Чтение онлайн

Сборы на работу были быстрыми и почти автоматическими.

Душ, чистая футболка и джинсы. Я глянул в зеркало. Видок был… ну, скажем так, «после вчерашнего». Круги под глазами, лёгкая небритость, взгляд усталый явно от недостатка отдыха и сна, но с искрой предвкушения новых «стычек» с девушками.

В автобусе я устроился у окна и попытался собрать мысли в кучу. Их было много, и все — про женщин.

Софья… блин, я же её вчера поцеловал. И она даже сказала… спасибо… А я? А я чувствую себя так, будто украл конфету у ребёнка. Она же совершенно другая, и если она узнает про мой «график», то точно скажет: «Лёш, ты, конечно, хороший, но иди-ка ты со своим членом в закат». И будет права.

Я вздохнул и перевёл взгляд на мелькающие за окном пейзажи.

Ирина… эта девушка вообще с катушек слетела. Вчера кончила под моими пальцами и убежала, а сегодня точно потребует продолжения. — я глянул вниз. — Дружок, ты готов? Молчишь? Эх… а молчание ведь знак согласия. — откинул голову, закрыл глаза. — М-да… ощущения такие, будто сегодня нам с тобой придётся поработать сверхурочно.

Алиса… тут вообще отдельная песня. Даже не представляю, как она будет себя вести… также холодно, безразлично или что-то изменится? А её мать — та самая, которая, по словам Татьяны, устроила скандал в больнице.

Уф, надеюсь, она не захочет лично проверить, кто это там «спас» карьеру её дочери, а то, чую, что эта проверка будет с пристрастием.

Татьяна… ну, с ней-то всё понятно. Она — режиссёр этого театра. И если она вчера приезжала ко мне сама, значит, я теперь не просто инструмент, а… инструмент с расширенной гарантией. Или всё та же любимая игрушка, которую иногда берут в дорогу, а не только используют на рабочем месте.

Света… эта загадочная писательница с бордовой тетрадкой. Вчера она снова намекнула на «выезд на дом», и, судя по её улыбке, сценарий уже готов. Вопрос только в том, насколько жёсткий там рейтинг доступа…

Я закрыл глаза и мысленно простонал: «Млять, у меня вроде как гарем, но почему же я в нём словно заложник? Ирония судьбы, мать её. Мечтал… мечтал об этом, а теперь уже и едва справляюсь лишь с половиной возможных участниц».

Мерное покачивание автобуса сделало своё чёрное дело. Веки налились свинцом, мысли стали вязкими, как манная каша, и я сам не заметил, как отключился. Не просто задремал — вырубился. Напрочь. Как старый комп, у которого перегрелся процессор.

Перед глазами поплыли лица: властный взгляд Татьяны, хитрая ухмылка Ирины, тёплая улыбка Софьи, ледяное презрение Алисы, загадочный прищур Светы…

Все они кружились в каком-то безумном хороводе, а я стоял в центре и пытался понять, кто я — дирижёр этого оркестра или просто ударная установка, по которой все бьют. А Татьяна сидит на судейской вышке и ставит оценки. За технику. И за артистизм.

— Остановка «Улица Строителей», — пробубнил динамик.

Я вздрогнул и разлепил глаза. За окном мелькали совершенно незнакомые серые многоэтажки.

Мозг, ещё вязкий после сна, попытался сопоставить картинку с реальностью и выдал неутешительный вердикт: «Орлов, ты проспал. Всё. Конец».

— Да твою ж мать! — вырвалось у меня громче, чем следовало и пара бабушек у входа осуждающе покосились, а я, не обращая на них внимания, вскочил, рванул к двери и вылетел на остановку, едва не споткнувшись о бордюр.

Эта остановка была где-то у чёрта на куличках — район, который я видел, кажется, только на карте и то мельком.

Я перебежал дорогу и встал на остановке в обратную сторону, тяжело дыша и мысленно проклиная всё на свете.

— Ну давай, давай, — шептал я, вглядываясь в даль. — Только не опаздывай, железяка ты дряхлая.

Новый автобус пришёл через минут семь.

Целых семь минут, за которые я успел проклясть всё: свою невнимательность, общественный транспорт, вчерашний марафон и особенно — собственную бурную фантазию, из-за которой я теперь живу как в порно-сериале. И в итоге к «Ледовой Короне» я подходил с опозданием на полчаса. Не критично, конечно, но всё равно было как-то неловко.

Миновав вход, я увидел Свету, которая в момент оторвалась от монитора и взглянула на меня с хитринкой в глазах.

— О, Лёша! — пропела она, а затем, вскинув левую бровь, продолжила: — Ты сегодня прям свежий. Выспался, чтоли?

Да ну? Я-то и свежий? — мелькнуло в голове. — Неужели те двадцать минут сна в автобусе так хорошо мне помогли?

— Ага, выспался, — буркнул я, подходя ближе.

Света хихикнула, и её смех был как колокольчик — вроде приятно, но чуешь подвох.

— Почему опаздываешь? Хотя… лишние полчасика и я бы поспать не отказалась.

— Да просто задумался в автобусе и не заметил, как проехал свою остановку, — признался я. — Пришлось пересаживаться, ждать… короче, утро не задалось.

— Бывает, — она сочувственно кивнула, но следом в глазах мелькнул непонятный огонёк. — Но ты не переживай… тут такое дело… — она чуть наклонилась вперед, как обычно без стеснения демонстрируя своё декольте. — В общем, к нам сегодня приехала мама Алисы — Елена Захарова. Слышал о такой?

Я напрягся, медленно кивнул и ответил:

— Да… слышал.

— Так вот, — Света понизила голос. — Она пришла минут десять назад. Высокая, в дорогом пальто, с таким взглядом, будто она тут главный прокурор, а все мы — подсудимые.

— И что она тут делает? Проверяет, как дочь тренируется?

— Ну да, ведь… — Света многозначительно подняла бровь. — … после вчерашней истории с коньками она, видимо, решила лично убедиться, правда ли её дочь в надёжных руках. Так что готовься, Лёш, она наверняка захочет посмотреть, и как ты работаешь.

Ну вот… этого мне ещё не хватало, — мысленно застонал я. — Мама-инспектор. Как будто у меня, млять, своих проблем мало.

— Спасибо за предупреждение, Свет, — сказал я искренне. — Хоть морально подготовлюсь.

— Да не за что. Кстати, кофе вместе выпить не хочешь? Взбодришься хоть перед ледяными пытками.

Я представил, как кофеин ударит по и без того взвинченным нервам, и отрицательно покачал головой.

— Не, спасибо. Пойду лучше кабинет подготовлю. Опоздал ведь, так что надо навёрстывать.

— Ну как знаешь, — она пожала плечами. — Удачи, Лёш. Думаю… она тебе понадобится.

— Спасибо. Я уже понял.