Scots nation. In three parts. Edinburgh, 1706 [London, 1707]; Idem. The History of the Union of Great Britain. Edinburgh, 1709; Idem. A Journey through Scotland. London, 1723; Idem. Adventures of the Highland Rogue. London, 1723.
Социально-политическим контекстом «Путешествия через весь остров Великобритания» являлась первая серьезная попытка правительства Соединенного Королевства умиротворить Горный Край. И если говорить о ее интеллектуальной традиции, о формировании определенного корпуса текстов, комментировавших реалии Хайленда, то в первую очередь подразумеваются, конечно, аналитические сочинения британских чинов «о состоянии Хайленда». Прежде всего рапорты генерала Уэйда 1724,1726 и 1727 гг. [167] — время составления и публикации «Путешествия…», в том числе письма № XIII, интересующего нас более прочих, — посвященного северу Шотландии, на котором Д. Дефо и обнаружил ее Горный Край [168] .
167
Wade G. Report, &с., relating to the Highlands, December 10,1724 // HPJP. Vol. I. P. 131–149; Idem. Report to His Majesty concerning the Highlands, of Scotland, in 1725. January 31,1726 // Burt E. Op. cit. P. 289–316; Idem. Report, &c., relating to the Highlands, 1727 // HPJP. Vol. I. P. ISO-165.
168
Defoe D. Letter XIII, containing a Description of the North of Scotland… P. 362–431.
Для более глубокого понимания значения этого своеобразного агентурного военно-политического контекста необходимо, конечно, учитывать и тот факт, что в свое время сам Д. Дефо находился на тайной службе у государственного секретаря Северного департамента Роберта Харли, 1-го графа Оксфорда и Мортимера [169] . Собранные автором сведения и стали основой для его путеводителя (именно в этом популярном жанре и написано «Путешествие…»). Поездки в рамках этой службы в Шотландию были при этом в основном связаны с заключением Унии [170] . В связи с этим вопрос о том, стоит ли удивляться пробританскому взгляду автора на наблюдаемую в Северной Британии реальность, можно считать вполне риторическим.
169
Об агентурной деятельности Дефо см., напр.: Downie J.A. Daniel Defoe and the General Election of 1708 in Scotland // ECS. 1975. Vol. 8. No. 3. P. 315–328; Idem. Secret Service Payments to Daniel Defoe, 1710–1714 // The Review of English Studies. New Series. 1979. Vol. 30. No. 120. P. 437–441; Rogers P. Defoe’s Distribution Agents and Robert Harley // EHR. 2006. Vol. CXXI. No. 40. P. 146–152.
170
Д. Дефо был в Шотландии в 1706–1707 гг. в целях выяснения настроений относительно заключения унии с Англией: Ерофеев Н.А. Англо-шотландская уния 1707 г. // ННИ. 1975. № 6. С. 55–67; в 1708 г., во время первых генеральных выборов в Шотландии в парламент Соединенного Королевства: Downie J.A. Daniel Defoe and the General Election of 1708 in Scotland… P. 315–328; в 1710–1711 и 1712 гг. по причине в том числе непростых отношений патрона Дефо по секретной службе, графа Оксфорда, и его «партнеров» в Шотландии, в частности Джеймса Дугласа, 4-го герцога Хэмилтона, одного из 16 пэров, представлявших Шотландию в британском парламенте: Downie J.A. Secret Service Payments to Daniel Defoe… P. 437–441; Holms G.S. The Hamilton Affair of 1711–1712: A Crisis in Anglo-Scottish Relations // EHR. 1962. Vol. 77. No. 303. P. 257–282.
Важно также отметить, что, строго говоря, «Путешествие…» — это не травелог в чистом виде. Речь идет не о записях дорожных наблюдений, а о компиляции воспоминаний о поездках по стране с тайными миссиями (с целью выявления и формирования общественных настроений относительно унии). В результате о Горной Шотландии Дефо писал, сидя в Лондоне. Таким образом, «Путешествие…»— это, конечно, путеводитель, но вот вопрос: в каком именно смысле? При том, что в некоторых из описанных мест автор, вероятно, вообще никогда не бывал.
Зато в этих местах «побывал» мистер Кэмден, частые отсылки к которому обнаруживают еще один возможный срез политико-литературного контекста [171] . «Британия» Уильяма Кэмдена впервые вышла в Лондоне в 1586 г. С тех пор, однако, в своей шотландской части она с успехом выполняла функцию справочника и в первые десятилетия XVIII в. Любопытно, что очередной (после 1695 г.) английский перевод этого написанного на латыни хорографического сочинения появился на свет всего за год до публикации отдельного «шотландского» тома «Путешествия…» Дефо, в 1722 г. [172] Одна из причин, на которую часто указывают, состоит в явно недостаточном количестве надежной информации о Шотландии, опубликованной в Англии [173] . Не вдаваясь в детальное обсуждение этого вопроса, заметим, что в данном случае большее любопытство вызывает другое: готовность всегда щепетильного в отношении достоверности сообщаемой им информации бывшего агента правительства опираться на сведения более чем столетней давности (в свою очередь, почерпнутые из еще более архаичных источников).
171
Defoe D. Letter XIII, containing a Description of the North of Scotland… P. 395, 402, 411, 416, 423.
172
Camden W. Britannia: or a Chorographical Description of Great Britain and Ireland, together with the Adjacent Lands. Written in Latin and translated into English, with Additions and Improvements [by Edmund Gibson]. London, 1722.
173
Напр.: Rackwitz M. Travels to Terra Incognita: The Scottish Highlands and Hebrides in Early Modern Travellers’ Accounts. C. 1600 to 1800. M"unster, 2007. P. 17–19.
Весь этот многослойный контекст путеводителя нашел отражение уже в названиях его томов: для Англии и Уэльса (определенных во всех отношениях) — «Путешествие и объезд», для Шотландии и ее с трудом определяемой Горной Страны — более репрессивное «Описание и подсчет» [174] . В этом смысле стоит ли удивляться, что с первой же фразой введения к шотландскому тому мы узнаем, что иностранец способен поведать о Шотландии больше, чем сами шотландцы, разделенные «скандальной» враждой [175] . Что в данном случае особенно важно, так это то, что перед нами не столько «черная легенда» Шотландии, откровенно политически ангажированная пропаганда расширения присутствия Лондона на севере острова. Скорее мы имеем дело с определенным видением предмета (при этом агентурную деятельность Дефо, вероятно, оставил еще в 1718 г. [176] ).
174
Defoe D. Letter XIII, containing a Description of the North of Scotland… P. 5, 279, 362.
175
Ibid. P. 279.
176
Во всяком случае, на фоне несомненного коммерческого успеха вышедшего в 1719 г. «Робинзона Крузо» именно так возможно интерпретировать письмо автора от 26 апреля 1718 г. со ссылками на некую «секретную службу», о которой он отзывается как о пройденной: Defoe D. Letter to Delafaye. April 26, 1718 // SPD. Vol. 139. P. 142–144; респондент письма — Чарльз Делафей, курировавший агентурную деятельность правительств Соединенного Королевства в 1715–1745 гг.: Fritz P.S. The Anti-Jacobite Intelligence System of the English Ministers, 1715–1745 // THJ. 1973. Vol. 16. No. 2. P. 265–289.
В результате в тексте вполне отчетливо проступает соответствующий и уже упоминавшийся пробританский взгляд на предмет описания, которое строится в доминирующей и присваивающей перспективе — из Лондона. Культурно и политически Горная Страна оказывается гораздо ближе к столице Великобритании, чем к столице Шотландии. Инвернесс, неформальная «столица» Горного Края, подается как возможная новая столица Шотландии, поскольку в культурном плане (в том числе в вопросе соотношения гэльского языка и английского) он ближе к Лондону, чем даже Эдинбург — не встречая ожидаемого, автор и его потенциальные читатели наблюдают желаемое — британское присутствие в «столице» Хайленда.
Своеобразная ретроспектива Дефо — исторический экскурс во времена Оливера Кромвеля, с которого и началась англизация (как цивилизация) Инвернесса, — противостоит в данном случае перспективе рапортов генерала Уэйда, утверждавшего, что расширение британского присутствия в 1725 г. еще только начнется и центрами такой цивилизации края станет не древняя «столица» Хайленда, а новые форты (в том числе и форт Джордж в Инвернессе) [177] . Впрочем, решая различные задачи, оба комментатора демонстрируют общее понимание цели хайлендской политики Лондона — цивилизации края как его британизации. И хотя Дефо открыто подразумевает под британизацией края его англизацию, не стоит воспринимать его пассажи по этому поводу слишком буквально. Шотландские сторонники Унии с готовностью поддерживали такую языковую (и, в определенных границах, культурную) основу британской, то есть политической, нации, не отказываясь от принадлежности к гражданской нации, то есть к шотландской [178] .
177
«Английские солдаты [гарнизон Кромвеля в Инвернессе, учрежденный лордом-протектором „сохранять в стране мир и держать Горную Страну в благоговении“] поселились в этой… части страны, и два момента усматриваются как последствия этого:…как солдаты Кромвеля приобщили их [местное окружение] к искусству и прилежанию в хозяйстве, точно так же они оставили им английский язык над их языками, что сохраняется до настоящего дня… Среди них живет много близких английскому образу жизни» (Defoe D. Letter XIII, containing a Description of the North of Scotland… P. 407–408; Wade G. Report, &c., relating to the Highlands, 1727 // HPJP. Vol. I. P. 162).
178
Лэрд Каллоден, например, являясь одним из наиболее верных (очень немногочисленных и очень значимых) сторонников Ганноверской династии в Горной Стране во время якобитских мятежей, в то же время неизменно демонстрировал патриотизм северного британца, стремясь к смягчению и адресному характеру наказаний для своих соотечественников, напр.: Duncan Forbes of Culloden to Sir Robert Walpole [most likely in August 1716; a copy is extant (from which the present is taken) in the President’s hand-writing]; Forbes D. Opinion relative to Attainders [In the President’s hand-writing [Perhaps June 1746]; Idem. [Detached ideas briefly recorded as they occurred; with the intention of their being afterwards digested, and laid before Ministers, 1746] // CP. P. 61–65; 282–285.
В результате Горная Страна помещается в британскую систему координат: в пределах одного и того же абзаца о. Скай на морских «выселках» Хайленда (северо-запад о. Британия) «уравновешивается» о. Уайт вблизи вполне цивилизованного и мирного Саутгемптона (юго-восток о. Британия), вместе с Шетландскими островами на севере о. Британия обозначая границы «доминионов Великобритании», и география, таким образом, плавно переходит в политику. В пределах этих границ — пространство между «Парадизом и Диким краем» (в прежней перспективе с юга на север, из Лондона) этого «христианского острова». Указание на необходимость деятельности Общества пропаганды христианского знания среди горцев при этом ясно дает понять, где на севере Шотландии искать «Дикий край» [179] .
179
Defoe D. Letter XIII, containing a Description of the North of Scotland… P. 281, 414, 419.