Чтение онлайн

Сильные черты лица женщины на мгновение потускнели, затем она одарила Клодетт печальной улыбкой. В этой улыбке было что-то мгновенно интимное, словно они вдвоем обменялись всеми своими самыми сокровенными тайнами в одном лишь обмене взглядами. Словно Клодетт могла доверять этому человеку. У иллюзорной женщины были светлые волосы до плеч с розовыми прядями и ярко накрашенные глаза, из-за чего она походила на мифическую огненную птицу.

Клодетт поджала губы, несмотря на теплое порхание бабочек в животе. В этой подразумеваемой связи между ними не было ни малейшего намека на активацию (Навыка), но она провела слишком много времени с отцом, чтобы не заметить, что это просто человек, настолько овладевший собственной харизмой, что ей не требовалось использовать (Навык) или (Образ), чтобы понравиться.

И по сравнению с ее отцом, эта личность немного не дотягивала в исполнении.

Фигуре пришлось отступить в сторону, чтобы избежать потока девочек-подростков, свистящих, как закипевшие чайники, в безумном порыве к бурлящему источнику беспорядка, и мимикой показала, что хочет вернуться на кухню. Не зная, как еще ответить, Клодетт коротко кивнула ей.

Я знаю, что это их родная планета, но Рендидли и Невея удивительно популярны.

К своему собственному удивлению, Клодетт почувствовала странный приступ ревности, когда оглянулась через плечо. Затем она выпрямилась и посмотрела на остывающий куриный суп с рисом в своей руке.

Так много мужчин подходили ко мне, чтобы флиртовать и сблизиться с моим отцом, но когда речь заходит о людях, которые на самом деле хотели узнать меня.

Она не позволила себе закончить мысль. Иллюзорная чаровница незаметно проскользнула на стойку, оставив Клодетт беспомощно смотреть на тела перед ней. Большая часть очереди за супом сдвинулась, увлеченная движением людей, даже если изначально они того не хотели. Так что Клодетт могла только накрыть чашку куриного супа с рисом крышкой и аккуратно сложить деньги, на случай, если юноша вернется.

Честно говоря, это было желанным отвлечением, когда двое мужчин вышли к прилавку, проталкиваясь сквозь людей, спешащих увидеть эту Райну , даже когда ажиотаж уже спадал. Покупатели давали ей цель, позволяли выполнить порученное ей задание. Это позволяло ей забыть о странных импульсах ее недавно стабилизированного (Образа).

Клодетт поприветствовала их своей самой ослепительной улыбкой. — Добро пожаловать, что могу предложить вам двоим?

— Мы бы хотели. — начал загорелый мужчина с резкими чертами лица.

— Откуда ты знаешь Райну? — прорычал другой одновременно. Двое повернулись, чтобы посмотреть друг на друга: первый — с упреком, второй — враждебно.

Чтобы ничего не выдать, Клодетт смотрела прямо перед собой, сохраняя безмятежное выражение лица.

Значит, та иллюзорная фигура была Райной? Она создала отвлечение, а затем направилась назад. умно.

Но более проблематичной была ситуация теперь. Некоторые из проходящих мимо людей услышали имя Райна и остановились, вытягивая шеи, чтобы посмотреть на Клодетт.

Клодетт ощутила воздух дымчатым клинком (Кларент), позволив своему (Образу) на краткий миг обрести свободу, чтобы понять двоих перед ней. Мужчина с резкими чертами лица казался неопределенно извиняющимся, но второй, с его сальными волосами и густыми бровями, смотрел на Клодетт, как бульдог, присматривающийся к сочному стейку на краю стола.

Клодетт постукивала ногтем по деревянному прилавку, ожидая. Выражение ее лица оставалось непроницаемым. Как она и ожидала, мужчины сдались первыми.

— Я Пан Кортес, — сказал более рассудительный юноша, драматично прижав руку к ключице. По его выражению, он ожидал, что она узнает это имя. Клодетт вопросительно подняла бровь, и Пан на секунду смутился, прежде чем продолжить. — А это.

— Иззи Фаунтейн, — добавил другой, все еще рыча. Честно говоря, Клодетт так и хотелось засунуть ему в рот кость, чтобы он заткнулся. — Так вот, я не знаю, каковы твои отношения с Райной, но я иду туда, чтобы увидеть ее. Мне нужно кое-что сказать.

Клодетт почувствовала мстительное и садистское чувство, пробуждающееся в ней. (Кларент) прошептал, как приятно было бы скользнуть в тело этого юноши и высосать все: кровь, душу и (Образ). Его жизнь стала бы еще одним угасающим светлячком в дымчатых пределах ее оружия, хотя и тусклым по сравнению с другими. Его иссохшая оболочка тела рухнула бы, чтобы никогда больше не беспокоить ее.

Но она подавила этот импульс. Вместо этого она просто позволила своей улыбке стать острее. Она старалась говорить тихо, потому что их разговор привлекал все больше и больше внимания. — Вы, должно быть, ослышались; разве женщина, которую вы ищете, не дальше по дороге? Но в любом случае, я не позволю вам пройти мимо моего прилавка. Потому что, если бы вы действительно знали ее, зачем бы вы так крались за ней?

— Я не крадусь, — прошипел Иззи. Его глаза начали краснеть, но он, наконец, казалось, сосредоточился на Клодетт, больше не щурясь на дверь на кухню, словно мог сжечь ее на расстоянии. Его взгляд пробежал по ее телу, а затем он пренебрежительно фыркнул. — Ты вообще знаешь, кто я? Я занял второе место в сегодняшнем боевом соревновании. Теперь, не смей устраивать эту ревнивую сцену, иначе я начну терять самообладание.

— Из, это леди, отнесись к ней с уважением. Она просто пытается выполнять свою работу, — Пан Кортес прервал своего спутника и одарил Клодетт очаровательной улыбкой, но, если уж на то пошло, внезапный и бессмысленный жест защиты взбесил Клодетт даже больше, чем полное пренебрежение со стороны Иззи. Такое поведение она знала. Это был тот тип мужчин, с которыми она сталкивалась всю свою жизнь.

В ее груди (Кларент) начал гудеть. Он притягивал ледяные ветры из окружающей среды и начал создавать плотный циклон изо льда и режущего воздуха вокруг ее сердца.

Иззи полностью проигнорировал своего друга и ткнул пальцем в Клодетт. — Я удивлен, что ты не слышала; все говорят о том, насколько напряженным было боевое соревнование на этот раз. И у нас с ней был момент на церемонии открытия. Я был так тронут песней Райны, что бросился на сцену и признался ей в любви. И я пообещал, что когда выиграю весь турнир, то приглашу ее на свидание.

Клодетт выдохнула. Ее сердцебиение замедлялось, так как орган все более и более тщательно замерзал. Она почти чувствовала, как лизахи, люди, которых она считала выдумкой, пока не увидела Д’мина, умирают и бегут от надвигающейся бури в ее (Пространстве Души). — И все же ты не выиграл. И я готова поспорить, что Райна даже не потрудилась дать тебе ответ. Да, я вижу это по твоему выражению лица. Так что. Уходи. Удачи в следующем году.

— Вообще-то, соревнования Доннитона проводятся каждые полгода, — вставил Пан. Пальцы Клодетт сжались, и ее (Образ) начал просачиваться, излучая иней по всему прилавку. Ни один из этих двух идиотов, казалось, ничего не заметил.

— Я должен сказать ей, что дело никогда не было в турнире. Мои чувства. — Иззи облизнул губы, казалось, готовый произнести страстную речь прямо на месте. Все больше людей подтягивались к суповой стойке, чтобы послушать, так как разочарование доносилось со стороны, откуда изначально раздался крик о Райне; казалось, эти люди обнаружили, что первый призыв был ложной тревогой.