Чтение онлайн

Она хлопнула глазами. Невероятно! Лил двумя фразами перевернул все с ног на голову, напомнив, как много Ариана на самом деле делала для папы, забывая о своих желаниях и потакая его капризам. Она копировала поведение матери, которая всю жизнь испытывала перед мужем чувство вины и — невольно или намеренно — внушила его и младшей дочери. Вот только Ариане-то извиняться было не за что. В свои девять лет она могла быть только любима — или не любима — родителями. А они оба всегда хотели сына.

— Может, я и не нужна им совсем… — грустно проговорила она. Лил покачал головой.

— А вот теперь я слышу маленькую глупую девочку, а вовсе не свою Ариану, — заявил он и с некоторым вызовом посмотрел на подругу. — Та Ариана, что я знаю, никогда бы не подумала, будто ее можно не любить. Она ведь даже дракона убедила, что он кому-то важен.

— Очень важен, — подтвердила Ариана и улыбнулась. — Он же обещал показать мне секретное драконье место, где еще не бывал ни один человек. А драконы, насколько я помню, всегда держат слово.

— Всегда, — подтвердил Лил. — Но нам стоит поторопиться, пока не сменились ветра. Потом перелет станет слишком опасным.

Ариана вздохнула. Она уже знала, что Лил беспокоился не за себя и что это значило абсолютный отказ от путешествия, как только он сочтет риск для подруги чересчур большим. Ветра сменятся в конце сентября — начале октября. Значит, у Арианы еще была пара недель в запасе. Только бы выторговать у родителей хоть один свободный день. И тогда они с Лилом…

— Я что-нибудь придумаю, — проговорила она больше для самой себя, чем для товарища. — Я обязательно что-нибудь придумаю!..

* * *

Хедин уехал неожиданно. Просто одним чудесным утром Ариана проснулась от заглядывающего в окно солнышка, а не от раздраженного голоса, требующего заняться домашними делами. Она сначала даже не поняла, что случилось. Осторожно, стараясь не разбудить спящую Беанну, выскользнула за дверь и спустилась вниз. Мать привычно хлопотала по хозяйству, но отца не было ни видно, ни слышно.

— Ему выпала честь сопровождать градоначальника Армелона в его ежегодном путешествии, — сообщила Ана в ответ на молчаливый вопрос дочери, и впервые в ее голосе прозвучало не только беспокойство за мужа, но и нотки облегчения от его отъезда. В последние несколько недель Хедин сделал их жизни поистине невыносимыми, и его недолгое отсутствие даже Ана сочла благом. А Ариана от радости едва не захлопала в ладоши.

— Мамочка, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — бросилась она к Ане. — Можно я сегодня сделаю всю работу, а завтра проведу день с Лилом? Я так без него скучаю!

Ана устало улыбнулась: как бы ни любила она Хедина, а его черствости к другим людям понять никогда не могла. Он шел напролом, не считаясь с чужими желаниями и не обращая внимания на причиняемую им боль. Ана не поверила своим глазам, когда увидела младшую дочь в женском платье: и как ей только хватило смелости пойти против воли отца? Ана вот уже сколько лет собиралась сказать мужу, что он плохо поступает с Арианой, но так и не решилась. А дочь проявила характер. Несомненно, благодаря своему новому другу. Знакомя Ариану с Лилом, Ана, конечно, надеялась изменить жизнь младшей дочери в лучшую сторону. Но она и подумать не могла…

— Мы с тобой переделали всю работу на месяц вперед, — проговорила она и кивнула на входную дверь. — Беги. Уверена, Лил тоже тебя заждался.

Счастливая, Ариана чмокнула мать в щеку и, даже не позавтракав, помчалась на встречу с товарищем.

В первый день они занялись подготовкой к перелету: все-таки путь предстоял неблизкий. Договорились, кто возьмет какую еду, чтобы завтра не тратить время на ее поиски. Также Лил предупредил, чтобы Ариана позаботилась о теплой одежде для себя: наверху было уже совсем холодно. Рассчитав примерное время путешествия, они условились встретиться в шесть часов утра и на том расстались.

Спать Ариана легла пораньше и отлично заснула в предвкушении завтрашнего захватывающего дня. Но посреди ночи пробудилась от странных звуков, доносившихся с соседней кровати. Буквально выдернув себя из сладкого сна, Ариана широко распахнула глаза и уставилась на подрагивающий под одеялом холмик. И с изумлением поняла, что старшая сестра… плачет.

— Беанна! — вырвалось у нее, и, совершенно ни о чем не думая, она соскочила со своей кровати и примостилась рядом с холмиком. — Ты что? Что случилось?!

По всем канонам Беанна должна была возмутиться своеволием младшей сестры и потребовать от такой малявки не вмешиваться не в свое дело. Это было вполне в ее духе, и Ариана это знала. Но она никогда в жизни не видела, чтобы Беанна плакала. Со своими рыжими вихрами, певучим голосом и веселым нравом она казалась самым беззаботным существом на свете. И Ариана так привыкла к этому, что сейчас совершенно растерялась.

— Отец совсем свихнулся, — вдруг зло сообщила Беанна. — Помешался на своем Тиле! Ну и усыновил бы его, раз прям жить без него не может! Я тут при чем?

— Как он может его усыновить? — все еще не придя в себя, возразила Ариана. — У Тилы родители есть.

Сестра вдруг посмотрела на нее с такой ненавистью, что Ариана невольно сжалась.

— Какие мы умные! — съязвила Беанна. — Одна только я дурочка! Под стать Тиле! Все обзавидуются!

Ариана поняла, что в сестре говорит обида, и не стала обращать внимания на ее резкость.

— Тебе… совсем-совсем не нравится Тила? — осторожно спросила она. Беанна сверкнула глазами.

— Да что в нем может нравиться?! — возмутилась она. — Тупой как пробка, а самомнения на десятерых! Только и разговоров, что о кубке да о том, каким великим воином он станет, когда придет его время! Отец, видать, по себе выбирал!

Ариана, очевидно, знала Тилу лучше сестры и могла с уверенностью сказать, что он вовсе не был таким тупым, каким казался с первого взгляда. Он отлично представлял, как повернуть дело в свою пользу, и даже отличался испытанной Арианой на себе хитростью. Но Беанну вряд ли могло это заинтересовать.

— Но, может быть, папа просто не знает, что Тила тебе столь неприятен? — осторожно проговорила Ариана. — Может быть, ему все объяснить, и он поймет? Он же так тебя любит, — и она с надеждой посмотрела на сестру. Но Беанна только махнула рукой.

— Я тоже так думала, — сказала она. — Но единственный человек, которого любит наш отец, — это он сам. Мы же интересовали его до тех пор, пока не родились девочками.

Ариана вздохнула, понимая, что сестра права. Но это никак не помогло бы ее успокоить.

— Ты ведь не обязана… если совсем-совсем не захочешь, когда придет время, — сбивчиво начала она, но Беанна прервала ее, многозначительно хмыкнув.

— И тогда ты повторишь мамин подвиг? — иронично поинтересовалась она, и Ариану передернуло. От Беанны это не укрылось. — А иначе на семью падет ужасный позор, — страшным голосом продолжила она. — И не будет нам ни почета, ни уважения…