Чтение онлайн

57. "Прекрасная девица, - сказал Ланселот, - не будете ли вы столь добры указать мне, место, где я мог бы отдохнуть этой ночью, ибо присягнуть могу, что весьма в том нуждаюсь". Она ему отвечает на это: "Знайте, мессир рыцарь, что этот лес мне знаком, как никому в этой стране, так вот, поверьте, на две версты кругом нет никакого жилья".
– "Тогда скажите мне, прошу вас, прекрасная дама, где вы сами остановитесь на эту ночь".
– "Скажу вам на это, мессир рыцарь, что в двух верстах отсюда, как я и сказала, есть старая часовня, где я проведу эту ночь, ибо в темноте боюсь сбиться с дороги, там же и конь мой будет пастись среди трав".
– "Прекрасная девица, сказал Ланселот, - раз уж здесь нет другого пристанища, позвольте мне ехать туда с вами".
– "Поезжайте, коли вам угодно", - отвечала девушка. Так пустились они вместе в путь и в конце концов достигли часовни.

58. Тут спешился Ланселот, снял свой щит, повесил его на седло и попросил девушку подержать недолго его коня, пока он помолится у алтаря. "Идите, - ответила она, - я сделаю, как вы просите". Ланселот вошел в часовню, перекрестившись, склонился пред алтарем, и начал читать молитвы, которые были предписаны ему святым отшельником. Если же вы захотите узнать, кто была эта девица, то я отвечу вам, что то был дьявол, который желал уловками своими соблазнить Ланселота, дабы погубить его душу и навеки отвратить его от господа нашего. Но едва искуситель увидел, как Ланселот крестится, то потерял свою власть над ним, а потому вдруг пропал внезапно, а с ним и конь Ланселота с копьем и щитом исчез в мгновение ока, так что он ни звука не услышал. Ланселот молился около получаса, а, выйдя, не увидел своего коня и, тем более, иноходца девушки, что весьма его опечалило, ибо без коня и оружия подвергался он великим опасностям среди этого непроходимого леса. И он принялся звать девушку, надеясь, что она откликнется, но кругом все было тихо. Когда он понял, что зовет напрасно, то вернулся обратно в часовню, чтобы там дождаться восхода солнца.

59. И он вознес богу смиренную молитву, а с восходом солнца пустился в путь пешком и так шел по дороге через лес до трех часов дня. Уже два дня прошло, как он ничего не ел и не пил. Будучи в столь плачевном положении, вдруг увидел он двух вооруженных рыцарей на красиво убранных конях. И он подумал, что они смогут оказать ему помощь. Но рыцари, поровнявшись с ним, стали указывать на него, насмехаясь и спрашивая, где это он потерял свою лошадь. Один говорил, что он выменял щит и копье на меч, другой же сказал: "Ну, что ж, попытаем, чего он стоит". И они остановились, поджидая Ланселота.

60. Подойдя к ним, он их учтиво приветствовал, на что они ему сказали: "Эй, рыцарь, вас видно бог нам послал на потеху, что же до вашего приветствия, то мало чего стоят приветы ротозея, который упустил и коня своего и щит".
– "Знайте, сеньоры, - ответил Ланселот, - что я потерял их не по трусости либо неловкости, но оттого, что не остерегся во время одной встречи. Надеюсь, однако, что божьей милостью найду себе другого коня и щит".
– "Да зачем они вам?
– насмехаются рыцари, - неужто вы сможете удержать их при себе?" - "Сеньоры, сеньоры, - упрекнул их Ланселот, - вместо того, чтобы глумиться надо мною столь безжалостно, вы бы дали мне совет. Если же не можете мне помочь, продолжайте свое путешествие, а меня оставьте". Тогда говорит один из рыцарей: "Я так полагаю, мессир, вы хотите, чтобы мы отдали вам одного из наших коней. И вы бы охотно взяли его?" "Клянусь честью, - вскричал Ланселот, - я в своей жизни тысячу раз поступал так с бедными чужеземными рыцарями, когда они терпели в чем-нибудь нужду". "Охотно верю, - ответил рыцарь, - да только напрасно вы лебезите перед нами, ничего вы не получите". Как только Ланселот услышал эти слова, гнев вспыхнул в его сердце, и он сказал: "Рыцари, не знаю, для чего вы оскорбляете меня, но быть бы мне, как вы, верхом, я бы тотчас заставил вас в том раскаяться".
– "За боем дело не станет, - ответил ему рыцарь, - чтобы его завязать, я над вами достаточно потешился, а потому, коли вы чего-нибудь стоите, получайте, вместо нашего раскаяния, лошадь моего друга, копье его и щит. А если они не придутся вам по нраву, возьмите мое вооружение. Но когда я ударом своего копья выброшу вас из седла, быть вам моим пленником, если только живы останетесь. Ну, а коли вы меня свалите, владейте тогда моим конем и всем оружием".

61. "Согласен, - сказал Ланселот, - окажите мне честь и назовите свое имя".
– "Зачем оно вам?" - спросил рыцарь.
– "Клянусь честью, лишь для того, чтобы, побив вас, смог я похвастаться этой победой при дворе короля Артура".
– "Ну, что ж, за этим дело не станет, вы узнаете, как меня зовут. Я - Ольтер де Ларош {17}".
– "Тогда начнем, во имя божье, наше сражение, - сказал Ланселот, - тяжким будет оно для меня, но я докажу вам, что не такой я трус, каким вы меня выставили вначале".
– "Итак, выбирайте из наших коней, какого хотите", - сказал ему рыцарь. "В добрый час, - ответил Ланселот, - вашего коня я не возьму, но дайте мне коня вашего товарища". Тут рыцарь велелсвоему спутнику спешиться, что тот и исполнил. А Ланселот сел на его коня и взял копье и щит. И когда он садился в седло и брал оружие, что одолжил ему Камелот {18}, то сердце его сжалось от тяжкого предчувствия. Но все же он обратился к рыцарю: "Мессир, я готов, начнем, если вам угодно, наш бой". "В добрый час", - отвечал тот.

62. Тогда разъехались они на положенное расстояние. Ольтер де Ларош посмотрел на Ланселота, на красивую его посадку и подумал про себя, что он должен быть доблестным рыцарем и достойным противником. Затем сошлись они и нанесли столь жестокие удары друг другу, что копья их разлетелись в куски. Ланселот удержался в седле, ибо весьма силен был и ловок, Ольтер же рухнул на землю, как подкошенный. И увидев, что он проиграл, испустил он тяжкий стон. Тогда Ланселот бросился на него, желая прикончить, но другой рыцарь, по имени Теро {19}, ему крикнул: "О добрый рыцарь, честью заклинаю вас, сжальтесь и пощадите этого человека". Тогда Ланселот остановился и сказал, что помилует его и дарует ему жизнь. Он пошел и привел Ольтеру его коня, сказав: "Садитесь в седло, рыцарь". И тот с превеликим трудом поднялся с земли и с помощью Теро кое-как уселся на коня. Затем подъехал он к Ланселоту и сказал ему: "Мессир рыцарь, я прошу вас об одной милости и надеюсь, что вы мне не откажете, ибо ничего худого она вам не доставит".
– "Если вы говорите, что мне не будет от того зла, - ответил Ланселот, - говорите, что вам угодно, и я вам обещаю исполнить вашу просьбу". Рыцарь его поблагодарил и сказал: "Так знайте, рыцарь, что единственное, о чем я прошу, это чтобы вы поехали в мой замок и провели там ночь, ибо я желаю воздать вам должное за рыцарские ваши достоинства. Ведь с тех пор, как я двенадцать лет назад впервые взял оружие в руки, не нашлось ни одного рыцаря, которому удалось бы сбросить меня с седла".
– "Едемте", - сказал Ланселот.

63. Второй рыцарь взобрался на коня позади Ольтера, и они направились прямо к замку. И примерно через лье выехали они на самую живописную равнину, какую когда-либо видывали. Весьма большим сеньором был Ольтер, он мог содержать при своем замке до ста рыцарей, да столько как раз их и было гам, и все храбрые и испытанные воины, а замок был его ленным владением с тех пор, как Тристан и доблестный принц Галеот {20} завоевали Неведомые Острова. А тот, кто захочет узнать о том побольше, пусть прочтет книгу о Тристане, о тех временах, когда он вез королеву Изольду к королю Марку в Корнуэльс. Итак, подъехали рыцари к замку. Ланселот оглядел его, и замок ему весьма понравился, ибо был он так надежно укреплен и пышно построен, как никакой другой, и обнесен кругом стеною неприступной высоты, а у единственных ворот прикованы были два диких льва, защищавших вход от тех, кто вздумал бы в этот замок вломиться силою, и никто мимо них не мог пройти, кроме как в сопровождении сеньора Ольтера. Ланселот, восхищаясь красотою и укреплениями замка, не смог удержаться, чтобы не высказать это хозяину его, отчего весьма сильно пострадал после. "Мессир Ольтер, - сказал он, - позвольте мне похвалить ваш замок и место, в коем он столь удачно построен. Уверяю вас, что столь прекрасный замок мог бы послужить к чести самого короля Артура". На что Ольтер смолчал, ибо понял эти слова совсем не так, как Ланселоту хотелось бы, и затаил он обиду на него.

64. Тем временем миновали они ворота и львов и очутились во дворе, где и спешились, а когда рыцари Ольтера увидали своего сеньора раненым, то весьма опечалились и привели лекаря, который осмотрел его рану и объявил, что через неделю она заживет. В это время вышла к ним замечательно красивая девица, с которою никто в стране не мог сравниться мудростью, и оттого по всему Черному Лесу звали ее Мудрой Девой. То была сестра Ольтера. Увидев кровь своего брата, испустила она тяжкий вздох и гневно вопросила, кто нанес ему эту рану. "Да вот этот рыцарь поранил меня", - указал ей Ольтер. И он рассказал ей все дело, как оно было. Когда она его выслушала, то пристально в Ланселота вгляделась и нашла, что красотою и силой своей он превзошел всех, кого она знала. И она поняла, что лишь такой, как он, доблестный рыцарь мог взять верх над ее братом. Тогда подошла она к брату и сказала ему: "Брат мой, я опасаюсь, что этот рыцарь - вассал короля Артура". "Господь свидетель, милая сестра, - отвечал Ольтер, - этот рыцарь, входя сюда и осматривая замок со всех сторон, уже упомянул о том, что он мог бы сделать честь самому королю Артуру".
– "И вот поэтому, - сказала девушка, следует нам обдумать, как не дать ему вернуться к королю Артуру и ему о нас рассказать. Ежели вы мне позволите действовать самой, то я уж устрою так, что он долго отсюда не уедет. Но поговорим об этом в другом месте, дабы он ничего не заподозрил".

65. Тут отходит девушка от своего брата и, подойдя к Ланселоту, учтиво и любезно с ним разговаривает, расхваливая его на все лады, а он ей отвечает столь приветливо и разумно, что она поражается его приятным речам. И так польстила ей хвала Ланселота ее красоте, что сердце ее внезапно исполнилось любви к нему, и она порешила про себя, что не успокоится, пока не добьется своего. Ланселот же, думая лишь о том, чтобы поскорее закончить свои розыски и съехаться с Тристаном, не заметил вовсе ее любовной к нему склонности. А поскольку как раз подошел час обеда, девушка взяла Ланселота за руку и повела его в большой зал, где были уже накрыты столы. Там она усадила его рядом с собою и стала потчевать, бросая на него влюбленные взгляды, к которым Ланселот оставался нечувствительным.

66. После трапезы встали они из-за стола, и она, опять взяв его за руку, отвела в богато убранный прекрасный покой. Там усадила она Ланселота и принялась с ним беседовать, так говоря: "Прекрасный рыцарь, я бы просила вас оказать мне милость, ничего вам не стоящую. Сделайте мне честь и назовите свое имя".
– "Красавица, - отвечал ей Ланселот, - прошу вас простить меня, но имени своего я назвать не могу".
– "Скажите же мне хотя бы, - спрашивает она, - впервые ли вы прибыли в эту страну?".
– "Да, не привел меня господь посетить ее раньше", - говорит Ланселот.
– "И как же вам нравится здесь?", спрашивает она.
– "Господь свидетель, я еще не все успел разглядеть здесь, но мне часто приходилось слышать о людях, что нашли здесь удачу".
– "Правду вы сказали, - отвечала девушка, - тому, кто умеет ловить удачу, у нас найти ее нетрудно. И ежели вы не растеряетесь, вам также представится прекрасный случай обрести счастье".
– "Какой же это случай?" - спрашивает Ланселот. "Клянусь богом, мессир рыцарь, я сама и есть тот счастливый случай для вас, ибо вы пришлись мне по сердцу, как никто из всех рыцарей, каких я знала, и я полюбила вас". Тогда посмотрел на нее Ланселот и сказал: "Прекрасная дама, не могу я исполнить то, о чем вы просите, ибо сердце мое уже отдано навеки, и не свободно оно для того, чтобы я смог удовлетворить ваше желание". И этот жестокий ответ, конечно, пришелся не по вкусу девушке, но она и виду не подала, а перевела свои речи на другое, расспрашивая его учтиво, что намерен он делать завтра. "Утром я уеду, благородная девица, - сказал ей Ланселот, дабы продолжать мои розыски".
– "В добрый час, - ответила она, - теперь же ложитесь почивать".

67. Она уложила его на пышную постель, приказала зажечь вокруг множество светильников и вышла из комнаты. Ланселот почти сразу же заснул. А девица вернулась к брату и рассказала ему о своей беседе с рыцарем, о том что он приехал от короля Артура и что он из рыцарей Круглого Стола. "Бог свидетель, сестра, - сказал Ольтер, - я вам верю".
– "Так как же намерены вы поступить?
– спрашивает она, - знаете ли вы, какой вред он может вам нанести? Если вы дадите ему уехать, он расскажет королю Артуру, как красив и прекрасно укреплен ваш замок. И поверьте, королю так захочется им завладеть, что придется вам распроститься с вашим леном. Вот почему я полагаю, что следует держать рыцаря у нас в плену и никуда не выпускать отсюда". И Ольтер согласился с советом девушки, сказав ей: "Прекрасная и единственная моя сестра, я позволяю вам совершить задуманное. Делайте все так, как сочтете нужным".