Чтение онлайн

Она вдохнула:

– Никто мне ничего не давал. Мне это приснилось.

Лукас лишь приподнял брови.

Фиону охватила паника. Господи, она ведь сказала ему правду, правду, а он ей не верит!

– Сон. Ночью, – поспешно объясняла она. – У меня так бывает! Вдруг что-то появляется перед глазами, и я должна записать, пока полностью не проснусь.

Она быстро потянулась к кучке бумажек с цифрами.

– Вот! Бессмыслица какая-то, но Сеть выдала мне из всего каталога йоту Ауригэ. А вот… из другого каталога то же самое. При этом я вообще не знала, что эти цифры значат, когда писала их.

Увидев скептичное выражение лица Лукаса, Фиона поддалась отчаянию.

– Боже! Все, что я когда-либо знала о фомальхиванине, я выяснила именно так! Начиная с его имени и происхождения, заканчивая алфавитным списком способностей!

Фиона осеклась. Она вдруг с ужасом осознала, что Лукас ее ни к чему не принуждал – не сказал ни слова! – а она выложила ему абсолютно все. Как ее могло постичь такое затмение мозга?! Она могла надорваться, чтоб впихнуть в него свою тайну, и лишь для того, чтобы стереть с его лица это невыносимо презрительное выражение.

– Ну смейся, смейся, – злобно заворчала она. – Отвали, Хильдебрандт. Мне все равно.

– Я не смеюсь, – сказал он. – Если бы я удивлялся каждой мелочи, которая противоречит здравому смыслу, то в течение последней недели совсем бы спятил. Я нашел комфортный подход. Абсолютно ничему не удивляться.

Лукас сунул руку в карман и положил на стол три платиновых колечка.

– Это попало мне в руки позавчера. Вообще-то они мои, но пятнадцать лет их прятала у себя одна знакомая. Я думал, что переплавлю их. Но у меня не было времени зайти в ювелирный.

Он разложил колечки на последнем из листочков Фионы – на том, который оставил в стороне и перевод к которому не написал. Там были те же знаки.

– Но это ведь… это ритуальные колечки, которые ссеане носят вживленными по всему телу…

– ссеане – это банда мазохистов. Я – нет, – сухо прервал ее Лукас. – Если о знаках, то это цитата из текста мессы, а по случайности и мое ссенское имя. Что ведет меня к заключению, что та третья бумага – для меня.

Он потянулся за последним листом своего перевода.

Фиона подскочила со стула.

– Только попробуй забрать! – завизжала она.

Лукас прожег ее презрительным взглядом.

– Я не стану забирать, Фионочка. От чтения информация не исчезнет. Мы спокойно можем ее разделить.

– Только попробуй что-либо переписать, – пригрозила Фиона.

– Нет нужды, – заверил ее Лукас. – Я уже запомнил. И собираюсь тщательно проверить. Если эта информация поступает тебе во сне, то это источник, который не находится под твоим контролем. На его достоверность нельзя полагаться. Я готов верить, что это работает, пока оно никому не помешает. Но люди с психотронными способностями таким образом могут тебе что-нибудь внушить.

Фиона не слушала. Она не могла оторвать взгляда от бумаги в его руке.

– Положи, – зашипела она. – Я тебя предупреждаю, Хильдебрандт! Если там есть упоминания, как найти фомальхиванина…

Лукас ухмыльнулся, брезгливо взял кусок бумаги за уголок и опустил на ее стол.

– Фомальхиванина невозможно найти. Мы можем лишь ждать, когда он сам найдется. Можешь отозвать своих детективов, Фионочка, так как ты лишь зря тратишь деньги Совета. Я кое-что скажу тебе. Там на Деймосе мы стояли в коридоре перед рестораном. Ты прошла в тридцати сантиметрах от его руки. И не заметила. Если судить по тому, что мне известно, он может сейчас спокойно сидеть вон там в углу под вешалкой для верхней одежды и смотреть на нас.

Фиона раскрыла рот и бросила испуганный взгляд на вешалку.

– Без паники. Просто пример, – иронично сказал Лукас. – Не представляю, что ему тут делать.

– А почему бы ему тут не быть? То, как ты нахально украл его у меня, еще не значит…

– Я его не крал, – поправил ее Лукас. – Если ты не заметила, фомальхиванин – это не вещь, которую можно украсть; это человек, и его свободная воля в меру неплохо работает. В твоих снах не будет ничего, что поможет тебе его найти. Никогда. И он тебе не покажется. Потому что он сам свободно решил уже на Деймосе, что не хочет уходить с тобой.

Фиона задрожала от гнева.

– А откуда ты знаешь, что он не передумал?! Он хоть и ушел с тобой, но, едва узнал тебя ближе, тут же исчез. Я знаю, что он придет ко мне! У меня есть знак! Доказательство, что он выбрал меня!

Фиона запустила руку под блузку и достала на свет фомальхивский амулет, который под ней прятала. Он ослепительно заблестел при свете ламп.

Великолепно.

Лукас смотрел не веря своим глазам. Затем прижал ладонь к сердцу.

– Ах! Настоящая фомальхивская реликвия, я правильно понимаю? – учтиво зашептал он. – Ну, это совсем другое дело!

Фиона захлебывалась торжеством… секунд пять, пока до нее не дошло. Будто горсть снега за шиворот, ее охладил язвительный свет в глазах Лукаса.

А тот тут же взорвался смехом.

– Рё Акктликс! – выдавил он. – Я понял… в какой дыре… исчезли… твои старые ссенские амулеты! – Лукас смеялся так, что почти задыхался. Он не мог остановиться. – Боже мой! Смена декораций! – Из его глаз текли слезы. – Господи, Фиона, пощади меня. Спрячь обратно! Ты в тысячу раз сильнее, чем я предполагал! Не мажешь ли ты ауру маслом?

Фиона покраснела. В этот миг она ненавидела его так сильно, что прямо тут бы выцарапала ему глаза… если бы могла пошевельнуться; звук его смеха полностью ее парализовал.

– Убирайся, – пробормотала она. – Убирайся! – завизжала изо всех сил.

Лукас без возражений направился к дверям. Он все еще смеялся, но, отведя глаза от Фионы и ее сокровища, уже овладел собой настолько, чтобы снова говорить связно. Вытер слезы и еще раз обернулся.

– Прости старого скептика! Я ничего не могу поделать! – Он развел руками и вздохнул, однако это не звучало как раскаяние. – У меня сильная аллергия на магические предметы. Сыпь! Астма! Волосы дыбом встали на…

– Козел! – вскрикнула Фиона.

Лукас снова прыснул со смеху и, шатаясь, вышел за дверь.

Л

ишь подойдя к своему офису, Лукас немного успокоился. Вот так ситуация! Веселье в нем угасало, будто последние пузырьки в бокале шампанского, отголосок бурного наводнения. Ему было жаль Фиону… но не очень. Ей можно даже позавидовать. Ее мир был намного проще.

Когда Лукас пришел к ней, то совершенно искренне хотел поделиться всей своей информацией. К этому его привело все то же: невольное стремление обеспечить продолжение чему-то своему. Ему представлялось не так много ситуаций, в которых Фиона – или кто угодно! – была бы готова выслушать его теории и воспринять всерьез. Иногда их не воспринимал всерьез даже он сам. Всё из-за страха, копившегося в нем годами… и дел, в которых он из-за ограниченности своего времени уже ничего существенного предпринять не сможет.