Чтение онлайн

— Учитывая качество этого копья создать похожий предмет, который сможет выдержать твою силу, будет непросто, — Сэм прикусил губу. Дюжина материалов пронеслась у него в голове, но каждый из них был бы недостаточен. Связь Азриэль с лунным светом делала это уникальной задачей. — Даже если я потороплюсь с работой

— Ему не нужно быть достаточно прочным, чтобы сдерживать мой образ, — Азриэль небрежно отмахнулась рукой. — В моем следующем матче я смогу эффективнее направлять свою энергию. Больше не будет никаких несчастных случаев.

— Вот так просто, значит? Сколько копий тебе понадобилось, чтобы освоить такой контроль? — Сэм поднял бровь.

Азриэль встретила его взгляд, не моргая и не отводя глаз. — Одно копье. Это копье. Думаю, ты обнаружишь, что я могу быть самой превосходной ученицей, особенно когда дело касается боевых искусств. Многие утверждают, что я уникально одарена. Несмотря на мой отпуск от боев, я быстро возвращаюсь в надлежащую форму.

Сэм неопределенно хмыкнул. Затем почесал затылок. — Ты — заказчик. Если нужно просто прочное копье такой формы, я могу сделать его быстро. Определенно к твоему следующему матчу.

К концу первой недели турнира Весь Альфа-Космос Рендидли чувствовал себя более истощенным, чем когда-либо за долгое время. Он сидел в ванной своей виллы на острове, паря над Хароном, который присел рядом с турнирным островом. Духи лунного света пролетали сквозь стены, входя и выходя, в притворном ужасе убегая от Дуэта Нерожденных. Он потер переносицу. Это был первый за долгое время момент, когда он скрылся от публики, и ему отчаянно требовался отдых.

Во-первых, потому что он присутствовал на всех матчах, и новая Татьяна (восстановившаяся после отпуска, проведенного в беспробудном пьянстве и безделье) подчеркивала, что его отстраненное от матчей присутствие — нехороший знак.

Во-вторых, потому что он продолжал оттачивать свой эмоциональный аффект, чтобы максимально использовать свое сокращающееся время в Экспире. Состояние Покровителя Пера продолжало ухудшаться, заставляя его задаваться вопросом, завершится ли этот масштабный турнир вовремя, чтобы он смог выполнить свое задание. Конечно, чем дальше они продвигались, тем эффективнее будут раунды. Но теперь, когда число бойцов сократилось с 8192 до 4096, турнир представлял собой разросшееся действо со слишком большим количеством ответвлений и деталей, чтобы публика могла эффективно в нем разобраться.

В-третьих, все усугублялось огромным числом посетителей из Экспиры и других мест, стекавшихся на этот остров, чтобы поболеть за своих фаворитов и увидеть своих героев. И тем временем они поднимали столько шума, что Рендидли подумывал о том, чтобы начать использовать (Облик Одержимости) и надеяться, что слух будет одним из первых, что пропадет

Рендидли подошел к раковине и плеснул водой себе в лицо. В-четвертых, и это самое удручающее, ему в голову пришла идиотская идея ненадолго встретиться с каждым побежденным участником турнира. Хорошая идея, но я не продумал ее до конца

Конечно, его мотивы были эгоистичны по двум причинам. Он хотел хотя бы раз поговорить с каждым из участников, потому что они, вероятно, были самыми могущественными личностями в Альфа-Космосе. Знание того, кто они и на что способны сейчас, пока он еще на Экспире, могло бы дать ему информацию для Татьяны о будущих проблемах.

Подобным образом, установление этих связей обменивалось значимостью. Рендидли чувствовал, как его Пустота приближается к пределу плотности и скользкой силы со всем притоком связей и истории.

Потому что встречи с проигравшими охватывали весь спектр эмоциональных потрясений. Некоторые были грустны, некоторые — торжественны, некоторые — угрюмы, некоторые — так же истощены, как он сам, у некоторых были тысячи вопросов к нему, тогда как другие, казалось, даже не хотели с ним разговаривать. Тем не менее, все без исключения сидели с ним на том холме снов и некоторое время смотрели на реку, отдыхая от реальности.

Возможно, это был какой-то побочный эффект его (Новы Анимации), но они сделали несколько вдохов и просто существовали в этом вызванном пространстве. И Рендидли чувствовал, как их эмоции неохотно сдвигаются в более позитивное русло.

Рендидли поднял голову и посмотрел на себя в зеркало. Его резкие черты лица, темные волосы, яркие глаза, щетина на подбородке все это было очень знакомо. Но он также чувствовал приход умственной усталости, вытесняющей все его свободные и вдохновенные мысли, оставляя лишь необходимое и приемлемое.

Слишком многое было стерто в этом опыте, оставив его израненным и реактивным.

Он чувствовал себя фильтром, через который прошли все проигравшие, оставив его с глубоким до костей чувством беспомощности. Он очистил их эмоции в малейшей степени, взяв на себя всю эту депрессию и потери. И, конечно, он получил мощный прилив значимости за это; он также помог (Ритуалам Пустоты) распространиться по всему Альфа-Космосу, более легко преобразуя Пустоту в Вес. И все же

Рендидли закрыл глаза и выдохнул. Сейчас ты истощен. И несколько напряжен, потому что тебе не только предстоит сразиться с некоторыми из этих личностей, но и вернуться в Нексус. Расслабься немного; возьми выходной. Потому что утром ждет еще больше работы. Рендидли лег и проспал без сновидений почти десять часов. Когда он проснулся, Татьяна открывала дверь и смотрела на него сверху. Солнечный свет лился из окна, делая духов лунного света почти невидимыми. Очевидно, он проспал. Кряхтя, он сел и потер глаза, чувствуя себя тепло и расслабленно, как давно не чувствовал.

— Я старалась дать тебе поспать как можно дольше, — Татьяна вошла в комнату, неся поднос. Она села на край кровати и предложила ему еду, на ее лице читалось беспокойство. Пар и запах сыра, жареного картофеля и бекона поднимались от подноса с едой. Он немедленно взял вилку и начал запихивать еду в рот. — Я знаю, как это тебя истощает. И я ценю, сколько усилий ты вкладываешь в это.

Рендидли прервал свое поглощение еды, чтобы выпить половину стакана апельсинового сока, прочищая горло. Он улыбнулся Татьяне. — Тебе не нужно благодарить меня за то, что я делаю то, что должен был делать с самого начала. Это моя ответственность.

— Ох, не заставляй меня быть на этой стороне спора с тобой, — Татьяна шлепнула Рендидли и нахмурилась. — То, что мы делаем сейчас, важно, но важна и другая работа, которую ты выполнял. При всей твоей силе, ты не можешь быть везде одновременно. Так что просто ешь столько, сколько сможешь, а потом

— Господин Призрачный Пес?

Оба подняли головы. В дверном проеме, паря над полом, появилась новая фигура. Тело (Крылатого Змея) извивалось, пока бывший Немесаи неловко смотрел на их близость. Его змеиные зрачки сузились. — Я надеюсь, я ничего не прерываю.