Чтение онлайн

– Нет, тут ты неправ! Ведь тот, кто возможно ещё с ним, мог и не стремиться к беседе лично, а ждать его возвращения!

– Возможно! Однако теперь ему придётся искать другой вариант! Но в любом случае наших ближайших планов это не коснётся теперь никак. Я имею ввиду беседу со жрецом. А если из беседы мы узнаем о Святой пещере, то будем действовать уже исходя из того, что о ней может знать кто-то, не являющийся местным жителем.

– Да, верно! В любом случае, в беседе надо принять участие. И надо одеваться. Если я правильно понимаю, за нами сейчас придут. Кстати, ты знаешь, что говорить в обращении к Верховному жрецу?

– Конечно, командир! Я выяснил все подробности этих ритуалов ещё когда задаривал подарками семью местных жителей, под чьими именами мы сейчас выступаем. А, вот уже и идут.

И действительно, в коридоре, ведущем к их апартаментам, раздался гулкий стук шагов по полированному камню, и через короткое мгновение тот же эскорт, что привёл их сюда, вошёл в помещение. Старший эскорта поинтересовался: хорошо ли они отдохнули и готовы ли предстать перед Верховным городским жрецом? На это Кан Дуана ответил выражением глубокой благодарности за заботу и смиренным желанием поскорее внять истине, коей Всевышний через своих возлюбленных слуг милостиво одаривал таких ничтожных и презренных существ, как они. Его собеседник явно остался доволен таким ответом и жестом пригласил их следовать в их сопровождении.

Эскорт подвёл их к центральной трибуне, на которой восседал Верховный городской жрец, его многочисленные помощники и его дочь. Пока они шли, толпа зрителей шумно приветствовала их стоя, а над местом проведения праздника победным гимном разливалась торжественная музыка, играемая сейчас в честь победителей соревнований. Но как только они подошли к трибуне, музыка мгновенно смолкла, стихли восторженные крики зрителей и установилась такая тишина, что можно было услышать, как растёт трава под ногами. В этом безмолвии, усиленный специальными приспособлениями, загремел величественный голос Верховного жреца:

– Да снизойдет благодать Всевышнего на ничтожных слуг и рабов Его, и да искоренятся повсеместно враги и происки врагов Его! Слава Тебе, Всевышний!

С этими словами все присутствующие упали на колени и коснулись лбом того, что было у каждого под ногами: кто-то травы, а кто-то полированного камня. Заранее проинструктированная команда крейсера сделала то же самое. Затем, после восславляющих Всевышнего слов, проиграла короткая музыкальная фраза, и Верховный жрец продолжил, обращаясь теперь к победителям:

– Встаньте, сегодняшние герои - победители труднейших схваток во славу Всемогущего! Всевышний милостиво обратил на вас Своё благосклонное внимание! Он дозволяет Вам обратиться с просьбой о снисхождении и прояснении затуманенного рассудка, коим Он справедливо наказал ныне живущих, после последнего великого греха! Говорите! Всевышний милостиво внимает вам!

Все четверо поднялись с колен, и Кан начал говорить заранее выученную речь, а Бен Тиммс вновь обратил свой взор на девушку - дочь жреца. Он старался внимательно её разглядеть, но в данный момент это было невозможно, поскольку, подчиняясь обряду, она стояла на коленях, уткнувшись лицом в каменный пол. Кан завершил обращение и склонил голову, но на колени уже не опускался - этого требовал обряд, опустила голову и вся группа. Жрец, выслушав обращение Кана, ответил ритуальной речью:

– Всевышний внял вашей просьбе, о, храбрейшие из храбрейших! Вы заслужили своей отвагой и доблестью попытку прояснить рассудок и я, ничтожный слуга Всемогущего, исполняю Его волю! Сегодня вечером, после великой трапезы по поводу окончания Священного праздника, служители проводят вас для начала беседы!

Верховный жрец сделал паузу и затем обратился уже к многотысячной толпе, присутствующей на празднике.

– О, великий и единственный народ Всевышнего! Ешь, пей и веселись! Всемогущий смилостивился и даровал тебе в этот вечер великую милость Свою! Вкушай эти яства и напитки и прославляй Всевышнего!

Вновь заиграла торжественная музыка, сменившаяся весёлой мелодией, - как раз для праздничного настроения. Эскорт исчез, а вместо него появились другие служители, предложившие бойцам следовать за ними, и проводившие их до почётных мест - прямо напротив Верховного жреца. Но, к огорчению Бена Тиммса, по местным обычаям ни сам жрец, ни его дочь, не должны были участвовать в трапезе, так что места за столом напротив команды крейсера были пусты, хотя и охранялись так, словно там и вправду был кто-то очень важный.

К предстоящей трапезе на недавно открытой планете люди отнеслись с подозрением, но столы были так красиво сервированы, от еды так вкусно пахло, а сами блюда выглядели так соблазнительно, что сомнения у всех четырёх быстро исчезли. Ни одно из блюд не было знакомым, но это не помешало угощениям быть настоящими кулинарными шедеврами. День у героев был тяжёлым, к тому же они ничего не ели с самого утра, поэтому не воспользоваться предложением так приятно завершить вечер, было в высшей степени неразумно. Наслаждаясь и получая удовольствие от еды, они отметили маленькую деталь: на столе не было напитков, затуманивающих рассудок. Во всяком случае анализатор, встроенный в губу каждого для определения состава еды, ни разу не показал ничего нежелательного к употреблению.

За весь вечер не произошло ничего необычного: представление, сопровождавшее трапезу, было несколько примитивным, но всё же вносило разнообразие в монотонную работу челюстей. Все участники праздника, включая и наших героев, наелись до отвала, местное светило зашло за горизонт, но незадолго до этого включилось искусственное освещение. Жрец, заменивший Верховного городского жреца, ритуальной фразой объявил об окончании праздника, после чего все спокойно, соблюдая полный порядок, стали расходиться. Вновь подошёл эскорт, и старший вежливо предложил им идти за ним для начала беседы с Верховным городским жрецом.

Путешествие долгим не оказалось. Они вошли в широкий и хорошо освещённый коридор, прошли по нему несколько десятков метров, свернули в другой такой же, и через некоторое время оказались в просторном зале с высокими потолками. Сопроводив награждённых до огромной двери, эскорт расступился, старший открыл перед посетителями дверь, и уступая дорогу, жестом пригласил войти. Перед ними было просторное светлое помещение, которое вполне можно было бы назвать малым залом. Дверь закрылась, а эскорт остался снаружи. Прямо перед ними стоял Верховный городской жрец, обратившийся к ним с неожиданными словами:

– Приветствую вас, сегодняшние герои! Ваши победы впечатлили Всевышнего! Вы не стремились убивать, и это хорошо. Всемогущий не любит бессмысленных убийств. Жертву Он принимает, но Он против убийства, когда без него можно обойтись. За ваше милосердие вас ждёт особая награда. Вы удостоитесь беседы с Верховным жрецом всей восточной провинции, состоящей из семнадцати городов, таких как наш. Возрадуйтесь, ибо в нашей провинции нет более мудрого богослова, чем он.

С этими словами жрец склонил голову, опустил руки, поклонился и неожиданно быстро для его возраста исчез за одной из многочисленных дверей.