Чтение онлайн

Медленно шагая за топором, Эльдар рассеянно оглядывал серебристые вершины скалистых гор вдали, куда ему было запрещено ходить, зеленые кусты, откуда раздавался шорох снующих в прелой листве мышей и попискивание птенцов в птичьих гнездах. Когда-то давно примерно в таком же месте, как здесь, Исольда нашла его, - плачущего новорожденного младенца, завернутого лишь в кусок обгорелой тряпицы и спрятанного в корнях большого дерева. С тех пор Исольда стала ему матерью, а Якоб – отцом.

Эльдар не жалел о собственной доле – уж лучше расти и жить среди людей, чем стать тем, кем ему было уготовано. Он искренне старался оправдать надежды родителей. Хотя порой и злился, как сейчас, когда понимал, что мир несправедлив, и ему снова в который раз придется наступить на горло амбициям и смириться с малым.

От нового броска еще одно дерево почти раскололось надвое, и молодой столяр схватился за голову, закрыл глаза, тяжело дыша и обуздывая силу. Отец был прав: любовь делала его безумным, неосторожным и опасным. Он должен был забыть принцессу, если хотел нормальной жизни. Он должен был вернуться засветло, сдавшимся и спокойным, чтобы порадовать веривших в него, оберегающих, любящих родителей.

Уткнувшись лбом в разломанный ствол, чувствуя запах вытекающей густой смолы, Эльдар мысленно помолился богине леса, попросил прощения за причиненную боль, ища у природы силы и дальше бороться. Затем подхватил связку толстых веток, которые позднее превратятся в различные изделия, и бодро зашагал домой, гадая, успеет ли повидать принцессу Ильветту в последний раз, или она отплывет, так и не вспомнив о заказанной у нищего мастера шкатулке.

Каково же было его удивление, когда он вошел в мастерскую и, сбросив с плеча связку, увидел точеную женскую фигуру в глубине помещения и суетящегося вокруг нее отца, услужливо заглядывающего в глаза посетительнице. Даже без свиты и вездесущих слуг, даже одетую в простой темный плащ, с головы до пят скрывающий дорогие одежды, Эльдар не мог не узнать принцессу, и его горячее сердце пустилось вскачь – от счастья, что он через секунду вновь увидит прекрасные глаза, от страха, что по глупости чуть не пропустил долгожданное появление.

Девушка обернулась, заслышав звуки, и вновь Эльдар пораженно застыл, забыв поклониться или хоть как-то проявить уважение. В руках у красавицы лежала готовая шкатулка, лучшая из всего, что молодой столяр когда-либо вырезал. Лицо Ильветты светилось неподдельным восхищением, служившим лучшей платой за работу. Гладкая кожа ее щек вдруг окрасилась нежным румянцем, а в зелени глаз замерцала радость при виде Эльдара, как будто принцесса его ждала.

Она быстрее обычного прошла вперед, улыбаясь открыто и задирая голову – так Эльдар был высок. На этот раз он опомнился быстрее – благодаря грозному предостережению отца, - и склонил голову перед дочерью короля, как и подобает по этикету.

– Она прекрасна! – Ильветта говорила восторженно и остановилась слишком близко, словно забыла о своем положении знати и обращалась к ремесленнику на равных. Ее прекрасные белые кудри сегодня были распущены по плечам, лишь у висков закреплены серебристыми заколками, делая девушку неотличимой от простых горожанок. Это взволновало юношу, возрождая надежду на то, что его чувства могли бы быть взаимны, будь у него время. – Ты сотворил чудо!

В ее руках отшлифованная деревянная вещица блестела и играла гранями узора, а на крышке был идеально вырезан герб Искельвинда.

– Ты не поставил подпись мастера, - улыбнулась Ильветта, протягивая шкатулку столяру, словно не замечая, в какое замешательство приводит юношу своей случайной близостью.

– У меня нет подписи, - смутился Эльдар, неуверенно принимая изделие из рук принцессы и страшась, что она заметит, как он невзначай вновь касается ее кожи своими грубыми пальцами, мечтая продлить это мгновение навечно.

– Сделай ее для меня, - щеки красавицы заалели сильнее. – Я хочу увезти с собой частичку истинного Искельвинда, напоминание о доме.

Слова принцессы отрезвили влюбленного юношу, и он, нахмурившись, опустил взгляд, не желая больше видеть в глазах Ильветты радость – теперь он был уверен, что она предназначалась не ему. Должно быть, королевская дочь радовалась грядущему замужеству, а он, Эльдар – всего лишь наивный юный мечтатель, создавший удачную вещь.

Взяв нож, он быстро изобразил на дне шкатулки витиеватую букву «Э» и отдал принцессе. Та улыбнулась шире, но почему-то, показалось Эльдару, с грустинкой. Все это время отец напряженно и внимательно наблюдал за молодыми.

– Спасибо, мастер, - поблагодарила Ильветта, забирая изделие и поправляя плащ так, чтобы скрыть свою внешность. – Я буду помнить тебя.

Прижав шкатулку к груди, принцесса изящно обогнула застывшего вновь столяра и покинула лачугу ремесленника, низко склонив голову в капюшоне.

Как только ее шаги затихли вдали, Якоб потряс парчовым мешочком, набитым золотыми монетами.

– И все же – я рад, что она уплывает, - заявил отец упрямому сыну. – Ее замужество вернет тебе рассудок.

– Ты слышал, что она сказала? «Я буду помнить тебя»… – прошептал Эльдар, слова принцессы медовой патокой разливались по ушам. Если он и думал минуту назад, что должен забыть принцессу и быть примерным сыном, то теперь в нем снова расцвели неукротимые мечты. – Корабль отплывает завтра. Я попрошусь на него.

***

Принцесса нервничала. С самого утра на главной площади собирался народ. Ремесленники, воспользовавшись возможностью, открыли ярмарку, а танцовщицы, певцы и циркачи спонтанно выступали, веселя знать и зарабатывая шляпой. Веселье наполнило город, не ведавший, что он лишь случайно избежал кровопролитной войны. Жениха принцессы готовились встретить почестями и богатым пиршеством.

Но Ильветта была неспокойна. Одетая в самое лучшее платье, с уложенными в высокую прическу белокурыми волосами, украшенными рубиновой диадемой, принцесса готовилась увидеть будущего мужа впервые на сцене, как и все. Дорогой гость не спешил познакомиться с невестой, хотя, по словам отца, ее красота сразила его еще накануне, когда он увидел портрет дочери короля на стене. Только благодаря этому Родмиру удалось заключить с Беренгаром столь выгодный мир.

Ильветта не знала, что за человек достанется ей в мужья, будет он нежен или суров, красив или уродлив, молод или стар. Он пришел как завоеватель, а значит, вряд ли славился добротой. Однако она надеялась, что он проявит к ней великодушие и будет любить и беречь жену, как и положено.

Фанфары известили честной народ о появлении королевской семьи, выход правителя и его дочери был встречен гулом и звонкими аплодисментами. Ступая по натертым до блеска плитам постамента к трону, Ильветта невольно осматривала ликующую толпу. До тех ровно пор, как ее взор не зацепился безошибочно за темное пятно среди сотен белокурых голов.

Норды земель Ледяных Ветров рождались со светлыми волосами, редко у кого встречался даже русый. Но этот резчик по дереву поразил Ильветту еще в первую встречу: в его буйных, упрямыми волнами лежавших на плечах темно-каштановых волосах цвел огонь. А черно-карие глаза, казалось, проникали прямо в душу и были так не похожи на блеклые голубые, зеленые или серые глаза нордов. Столяр, к тому же, был выше на добрую голову любого живущего здесь мужчины, и так широк в плечах, что смог бы поднять руками целый дом. Ильветта не могла взять в толк, как такой огромный, кажущийся неповоротливым человек мог столь виртуозно управляться с хрупким деревом и создавать из него столь удивительно миниатюрные и прекрасные вещи.