Чтение онлайн

 Диана взглянула в сторону колыбели, рядом с кроватью. Девочка появилась на свет всего три дня назад и отличалась спокойным тихим нравом. Она почти всё время спала, иногда просыпаясь, чтобы потребовать свою порцию молока. Диана сама кормила её из специального рожка. Сестра всё это время лежала, прикованная горячкой к постели и постепенно угасала. Болезнь выжигала её, не оставляя никакой надежды на выздоровление.

Кто отец ребёнка, Сара не признавалась. Даже сейчас, в бреду, она не назвала ни одного мужского имени, и не просила никого известить о рождении дочери. Это до сих пор оставалось для Дианы загадкой. Как же так получилось, что, едва оправившись от потери сына, её сестра решила дать жизнь другому ребёнку? И кто его отец? Ни один мужчина не постучался в их двери, чтобы назначить Саре свидание, да и она ничем не показывала того, что влюблена или встречается с кем-то. Беременность Сары стала полной неожиданностью для всех. Как для Дианы, так и для их знакомых.

– Обещаю, - пробормотала Диана.

– Мне не дано увидеть её взрослой.
– Продолжила Сара. Позаботься о ней. И.... назови ее Бейрис.

– Да, конечно сестра. Я позабочусь о ней. Клянусь.

– Клянёшься - это хорошо. Теперь я могу спокойно уйти к моему мальчику.

Сара закрыла глаза и вздохнула. Больше её ничего не держало. Спокойный сон смежил алебастровые веки, и в комнате воцарилась тишина. Диана высвободила руку и прошла к окну. Уже стемнело, а Мартина до сих пор не было. Наверное, задержался на работе.

Ребёнок в колыбели заворочался, и Диана подошла к нему, решив, что девочка проснулась и сейчас начнёт плакать, требуя, чтобы её покормили. Но нет, малышка спала. Из-под белого, сшитого Сарой чепчика, выбивалась прядка смоляных волос. Повитуха, принимавшая роды, удивлённо заявила, что в первые видит дитя с такими длинными волосами, что судьба у ребёнка будет яркой и необычной.

 Диана усмехнулась, припомнив это и, потянувшись, осторожно коснулась их. Такие шелковистые и мягкие, как пух.

 «Бейрис, - мысленно произнесла она, - Бейрис. Какое необычное имя для девочки»

Внезапно Сара застонала сквозь сон, и Диана снова бросилась к кровати, желая успокоить заметавшуюся в бреду сестру.

– Мальчик мой, мальчик, - заплакала Сара, как только Диана коснулась её. Она ещё раз негромко всхлипнула и замерла.

В комнате стало тихо, а через мгновение заплакал проснувшийся ребёнок. Он был голоден.

Глава 5 Встреча с Северной Леди

Диана замолчала. Перед глазами всё плыло. Вино было крепким, как и обида, терзавшая сердце несчастной женщины. Именно в этот день пять лет назад признание мужа разделило жизнь мадам Фраен на «до» и «после».

 Но Бейрис этого не знала. Она утёрла маленьким кулачком слезы, бросилась к опекунше, обхватила за талию и громко заплакала.

Вот ещё! Не хватало, чтобы эта байстрючка, ребёнок, разбивший её семью, жалел её! Волна так долго сдерживаемой злости подступила к горлу. Она оттолкнула Бейрис и, тяжело опираясь на трость, заковыляла к комоду. Покопавшись в нём, достала медальон. Губы снова искривила злая усмешка. Сестра всегда её обманывала, пользовалась тем, что она калека и поэтому забирала себе всё самое лучшее. Красивые платья и подружек в детстве, яркую насыщенную жизнь в юности и даже мужа! Взамен оставив её, Бейрис.

 - Вот. Она красивая, правда? А отец твой... Мартин убежал, поджав хвост, едва я узнала правду. Сам признался, несколько лет спустя. Слабак.

 Больше она ничего не успела сказать. Бейрис едва взглянула на медальон и снова бросилась к Диане, желая ту обнять.

– Тётя! Тётя Диана!

– Не смей называть меня тётей!

Мадам Фраен плеснула вина в стакан, залпом осушила его и злобно зашипела.

– Ты забрала у меня всё.

Замутнённый алкоголем разум, взбудораженный воспоминаниями о предательстве, не видел различий между покойной сестрой и её ребёнком. Сейчас Диане казалось, что Сара вернулась к ней точно такой же, какой была в детстве. Вернулась, чтобы отнять... Но что? Что бы это ни было, Диана отдавать не собиралась. Она взмахнула тростью и завопила:

– Убирайся.

Бейрис вздрогнула и отскочила в сторону, не желая испытать на себе тяжесть тёткиной палки.

– Я ничего не брала, - испуганно залепетала девочка, выставляя перед собой руки. Опекунша снова замахнулась тростью, покачнулась и рухнула на колени.

– Убирайся отсюда! Вон!

Плечи женщины поникли, она зарыдала, спрятав лицо в руках. Бейрис развернулась и бросилась к двери. Она схватила пальтишко, сунула босые ноги в сапожки, выскочила на улицу, помчалась куда глаза глядят. Испуганная и ошеломлённая. Никогда. Никогда мадам Фраен ни перед кем не плакала. Отругать или поколотить могла. А слёзы... Плачут ведь от обиды или когда больно.

Когда Бейрис остановилась, то была уже далеко. Мороз сразу же схватил в свои ледяные объятия, пробираясь под куцую одежонку. Руки окоченели и даже то, что Бейрис постаралась спрятать их в рукава не помогло.

Сжавшись в комок, она присела на скамейку возле безымянного дома и только сейчас обратила внимание, что медальон так и остался у неё. С портрета, обрамлённого голубой эмалью, на неё смотрела мать.

 Уже посиневшие губы девочки затряслись и первые горячие слёзы набухли на ресницах, грозя сразу же заиндеветь. Ей было жаль себя за то, что она сидит сейчас под чужим забором, жаль маму и папу, которых она никогда не узнает. Но больше всего Бейрис жалела одинокую женщину, которую привыкла называть мадам Фраен. Пусть все её считали маленькой, но Бейрис многое понимала, особенно то, что тётю просто очень сильно обидели. А когда несправедливо обижают, это неправильно.

Мягкое прикосновение к плечу прервало тихие всхлипы, которые издавала Бейрис. Девочка подняла голову и заглянула в серые, будто сияющие глаза.

Женщина куталась в белоснежную шубу и была похожа на самую красивую и нарядную куклу, подобную тем, которые Бейрис видела в магазине игрушек. Только в отличие от них, незнакомка была живая и во много красивее. Она провела холодными пальцами по подбородку Бейрис, заставляя смотреть только на себя.

– Почему ты плачешь, дитя моё?

Бейрис всё рассказала. И о булочной, в которой ей приходилось трудиться и о постоянных обидах, и о том, как заболела, промокнув под дождём. О том, как постоянно хочется есть, и как обижают те, кто сильнее и старше. Даже о том, как ей жаль бедную мадам Фраен рассказала.

Незнакомка улыбнулась и подняла ее с земли.

– Пойдём со мной, моя девочка. Обещаю, ты больше никогда не будешь плакать.

Глава 6 Леди Бейрис

Бейрис зябко поёжилась, досадуя на саму себя, что никак не привыкнет к окружающему её снежно-ледяному царству. Наставница обещала, что со временем будет легче, однако, как долго тянулось это «со временем»! Хотелось сейчас, а лучше немедленно. Чтобы, ни холода, ни сожалений, ни страха. Но до леди Айрис девушке было ещё далеко. Впрочем, если верить самой Наставнице, до конца её ученичества осталось немного.

Мысленно порадовавшись этому факту, Бейрис снова неподвижно застыла напротив огромного, в полный рост, зеркала в тяжёлой бронзовой оправе. Оно стояло на массивной подставке, в виде двух фавнов, поддерживающих искусно выкованную оправу. Это зеркало стало первым подарком от леди Айрис, когда она ступила на путь испытаний. Хранительница пообещала, что оно запечатлеет и сохранит все изменения, каковые с ней произойдут за это время. В нём Бейрис всегда увидит правду о самой себе.

Не верить Наставнице не было оснований. Тем не мене, каждый раз, глядя в это зеркало, Бейрис по-прежнему видела и румянец на щеках и слишком живой (опять же со слов леди Айрис) взгляд и порывистость и импульсивность никак не положенные преемнице Хранительницы Северных Ключей. И всё же, камин в её комнате уже не пылал так жарко, как в первые дни пребывания в Северных Чертогах, а годы ученичества оставили свой след в душе той отзывчивой девочки, которой она была когда-то.