Чтение онлайн

– Отработаешь, куда денешься. Скажи спасибо, что матери твой поклялась заботиться о тебе. Дал же Бог племянницу, глаза б мои тебя не видели.

Опекунша хмыкнула, растерянность Бейрис и спиртное, которым она угостила себя ещё на рынке, а перед этим и дома, подталкивали её к тому, чтобы высказать то наболевшее, что не давало покоя столько лет.

Чувство вины вперемешку с состраданием и обидой на несправедливость судьбы не самые лучшие советчики для принятия решений. Сколько раз эта несчастная женщина ловила себя на мысли, что болезнь Бейрис - это шанс на избавление от сердечных и душевных мук. Вот только муки совести были ещё острее. Пусть она не любила этого ребёнка, но убийцей не была. Потому оставила судьбе расставить всё по местам. И то, что Бейрис, вопреки всему, выздоровела, было подобно удару по старым, покрытым коркой времени, ранам.

Мадам Фраен достала трубку, набила её табаком и, лишь пустив колечко дыма, продолжила:

– Да, давно это было, а как сейчас все помню. Аккурат под Рождество всё и случилось. У всех праздник, а у меня - ты, вот.

 Она налила себе ещё стакан, залпом выпила вино и злобно прикрикнула:

 - Что смотришь на меня? Мать твоя сестрой мне приходилась. И даже брат у тебя был! Да только пропал он, а ведь завидный жених был! Девицы на него так и заглядывались, ничего, что молоденький совсем. Молоденький, да...

Женщина снова замолчала. Она посасывала трубку, размышляла, временами щурилась, словно от яркого света и вновь застывала неподвижно. Испуганная странным поведением и не мене странными словами, Бейрис тоже не смела пошевелиться. Только и нашла в себе сил забраться на скамью с ногами, обхватив колени руками. Когда опекунша снова заговорила, голос её был полон горечи и злобы.

– Она ни о ком никогда не думала, только о себе и о своём сыночке.

Бейрис всхлипнула и тут же зажала рот ладонью. А опекунша, или правильнее бы сказать тётя несчастного ребёнка впервые за долгие годы заговорила о том, что терзало её всё это время.

Для неё уже не существовало ни комнаты, ни плачущей у окна девочки. Прошлое завладело ею.

Глава 4 Сара и Диана

Сара была младшей в семье и от серьёзной и немного замкнутой сестры отличалась весёлым, лёгким нравом. Синеглазая хохотушка, Сара ни на кого не держала зла, легко прощала любые обиды и в любой компании быстро становилась заводилой, вовлекая всех в бесчисленные игры и проказы. Именно это наивная бесшабашность и привлекала к ней друзей, что стайкой крутились вокруг Сары, совсем не замечая старшую сестру.

В ней было всё, чего не хватало самой Диане, невысокой, всегда серьёзной, без тени улыбки в светлых глазах. И если природа дала Саре многое: иссиня-черные шелковистые волосы, алые губы, нежный румянец на тонко очерченных скулах, грациозность и порывистость движений, то Диана не могла похвастаться даже этим. Совсем маленькую её искусала дворовая собака. На память остались несколько глубоких шрамов под коленкой и хромота.

Как уже говорилось, Сара была иной, готовой к переменам и приключениям Ей бы мальчишкой родиться, вот где пригодилась бы бездумная удаль проказницы и сорвиголовы. Но для юной и изящной девушки, в которую Сара превратилась в отрочестве, подобное могло навлечь только беду.

В семнадцать лет Сара сбежала из дома с каким-то заезжим актёришкой, с головой окунувшись в пучину первой любви. Это стало позором для родителей. А вести о том, что их дочь выступает на подмостках бродячего театра, и вовсе сделало имя непутёвой дочери табу для всей семьи.

 В то время, пока родня пыталась оправиться от удара нанесённого младшей сестрой, Диана вздохнула свободнее.

В тени яркой и непосредственной сестры, хромоножка чувствовала себя неуютно. Она стеснялась увечья, и старалась отгородиться от людей сначала за учёбой, затем работой и неприязненным хмурым взглядом. Когда Сара исчезла, а Диану всем и во всём стали ставить в пример, как образец порядочности и благоразумия, девушка постепенно начала оттаивать. Мир, прежде недружелюбный, показался иным и, неожиданно для себя, Диана влюбилась. Случилось это так.

Однажды, возвращаясь из цветочного магазина, где девушка работала, Диана столкнулась с молодым человеком. Задумавшись, она просто не заметила его, сбив с ног. На её невнятные извинения юноша не ответил, больше беспокоясь о том, чтобы моросивший дождь и лужи на дороге не испортили те несколько тетрадей и книг, что он нёс. Ещё больше смутившись, Диана решила помочь и как можно проворнее потянулась к разбросанным предметам. Пальцы соприкоснулись, а взгляды встретились, и Диана робко улыбнулась в ответ на открытую искреннюю улыбку.

В тот вечер, юноша, представившийся Мартином, провёл её домой, а на следующий день поджидал возле дома с букетом цветов.

 Диана, внезапно, обнаружила, что ей нравится встречать рассвет, разглядывать звёзды в ночном небе и заставлять комнату полевыми цветами, сорванными для неё. Мир повернулся к ней той стороной, которую она считала для себя недостижимой. Это было похоже на красивые истории о любви, которые Диана предпочитала любым другим книгам.

Да и Мартин Фраен, серьёзный молодой человек, подмастерье городского архитектора, казалось, был всецело увлечён миловидной сероглазой девушкой. Даже хромота нисколько его не смущала. Наоборот, он всячески уверял свою возлюбленную, что это не главное. Гораздо важнее быть нужным тому, кто нужен тебе. И Диана ему верила. Через три месяца, к осени, Мартин сделал девушке предложение.

Свадьбу решили сделать тихую. Сухая, быстрая церемония в городской ратуше, и скромный праздничный ужин вместе с родителями и несколькими друзьями и Сарой.

 Сестра вернулась, точнее, свалилась как снег на голову вместе со своим ухажёром накануне знаменательного события. Она шутила, смеялась, целовала Диану в обе щёки и вела себя так, словно никогда не сбегала из дома. Её спутник радостно басил ей в аккомпанемент. Вежливость и внимание, с каким вёл себя кавалер Сары, и тоненький ободок обручального кольца на безымянном пальце дочери примирили родителей с тем фактом, что Сара вела тот образ жизни, который они считали не приемлемым для добропорядочных горожан.

То, что у Дианы есть сестра, стало для Мартина сюрпризом. Он разглядывал обеих девушек и пытался понять, не обманывают ли его. В них не было ничего общего. Рядом с взбалмошной сестрой Диана вновь сделалась молчаливой и угрюмой. Она неохотно отвечала на любые вопросы и всюду следила за женихом ревнивым взглядом. Даже в день свадьбы настроение новобрачной не улучшилось. Мартину стоило огромных усилий убедить возлюбленную, что все её страхи надуманны.

Вскоре Сара уехала. На память об её приезде у Дианы остался медальон на тонкой серебряной цепочке с выгравированной на нём розой. Если нажать на один из его лепестков, то медальон раскрывался и в одной его половинке был портрет Сары, а в другой - локон ее волос. В их последнюю встречу, через месяц после свадьбы, Сара сняла его с шеи и вручила сестре:

– Я знаю, что я не оправдала надежд родителей и что ты считаешь, будто я поступаю глупо. Я не могу остаться. Мне кажется, если я не уеду, то случится что-то нехорошее. Или я растворюсь в этом сером городе, и сама стану такой же серой, безликой, - она пожала плечами.
– А ты нет, ты другая. И я хочу, чтобы ты была счастлива. Ты же моя сестра.

Так началась спокойная семейная жизнь Дианы Фраен и закончилась она внезапно, в ночь под Рождество, когда в дверях дома, где прежде они проживали детьми, а теперь после смерти родителей, только она с мужем, снова появилась Сара и, к тому же, с сыном.