Чтение онлайн

Стояла зима, в тот год она выдалась на редкость лютой, столбик термометра упал ниже тридцатиградусной отметки, и в школах отменили занятия. Очень довольная стихийно возникшими каникулами, я раскрашивала картинки карандашами, а Фася и тетя Лена вели тихий диалог. Многие взрослые совершают ошибку, полагая, что маленькому ребенку непонятна суть их разговора и он не заинтересуется беседой. Но малыши любопытны, а я не была исключением, поэтому с самым сосредоточенным видом чиркала по бумаге грифелем, не мешала взрослым, а сама развесила уши.

–  Ты не права, - сердито говорила тетя Лена, - там были отличные условия.

–  Чего уж теперь, - вздохнула бабушка, - на заводе Байкова мне еще лучше жилось! Оклад хороший, продуктовый заказ, комнату в санатории на лето давали и школа у них собственная имелась! Но пришлось уйти! Кто же знал, что Ричард Львиные ноги туда снова на службу придет! Однако он стал начальником!

–  Интересно, почему этот тип каждый раз сухим из воды выходил, - задумчиво протянула тетя Лена.

–  Ты у меня спрашиваешь?
– нахмурилась бабушка.

–  Действительно, глупо, - улыбнулась балерина, - ему следовало гипнотизером стать! Хотя, скажу честно, с виду он урод!

Афанасия поставила чашку на блюдце.

–  Странное дело. Его обаяние было подобно наркозу. Сначала он тебя одурманивает, ты перестаешь соображать, а затем наступает пробуждение, которое сопровождается тошнотой.

–  Ну тошнота, пожалуй, от другого бывает, - хихикнула Мордвинова.

Фася предостерегающе кашлянула.

–  Шутка, - быстро сказала тетя Лена, - однако мы бабы дуры! Легко попадаемся на крючок.

–  Он умел ухаживать, - пожала плечами бабушка.
– Эх, знать бы, что впереди ждет!

–  И что бы ты сделала?

–  Сейчас уж и не знаю, - грустно сказала Фася.

–  Она жива? Ну… Аля?

–  Не знаю, - отмахнулась бабуля, - мне ее жаль! Такая слепая любовь! Плохо все для нас закончилось! Ричард Львиные ноги, как всегда, ноги унес! А я с этим живу!

–  Он унес ноги на тот свет, - прошептала тетя Лена.

Афанасия откинулась на спинку стула и закрыла глаза.

–  Прости, прости, прости, - засуетилась тетя Лена, - ой, какая же я дура! Идиотка! Фася! Сейчас принесу тебе капли Зеленина!

–  Нормально, - сказала Афанасия и открыла глаза, - не волнуйся, я давно их всех похоронила. Просто это очень неприятная тема. Давай вернемся к сегодняшним делам. Как ни хороша была служба, мне пришлось уйти, и я уже устроилась.

–  Куда?
– подпрыгнула тетя Лена.

–  В районную поликлинику, там всегда стоматологи в дефиците, - ответила бабуля.

–  Фасенька! Ты с ума сошла!
– вскипела тетя Лена.
– После ведомственной клиники в клоаку! Безумие.

–  Это временно!

–  Катастрофа!

–  Все не так трагично, - попыталась улыбнуться Афанасия.

Балерина покраснела и схватила ее за руку.

–  Не глупи. Забери заявление.

–  Нет, мне надоели чужие капризы, - отрезала Фася.

Я уронила карандаш, бабушка встала.

–  Пойду подогрею кашу, накормлю девочку и уложу спать. Дашенька, собирай рисование и мой руки.

Я поканючила для порядка, нехотя съела гречку и поплелась в спальню. Спустя четверть часа Фася зашла в комнату, поцеловала меня и сказала:

–  Спи спокойно.

–  Не хочу, - заныла я, - завтра в школу идти не надо, можно еще порисовать!

–  Закрывай глазки, - не пошла на уступку Афанасия Константиновна и погасила ночник.

Мне очень хотелось удержать бабушку, поэтому я воскликнула:

–  Кто такой Ричард Львиные ноги?

Афанасия села на мою кровать.

–  В далекие времена жил очень храбрый и благородный рыцарь, за отвагу современники прозвали его Ричард Львиное Сердце. Вот подрастешь немного, дам тебе почитать о нем книгу, а сейчас поворачивайся на бочок.

–  Вы с тетей Леной говорили про Ричарда Львиные ноги, - не успокаивалась я.

–  Мы просто шутили, - вздохнула Фася.

–  Такого не существовало?

Бабуля встала.

–  В Средние века нет.

–  А в наше время?
– пыталась я задержать бабушку.

Фася нагнулась, поправила одеяло и вдруг горько сказала:

–  А в наше время с сердцем у рыцарей сложно, современные львы быстро бегают, красиво говорят и способны на подлость. Кажутся благородными, а на самом деле трусы!

–  Разве животные умеют разговаривать?
– я обрадовалась возможности продолжить увлекательный диалог.

–  Все!
– рассердилась Фася.
– Ночь уже.

Очистив машину от снега, я села за руль, включила подогрев сиденья и медленно поехала в Ложкино. Интересно, существует ли до сих пор завод имени Байкова? Вдруг там есть люди, которые помнят стоматолога Афанасию Константиновну и расскажут мне про мужчину, который носил странное прозвище: Ричард Львиные ноги. Похоже, в жизни моей бабули было много тайн, которые она предпочла унести с собой в могилу. Как правило, дети не задумываются о прошлом своих близких. Тридцатилетние родители кажутся сыну-второкласснику глубокими стариками, ну что интересного могло происходить с этими посыпанными пылью мумиями в юности? А уж бабушка с дедушкой и вовсе ровесники египетских пирамид. Чаще всего внуки предпочитают пропускать мимо ушей воспоминания пенсионеров. Едва пожилая женщина произнесет фразу вроде:

–  Помню, как в конце пятидесятых я отправилась в Ленинград и встретила там дядю Колю, - как ребенок моментально становится глухим.

От человека, появившегося на свет в начале двадцать первого века, прошлое столетие так же далеко, как от его бабушки война Кутузова с Наполеоном.

Я не являлась исключением и сейчас горько жалела о том, что не запомнила рассказы Афанасии. Хотя моя бабуля была не очень болтлива.

Внезапно мне захотелось курить, я проехала пару километров, притормозила у киоска, купила пачку сигарет, сорвала целлофановую обертку и приросла ногами к тротуару.

Мысль побаловаться табачком пришла мне в голову практически на выезде из Москвы. Будка, торговавшая всякой ерундой, располагалась в десятке метров от начала Ново-Рижской трассы. В нашей столице до сих пор сохранились закоулки, о которых неизвестно основной массе шоферов, существуют в мегаполисе тайные тропки, позволяющие миновать заторы. Я, например, знаю, как выбраться на трассу, ведущую к Ложкино, с наименьшими потерями времени: у одного крупного супермаркета сворачиваю направо и качу по колее до деревянных ворот с табличкой «Собака не злая, но сильно нервная». Основная часть водителей, добравшись до ворот, полагает, что это частные владения, и, матерясь сквозь зубы, разворачивается. Дорога закончилась, фокус не прошел, надо возвращаться в основной поток. Но малочисленные аборигены поступают иначе, они вылезают из теплого салона, распахивают ворота, вкатывают во двор и непременно закрывают створки. Если хоть раз оставить их открытыми, прощай тайная дорога, по ней караваном потянутся машины. Дальше - просто. Никакого дома на участке нет, он давно сгорел, пересекаешь сотки, спускаешься к реке и, опля, выезжаешь на Новую Ригу, где стоит разукрашенный елочными гирляндами тонар. Место здесь пустынное, продавец плохо понимает по-русски, он знает всего пару фраз. А еще тут по непонятной причине всегда колышется туман. Учитывая все вышесказанное, вы поймете, отчего я сейчас перепугалась до дрожи в коленях.