Чтение онлайн

Тила застонал и зашевелился. Из темноты, лихо перепрыгивая через невысокий забор, потянулись здоровенные парни. Двое из них держали под руки безвольного тучного человека.

— Взяли! — сообщил один из вновь прибывших кое-как открывшему глаза Тиле, даже не думая помочь тому подняться.

— Идиоты, — буркнул Тила и вдруг рявкнул так, что в доме окна зазвенели: — Телегу притащите, пока я не околел на этом снегу! И сараем займитесь, чтобы огонь дальше не перекинулся!

Его приказания были исполнены с завидной быстротой. Тила, охая и кляня все на свете, перебрался в повозку, закутался в лежавшее там одеяло и только теперь соизволил вспомнить о Лиле.

— Где ночевать собираешься? — поинтересовался он непривычно смирным тоном, будто на самом деле хотел спросить совсем иное. — В гости не приглашаю: сам понимаешь, папашка не обрадуется.

— Тут госпиталь совсем рядом, — спокойно ответил Лил, — там перебьюсь, Эйнард не выгонит. Знать бы только, что в доме все в порядке.

— Парни приглядят, — Тила смерил его изучающим взглядом и миролюбиво уточнил: — Не заходишь?

Если бы он удивился, Лил бы не ответил.

— Никогда не страдал неблагодарностью.

Тила усмехнулся, но понял.

— И даже мне «спасибо» скажешь? Я вроде как жизнь тебе спас. И не в первый раз.

Лил улыбнулся. Почему-то нынче выразить Тиле благодарность было очень просто. Словно закончилось многолетнее соперничество. И словно они теперь были по одну сторону.

— Спасибо, — проговорил он, вынудив Тилу вздрогнуть. — Без твоей помощи меня бы еще полгода назад забили камнями.

Тила уставился на него, словно надеялся обнаружить фальшь. А потом раздраженно пробурчал:

— Энда тебя подери!

…— Извиняться не буду: что было, то было, — продолжил он уже в госпитале, когда оба получили от Эйнарда необходимую помощь и Тила удовлетворенно растянулся на кровати. — Но отцу мозги вправлю. Есть у меня на него теперь управа: для того и пришлось ловлю на живца устраивать. Правда, не думал, что у этого типа ума хватит сонный порошок использовать. Явно из отцовских припасов.

Лил не был уверен, что хочет знать все подробности запланированного убийства. Но древняя мудрость гласила: «Кто предупрежден, тот вооружен». А оружие, чтобы выжить, Лилу совсем бы не помешало. Несмотря на уверения Тилы в будущей безопасности.

— Зачем такие сложности? — негромко поинтересовался он. — Сонный порошок, поджог… Встретили бы отрядом в лесу — и делу конец.

— А ну как ты бы оборотился? — хмыкнул Тила. — Слово словом, а собственная шкура завсегда дороже. Кому охота испробовать на себе остроту драконьих зубов?

Лил прошелся вдоль палаты, переваривая услышанное. Забавно. Еще год назад ему было глубоко плевать на собственную жизнь. И желание оборвать все разом возникало с завидной частотой. Ничего хорошего в его существовании тогда не было, и один серый день сменялся другим, еще более серым и тоскливым. Ни настоящего, ни будущего — и держала только необходимость помогать матери. Прирежь его кто-нибудь на кладбище, Лил принял бы смерть с облегчением, как окончание этой бессмыслицы, что носила гордое название его жизни. А сейчас он не хотел умирать. Сейчас у него была Ариана, и он слишком хорошо знал, какой может быть милость богов. И не собирался отказываться от всего этого в угоду честолюбивым планам градоначальника.

— Этот человек, которого вы поймали, — кто он?

Тила ухмыльнулся.

— Неужели не признал старого знакомца? Того самого, что выпросил для тебя эшафот? — удивился он невнимательности Лила. — Он, конечно, со времени вашего последнего свидания поувял, пообрюзг, с тела спал, — уж больно сильно перед папашкой задолжался из-за твоего случая. Ну и господин градоначальник непрозрачно намекнул ему, каким способом хочет вернуть должок.

— Думаешь, теперь он станет свидетельствовать против главы Армелона? — Лил покачал головой. — Раньше рак на горе свистнет. Да и кто ему поверит после первого обмана?

— Я, например, — сообщил Тила и засвистел какой-то простенький мотивчик. — И потом имею право призвать любого гражданина, в том числе и градоначальника, к ответу в суде. И тем самым лишить его возможности повторно выдвигать свою кандидатуру на ближайших выборах. Ибо будущий глава города должен быть кристально чист перед народом и суд может посещать исключительно в качестве обвинителя.

Лил слушал бывшего недруга с недоверием. Все сделанные Тилой выводы казались надуманными и не выдерживающими никакой проверки жизнью. И все же Тила лучше знал и папашу, и законы, а потому его мнение заслуживало того, чтобы к нему прислушаться.

Однако Лила волновало другое.

— Он же твой отец! — не следя за словами, выдал он. — Зачем тебе все это надо?

Тила тут же стушевался, растерял задор и отвел глаза.

— Мог бы не спрашивать, Энда подери все ваше племя! — огрызнулся он.

— Мог бы, — согласился Лил. — Извини.

Тила скрипнул зубами и сжал кулаки, будто принимая решение. Потом вдруг приподнялся с подушки и протянул перевязанную руку.

— Лучше поздно, чем никогда, — пробормотал он. — Советую воспользоваться предложением. Все-таки не каждый день сын градоначальника дружбу предлагает.

Удивляться Лил не стал: кажется, на сегодня лимит по этому чувству был уже исчерпан. Вместо этого сжал Тилину ладонь еще до того, как тот закончил его уговаривать. Зачем Тиле сдалась эта дружба, Лилу было неведомо. Но за последние месяцы он научился не отвергать дары богов. И, возможно, тем самым обратил их на свою сторону.

— Одна просьба, — Лил помолчал, не желая открывать душу, но иного выхода не было. — Ариана не должна знать о том, что сегодня случилось. Она и так пережила слишком много.

Тила кивнул, даже не подумав улыбнуться.

— Заметано, — пообещал он.

Если бы взгляды убивали, Ильга сегодня стала бы братоубийцей. Потому что только так можно было отомстить ему за подсунутого пациента. За Тилу.

— У меня только ты и Беанна, — невинно пожал плечами Эйнард в ответ. — А у нее, сама понимаешь, с ним свои счеты.

— А меня, конечно, можно пустить в расход, — огрызнулась Ильга, добавив к предыдущему своему раздражению злость из-за выбора брата. Эйнард качнул головой.

— Так тебе вроде нечего с ним делить, — заметил он. — Я бы на твоем месте только «спасибо» сказал. Такой шанс.

Ильга раскрыла было рот, чтобы высказать брату пару мыслей по поводу этого шанса, но тут же вспомнила, что ни одна живая душа не знает о ее разговоре с Тилой и о том, как тот ее оскорбил. Ильга скрыла этот факт, не желая терпеть жалости от родных, а также переводить внимание матери с Эйнарда и его кошмарного выбора невесты на свою скромную персону и значительно менее скромный выбор.