Чтение онлайн

— Что это? — спросила Катрина, глядя из палатки широко раскрытыми глазами.

Д’мин шагнул вперед, чтобы лучше рассмотреть. Клодетта задалась вопросом, заметил ли Лизах, что этот шаг также приблизил его к ней. — Жители Доннитона почитают способных. Я слышал, что это принятие достижений создало своего рода странный мета-образ над городом но это первый раз, когда я чувствую это в действии.

— Мощно, — тихо сказала Клодетта. Ее пальцы дернулись, желая почесать зуд от сильного заряда между их телами, но она чувствовала себя странно, делая это прямо над головой Катрины.

— Кэт? Иди сюда, — мать Катрины вышла из своей зоны приготовления пищи, завязывая фартук на талии. — Пора готовиться; поскольку турнир закончился, люди скоро придут.

Катрина ушла, но не так быстро, как Д’мин, который повернулся и бесшумно двинулся обратно в кухонную зону. Клодетта поправила свою форму, чувствуя непостижимое разочарование.

Может быть, это просто странный побочный эффект образа ?

Клодетта отказалась позволить себе смотреть на удаляющуюся фигуру Д’мина. Сделать это было бы глупо. Что она узнает, глядя на него сейчас?

Она повернулась и взглянула в сторону кухни, прежде чем выпрямиться. По совпадению, она поймала вспышку его чешуи, когда дверь закрылась за ним.

Это чувство не так уж плохо, я полагаю. Лучше, чем депрессия или изоляция.

Глава 1786

Йн’ульк сидел в темноте внутренних пещер Лизахов, медитируя и охраняя драгоценные яйца. Насыпи бугорков размером с футбольный мяч начали испускать легкое тепло и жар, что означало приближение стадии вылупления. По традиции, он провел первую часть дня, рассыпая пепел павших воинов-Лизахов по разным кладкам, чтобы новорожденные могли унаследовать часть храбрости своих предшественников.

В этом году у них было удручающе много пепла для рассыпания. Серые частицы толстым слоем лежали на яйцах, словно старое вязаное одеяло.

Покровитель Солнца, пожалуйста, направь наш народ.

Руки Йн’улька сжались в кулаки, когда он подумал обо всех воинах, которых они потеряли за последний месяц. Образ Д’мина, отбросившего свою веру в Покровителя Солнца и ставшего аватаром божества-хранителя Эспиры, также сильно присутствовал в его мыслях. Его настроение упало.

Услышь наши молитвы и знай, что мы делаем все возможное, каждый день, чтобы исполнить твою волю

Затем произошло нечто странное. Хотя это было издалека, Йн’ульк почувствовал себя так, словно лежал на камне в теплый летний день; все его тело озарилось, будто он грелся на солнце. Чувство связи и полноты, которое охватило его тогда, было опьяняющим. Он резко сел, его дыхание участилось. Его замешательство плавно переросло в полное оцепенение, когда свет замерцал перед ним и в воздухе медленно сформировалась фигура.

— Покровитель? — спросил Йн’ульк недоверчивым тоном. Ибо никто, кроме Покровителя Солнца, не мог ощущаться столь тесно связанным с ним, и при этом казаться столь незнакомым. Юный Лизах поворачивался взад и вперед по пещере, его глаза, казалось, впитывали каждую деталь. Йн’ульк не сомневался, что Покровитель, наконец-то явившийся, чтобы вознаградить веру своего народа, изучал их точное положение.

Во всяком случае, Покровитель Солнца, казалось, не был разочарован тем, как низко пали Лизахи. Он просто слегка улыбнулся тяжелым каменным стенам пещеры. — Интересно. Вы даже сохранили несколько миров в этом пространстве? Но вы, вероятно, даже не подумали об этой лазейке, а? Хех Наконец, его золотые глаза остановились на Йн’ульке. — Ты, мой драгоценный потомок. Мне нужно твое тело. Некоторые счеты должны быть сведены.

Несмотря на то, что перед ним действительно разворачивалось чудо, Йн’ульк почувствовал, как его чешуя зашевелилась от этого тона. Даже случайный читатель евангелия Покровителя Солнца быстро понял бы, что это не был прощающий бог. — Ты ты, кажется, знаешь, что один из нас недавно отрёкся от веры. Но пожалуйста, смилуйся над ним. Он лишь хотел защитить наш народ.

Золотой свет в глазах Покровителя вспыхнул. Йн’ульк чуть не отпрянул от испепеляющего жара, содержащегося во взгляде фигуры. К его облегчению, Покровитель медленно покачал головой. Его миражная проекция исказилась. — Вы неправильно поняли. Я смутно ощущаю обстоятельства; я бы никогда не наказал одного из моих за обращение к более доступному источнику помощи. Я чувствую отчаянное положение, которое вы пережили. Это мой величайший позор, что этот гордый Лизах был вынужден отвернуться от меня. В этом вопросе я буду деликатен.

Чувствуя себя успокоенным, Йн’ульк уступил силе, скользящей между ними через его связь с Покровителем. Затем он упал и погрузился в теплые объятия тьмы, где его сознание заснуло.

Внутри мускулистого тела воина-Лизаха Покровитель Солнца встал и потянулся. Его плечи и позвоночник хрустнули от долгого бдения Йн’улька. Затем он показал свои острые зубы пустой пещере. — Я легко могу простить одного из своего стада за то, что он сбился с пути но фигуру, стоящую за ним, которая осмелилась вмешаться в дела моих потомков? Хех.

— Надеюсь, он найдет бога, которому можно помолиться.

Вай обычно чувствовала себя измотанной почтительными взглядами, которые вызывала её униформа Ордена Дуцис, но среди толпы людей на фестивале Доннитона было желанным облегчением, когда люди расступались и пропускали её. Делайла плелась за ней, широко раскрыв рот и охая от каждого нового места, представления или доспеха, что приковывали её взгляд.

Вокруг них Доннитон и, в более широком смысле, все могущественные Классеры в окрестных Зонах наконец-то расслабились и праздновали. Были импортированы особые напитки с достаточно высоким содержанием алкоголя, чтобы даже люди с мощными (Статами) могли на короткое время почувствовать опьянение. Это было то освобождение, которого люди ждали с начала (Катастрофы).

Они победили. Они выжили. Пришло время праздновать, прежде чем они начнут слишком долго размышлять о цене, которую они заплатили, чтобы добраться сюда.

— Мы не можем остановиться и посмотреть хоть что-нибудь? — пожаловалась Делайла, идя за ней. Вай нашла это несколько ироничным: девочка могла так яростно бороться и сражаться рядом с Вай, они вдвоем находили и эвакуировали небольшие деревни в (Дикой Местности) во время худших проявлений (Катастрофы), а затем принимать такое испуганное выражение лица просто от скуки.

Вай проследила за взглядом Делайлы к хорошо утеплённой палатке, в которой развевались несколько ярко окрашенных и совершенно неподходящих для погоды платьев. Она покачала головой, хотя про себя подумала: Эта девочка унаследовала худшие черты от обоих своих родителей. И лучшие, я полагаю.

— Ещё нет. Нам нужно кое-что сделать, прежде чем мы сможем развлекаться.

Даже учитывая тот факт, что Эспира наконец-то успокаивалась, Вай обычно мало интересовалась такими праздниками. Но её (Навык Божественного Внутреннего Компаса активировался три дня назад и с тех пор безошибочно вёл её на фестиваль за пределами Доннитона. Дуэт теперь пробирался мимо больших групп людей, шумевших вокруг карнавальных игр, пока она искала точный источник.