Чтение онлайн

— Ты расстроилась? — сам не понял, как спросил он. Кажется, его это не должно касаться. Ариана — свободная совершеннолетняя девушка и имеет право выбирать жениха по душе. Не оправдываясь перед драконом и не спрашивая его мнения. И Лилу следовало порадоваться за Ариану и поддержать ее в случае сомнений. А вовсе не придумывать оправдания собственной влюбленности и не холодеть в ожидании ответа единственной девушки на свете.

Ариана повела плечами и замялась. Лил так и забыл выдохнуть.

Каким бы эгоистичным это ни было, он не желал отдавать Ариану. Ни Эйнарду, ни Тиле, неожиданно вывернувшему из чащи леса и не давшему Ариане ответить.

— Кого я вижу! — возрадовался тот. — Заступница Риана со своим домашним драконом! Как поживаете? Какие у вас новости?

Почти два месяца прошло с тех пор, как, отваженный Беанной, Тила перестал наведываться в дом сестер, и Ариана грешным делом уже подумала, что он позабыл о ее существовании. Но у Тилы были свои причины. Во-первых, он всерьез разочаровался в Риане. Имея возможность после освобождения ею дракона почти каждый день бывать в их доме, Тила не мог не заметить, сколь сильно она изменилась за последний год. Куда подевалась та задорная и до безобразия смелая девчонка, что так зацепила его в детстве и какой он представлял ее себе вдали от Армелона? Риана была запугана так, что даже слово выговорить могла с большим трудом. Глаз не поднимала, об улыбке и говорить не стоило. А чуть что, пыталась подавить слезы. Нет, такая девица Тиле была совершенно неинтересна. Даже Беанна с ее вероломством на фоне новой Рианы представлялась выгодной партией — та хоть красива и на язык по-прежнему остра. Тила даже обрадовался, когда она потребовала оставить ее семью в покое: так у него появился предлог не захаживать больше в их дом, а сосредоточиться на порученном ему деле. Отец придумал занятие в отсутствие войны, достойное сына градоначальника, и оно отныне отнимало у Тилы все свободное время. Он и сейчас находился на службе и не рассчитывал надолго задерживаться возле Рианы. Так, уколоть ее, унизить дракона, и можно снова вернуться к отцовскому заданию.

Но Риана вдруг взбрыкнула, вынудив Тилу пересмотреть свои намерения.

— Делаем с Лилом твою работу, — с лучезарной улыбкой ответила она. — Ты, судя по всему, не справляешься. Помощь нужна — а попросить стыдно.

Тила ошарашенно уставился на Ариану, не зная, на какую фразу реагировать.

— Если ты о медведе… — начал было он, но Ариана прыснула и махнула рукой.

— Так ты медведя ищешь? — сквозь смех поинтересовалась она: как же хорошо было снова не бояться Тилу! С тем, прежним, ощущением обреченности ушел и страх перед бывшим женихом сестры. Ариана чувствовала себя другим человеком. И ей очень нравилось это состояние. — А я думала, ночных душегубов. В последнее время они что-то весьма распоясались.

— Знаю, — сквозь зубы процедил Тила. — Я уже два десятка людей на их поиски кинул, а проку нет. Они каждый раз в новом месте орудуют.

— И никаких следов? — вдруг поинтересовался Лил. Тила бросил на него хмурый взгляд, но почему-то ответил:

— Все следы — на перебитых головах! Кому больше повезло, кому меньше. Сегодня очередной счастливчик на опушке шарил, какой-то ящик искал, говорил, украли при нападении.

— Эйнард? — удивленно спросил Лил, а лицо Тилы вдруг прояснилось.

— Точно! — воскликнул он. — Это же повитухин отпрыск! А я никак не мог понять, откуда этого ферта знаю! — и тут же нахмурился и вперился взглядом в Лила. — А вот каким образом тебе стало известно его имя? — с явной угрозой в голосе продолжил он. — Мне он его назвать отказался. Или это ты его приложил?..

— К чему такие трудности? — Лил передернул плечами и встретился глазами с Тилой. — Я бы его просто поджарил и сожрал. Никто бы и не пикнул.

Тила крякнул. Ариана ахнула и схватила Лила за руку. Что же он делает? Зачем провоцирует врага, да еще и наделенного властью? Тиле же ничего не стоит свистнуть сейчас свой отряд и оттащить Лила в тюрьму с якобы признательными показаниями. И Ариана не сможет ему помешать…

— Ты говори, да не заговаривайся, — угрюмо предупредил Тила, не имея ни малейшего желания связываться сейчас с драконьим отродьем. Отец ему голову снимет за новые нападения и отсутствие хоть каких-то результатов расследования. А тут еще этот медведь… — Я ведь могу сделать вид, что поверил.

— Можешь, — согласился Лил. — Только от дальнейших нападений это не избавит. Лучше помоги Эйнарду найти его ящик. Тогда и узнаешь, кто предпочитает добывать трофеи незаконным способом.

Тила хмыкнул. Нет, этот дракон, конечно, дело говорил: такая улика была бы отличным доказательством причастности к нападениям. Вот только…

— Предлагаешь обыскать каждый двор в Армелоне? — с издевкой спросил он, чтобы показать Ариане, насколько нелепым был совет Лила. Но тот только качнул головой, словно совершенно искренне хотел помочь.

— Предлагаю начать с того, кто пожаловался на медведя, — ответил он. — В ночном лесу. Аккурат там, где пострадал Эйнард.

Тила хотел было бросить еще одну колкость, но остановился на полу-вдохе. В голове нарисовалась совершенно четкая и ясная картина последнего нападения. Он давно подозревал братьев пастухов в темных делишках: уж больно вольно они себя вели в последнее время; да и деньгами сорить начали, хотя их занятие никак не предполагало больших прибылей. Но, чтобы обвинить их в ночных грабежах, требовались весомые доказательства, а монеты никак нельзя было причислить к таковым. Совсем другое дело — ящик с добром, который с таким упорством разыскивал Эйнард. Если Тиле удастся обнаружить эту вещь в доме пастухов…

Он развернулся к опушке и пронзительно свистнул. Через минуту вокруг него собралось около десятка человек. Ариана с ужасом ждала его дальнейших действий. Неужели он… все-таки выполнит свою угрозу?

— Вы вчетвером устанавливаете круглосуточную слежку за пастухами, — приказал Тила одной части своей команды. — Чтобы каждый их шаг был известен мне в кратчайшие сроки! Вы втроем, — распорядился он следующими, — прямо сейчас обкладываете их дом со всех сторон, и чтобы муха мимо вас не пролетела! А вы двое, — обратился он к оставшимся на месте, — разыщите пострадавшего и приведите его в мой штаб. Будем восстанавливать картину преступления!

Раздав инструкции, Тила снова глянул на Лила и Ариану.

— Свободны! — отрезал он.

Ариана вздрогнула и сама не поняла, как дрожащим от напряжения голоском огрызнулась:

— А поблагодарить?

Тила сверкнул глазами, но долг все же брал свое.

— Если поймаем разбойников, выпишем тебе премию из городской казны! — отчеканил он.

— Не мне… — начала было Ариана, но Тила развернулся, давая понять, что разговор окончен, и покинул их, не сказав более ни слова. Ариана посмотрела на Лила и вдруг залилась веселым смехом.

— Кто меня за язык тянул? — через силу пробормотала она. — Знала ведь, что Тила шуток не понимает. Лил, мы с тобой друг друга стоим…

Он улыбнулся, чувствуя, как уже почти привычное тепло заполняет сердце.

— Прости, что заставил тебя волноваться, — покаялся он. — Устал оправдываться в том, чего не совершал.

— Я понимаю, — Ариана тут же посерьезнела и вздохнула. — Как бы я желала избавить тебя от этого проклятия.

— От дракона? — с глупой надеждой уточнил Лил. Если ей хотелось, чтобы он был просто человеком, может быть, он все-таки интересовал ее не только как бывший друг?

— От человеческой жестокости и глупости, — ответила она. — Люди делают вид, что боятся драконов, а на самом деле просто вымещают свой дурной характер на тех, кто не может защититься. Это отвратительно!

Проглотив очередное разочарование, Лил все-таки улыбнулся ее словам.

— Тебе не стоит переживать за меня, Ариана. Твоя доброта скрашивает любые неприятные моменты.

Задетая прозвучавшей в его тоне холодностью, Ариана внимательно посмотрела на него. Он правда не понимал или просто так хорошо притворялся? Доброта? Да разве то, как Ариана относилась к Лилу, можно было назвать этим словом? И разве она раз за разом не давала ему знать, что на самом деле чувствует? Что он значит для нее? Даже сегодня она уже дважды пыталась достучаться до его сердца, а Лил снова и снова захлопывал его, словно не желая ее подпускать. И это… неимоверно обижало… Ариана все понимала про его дракона, про то, как трудно ему жилось и как тяжело поверить теперь в иное отношение. Вот только всегда надеялась, что в ней он видит особенного человека, в котором нельзя сомневаться. Но что, если она ошибалась? Если за девять лет все изменилось и у Лила… просто нет к ней нежных чувств? Он же может быть всего лишь благодарен ей за спасенную жизнь, за предоставленное жилье, за участие, наконец. Он пытается как-то отплатить ей за эти вещи, подстраиваясь и принимая ее ласки, а сам при этом ничего к ней не чувствует. Сколько бы не вспоминала Ариана его объятия и те слова, что были ей тогда сказаны, два месяца отчужденности заставляли делать совсем другие выводы.