Чтение онлайн

81. Когда Тристан услышал шум, он стал оглядываться, чтобы увидеть, откуда он доносится. И видит, как проезжает мимо него, не торопясь, девица, а правою рукою ведет за поводья другого коня, и у того к седлу приторочен большой красивый щит С другой же стороны седла привязано копье. Тристан подъехал поближе к девушке и, разглядев как следует щит, увидел на нем герб, и по этому гербу признал он щит Ланселота и также узнал его коня. Он был так поражен, что у него в глазах помутилось, и он стоял остолбеневший, не в силах выговорить ни слова. Потом, опомнясь, приблизился он к девице и сказал ей: "Любезная девица, окажите милость и не скрывайте от меня правды. Где взяли вы этого коня и щит, что приторочен к седлу?" - "Любезный господин мой, - отвечала она, - я нашла коня в лесу и уверяю вас, что тот, кому принадлежал он, был при жизни одним из самых доблестных рыцарей в мире". "Расскажите же мне, - сказал Тристан, - как случилось, что погиб этот рыцарь и вы смогли взять его коня?"

82. "Слушайте, мессир.
– начала она, - я поведаю вам всю правду. Узнайте, что вчера утром я выехала из своих владений, которые находятся неподалеку отсюда, и одна направилась через этот лес по своему делу, а к девяти часам утра повстречала рыцаря на этом самом коне, и был он, как и я, в одиночестве. Я его приветствовала, а он меня, а затем он спросил, куда я направляюсь, на что я сказала, что, едучи к Замку Грозной Скалы, сбилась с дороги, и рыцарь спросил меня, смогу ли я найти ее. Я ответила, что смогу, так как хорошо знаю лес. Тогда он спросил, можно ли ему сопровождать меня, на что я охотно согласилась и даже была этому рада, ибо я боялась великанов, обитающих в этом лесу. Тут он сказал мне: "Благородная девица, когда мы с вами выберемся из чащи, не укажете ли вы мне, в какой стороне живут великаны, которых вы так боитесь?" Но я стала умолять его отказаться от намерения искать с ними встречи. "Господь свидетель, - ответил он, - если я ищу приключений, то сразиться с великаном - самое из всех подходящее для меня!" И как я ни заклинала его, как ни отговаривала от этой затеи, все было тщетно, хоть я и уверяла, что даже десяток таких, как он, рыцарей, не могли бы и часа продержаться против одного такого великана. На что он только смеялся, говоря: "Любезная девица, не бойтесь и не грозите мне опасностью, а лучше выполните мою просьбу". И я ему сказала: "Ну раз уж не удалось мне вас отговорить, то, так и быть, я укажу вам дорогу, которая ведет прямо к ним". Рыцарь весьма обрадовался и сказал, что, видно, в добрый час встретил меня. Так ехали мы до полудня, и я его спросила: "Прекрасный рыцарь, я удивлена тем, что такой славный господин, как вы. очутился один-одинешенек в этом Черном Лесу". На что он отвечал, что, моя правда, нынче он один, но что где-то по лесу едет его друг, которому нет равных среди рыцарей, и я захотела тогда узнать, как его имя. И он сказал: "Имя ему, милая девица, прекрасный Тристан, племянник короля Марка Корнуэльского".
– "О, с таким товарищем вы стоите десятерых!" Так ехали мы еще с добрый час, и он все рассказывал мне о своем друге Тристане, которого любит больше, нежели самого себя.

83. Таким образом беседуя, достигли мы перепутья, с которого одна дорога вела к великанам, другая же - к Замку Грозной Скалы. Но к этому месту добрались мы только чудом, ибо по пути я была свидетельницей того, как он одним ударом вот этого самого копья поразил сразу семерых рыцарей, так что после того я уже чувствовала себя с ним в безопасности. И вот на этом перепутье я и говорю ему: "Мессир рыцарь, вот вы и доставили меня до места, за что я благодарна вам. Теперь я поверну направо, к Замку Грозной Скалы. Левая же дорога ведет к Скале великанов". Тогда стал он прощаться со мною, и я еще раз спросила, не передумал ли он, но уже вступив на эту дорогу, он не захотел и слушать меня. Тут я, желая отговорить его от опасного приключения и помешать как только можно, ему сказала: "Мессир, я немного проеду с вами, так как дальше дорога опять раздвоится, и вы можете заблудиться, ежели я не укажу вам верного направления. А указав вам путь, я поверну назад". Он поблагодарил меня, мы отправились, но судьба оказалась к нам жестокой, ибо задолго до перепутья встретился нам великан, и мой рыцарь, увидев его, вскричал: "Милая девица, прошу вас, ни шагу дальше и смотрите, что будет!" Помчался он вперед, опустив копье, и, налетев на великана, нанес ему столь мощный удар, что пронзил его насквозь и копье вышло с другой стороны. Когда великан почувствовал боль от раны, он испустил такой ужасный рев, что весь лес задрожал. Затем схватил он огромную палицу и замахнулся на рыцаря, желая раскроить ему голову, но промахнулся, и палица ушла на два фута в землю. А мой рыцарь, опасаясь за своего коня, спешился и, выхватив меч, повернулся к великану и разрубил ему бедро, но при этом так сильно размахнулся, что левая нога его подвернулась и он упал прямо перед великаном. Прыгнул на него великан, и затоптал его ногами, так что рыцарь замер, бездыханный. Потом схватил его великан и с размаху ударил о дерево, отчего рыцарь тут же испустил дух. И великан пошел было прочь, хоть и был ранен, как я уже сказала, но не успел пройти и двух шагов, как тоже упал мертвый. Тогда я приблизилась к рыцарю и захотела взять его меч, но он так крепко был зажат в его руке, что я не смогла его вытащить; еле-еле поймала я его коня и, взяв щит и копье, приторочила их к луке седла, так как вы их и видите. И оставив мертвого рыцаря, я бежала всю ночь, дабы как можно дальше уйти от опасного места".

84. Когда девица окончила свой рассказ, который вы уже слышали, заплакал Тристан, громко стеная и сетуя: "О, прекрасный Ланселот, неужто смерть настигла вас? Зачем же тогда мне жить на свете!" И говоря так, упал он с коня и без чувств рухнул на землю. Тогда лукавый, дабы скрыть свой злой замысел, поднял Тристана с земли и прислонил к дереву, так что он очнулся и обрел сознание. И придя в себя, снял он свой щит и сбросил шлем, стеная еще громче и жалобнее. И схватив себя за волосы, стал рвать их. Разодрал он ногтями себе лицо, и такой скорбью был обуян, что жалость брала смотреть на него. Затем он встал и отошел от коня Ланселотова, какового коня лукавый чарами своими заставил плакать, так что крупные слезы текли из его глаз, усугубляя скорбь и тоску Тристана, все еще причитавшего: "Увы, друг мой Ланселот, несравненный юноша, цвет рыцарства, сам я виновен в вашей гибели, ибо не должен был отпускать вас одного пробираться сквозь этот мрачный и опасный лес". И враг рода человеческого также делал вид, что скорбит и вздыхает как по мнимой смерти Ланселота, так и по великой скорби Тристана; девица эта, образ которой принял дьявол, для виду старалась утешить его, но все было напрасно.

85. И так плакал и тосковал Тристан до самого часа обедни, а потом сказал лукавому: "О, добрая девица, сотворите милость и проводите меня туда, где покоится этот доблестный рыцарь". И девица ответила, что она охотно ему в этом услужит, но что сперва следовало бы ему явиться к сеньору замка, что стоит неподалеку отсюда. "И я вам советую,- добавила она, - поскорее туда ехать, ибо тогда сеньор даст мне позволение сопровождать вас в то место, куда вы хотите попасть, а заодно в замке оставим мы этого коня". Тристан с нею согласился и, подобрав свой щит и меч, вновь сел в седло. И последовал за лукавым, а тот правою рукою вел Ланселотова коня. Проехав два лье, увидали они Замок Грозной Скалы, красивейший в округе, а сеньором его был молодой, прекрасный собою рыцарь, благочестивый и храбрый, по имени Бертран. И лукавый, как мог, нахваливал Тристану красоту этого замка, но Тристан и без него видел все и про себя восхищался тем, как прекрасно он построен.

86. И когда Тристан оглядел замок со всех сторон, девица сказала ему: "Я полагаю, мессир, что мне следует поехать вперед одной, дабы передать сеньору мое послание, а также принести вам чего-нибудь поесть и выпить, ибо наверняка нуждаетесь как в том, так и в другом".
– "Делайте, как вам угодно", - отвечал Тристан. Тогда она покинула его. И вот послушайте, какое злодейство замыслил враг рода человеческого, дабы погубить Тристана. Девица, о которой я речь веду, въехала за стены замка и, сотворив себе окровавленное лицо, заголосила, что было мочи: "Сеньоры, отомстите за меня злодею-рыцарю, который убил моего брата!" И дьявольскими чарами заставила всех увидеть голову рыцаря, подвешенную к ее седлу. Так причитая, подъехала она к самым покоям сеньора Бертрана. И показавшись ему вся в крови, стала к нему взывать: "О доблестный рыцарь, явите милость и отомстите злому барону, который предательски умертвил из-за вас моего брата!" И мессир Бертран спросил ее: "Милая девица, расскажите, как случилось, что вашего брата умертвили?"

87. "Верно говорю, - начал лукавый, - в тот день я и брат мой пустились в путь из скромного нашего владения в ваш Замок. И по дороге встретили мы этого жестокого предателя, который спросил, куда мы едем, на что брат отвечал, что мы направляемся в ваш Замок. "А, так вы едете в дом самого отъявленного разбойника, какого только свет видывал",- сказал он. И брат мой крикнул ему, что он лжет. Тогда этот негодяй, ни о чем не упредив, пустил на него коня и такой удар нанес ему своим копьем, что пронзил ему сердце, и брат рухнул на землю мертвым. Тут же злодей отсек ему голову, и, подвесив ее к луке моего седла, так, как вы ее видите, приказал мне: "Вот так, любезная девица, и поезжайте; отвезите Бертрану этот подарок, и пусть он знает, что я следую за вами и под стенами его замка подожду его с часок". Заклинаю же вас, мессир рыцарь, будьте столь благородны, сколь он низок, и отомстите убийце моего брата, вступившегося за вас!"

IX

88. Как Бертран де Ларош по наущению дьявола напал на Тристана с сорока своими рыцарями, и о великой отваге, проявленной Тристаном. И как пришел на помощь Тристану доблестный рыцарь Персеваль {22}.

89. Когда лукавый в образе девицы закончил свой рассказ перед храбрым рыцарем Бертраном, сеньором Замка Грозной Скалы, тот задумался, а сам все смотрел на девицу, которая сияла несравненной красотой, ибо дьявол весьма искусен в своих чарах. Чем больше смотрел на нее рыцарь Бертран, тем краше казалась она ему. И он, желая показать ей свою отвагу, порешил отомстить за нее, дабы потом поступить с нею так, как ему хотелось. Почему он и сказал ей: "Милая девица, поскольку ваш брат погиб, меня защищая, не вижу, почему бы мне не отомстить за него". И он велел седлать себе коня и, снарядившись всяким оружием, повесил на шею щит с золотыми и лазоревыми полосами. И приказал сорока своим рыцарям снаряжаться и сопровождать его, а когда все они были готовы, то он призвал девушку и посадил ее впереди себя на седло, дабы указала она ему рыцаря, который нанес ему столь тяжкое оскорбление.

90. И она села в седло, после чего все выехали из замка. Почти сразу же увидели они Тристана, который, ничего худого не подозревая, медленно подъезжал к ним, думая лишь о друге своем Ланселоте и все еще пребывая в печали. Когда девица его заметила, то указала на него Бертрану, сказав: "Мессир, вот этот рыцарь-предатель, умертвивший моего брата".
– "Вижу, вижу, - ответил Бертран, - так подойдите же к нему и передайте от меня, что я получил его подарок и благодарю его". Что девица и исполнила тут же. Она подошла к Тристану, а он стал спрашивать ее, какие новости она несет ему. "Хорошие, - отвечал лукавый, - сеньор этого замка выехал вам навстречу, дабы рассказать про обиталище злых великанов, но хочу предупредить вас, что на все, что он вам скажет, вы не должны ни единым словом отвечать ему, ибо тогда он заставит вас сразиться с ним на копьях". Бертран же, доблестный рыцарь, видя, как Тристан беседует с девицей, в злобе направил своего коня прямо к нему. А рыцарям своим запретил вмешиваться в битву, ибо рассчитывал сам покончить с противником. И, приблизившись к Тристану, крикнул ему: "Эй, вы, злой негодяй, остерегайтесь меня, ибо вам грозит смерть от моей руки".

91. Тристан весьма удивился дерзким словам рыцаря и ничего не ответил ему, тогда Бертран двинулся на него, опустив копье, а Тристан, видя это, схватил свой щит и приготовился отразить удар. И они нанесли друг другу удары такой ужасной силы, что копья вонзились в их тела, и оставив в них глубокие раны, сломались. Затем выхватили они мечи и стали рубиться, как самые смертельные враги. А рыцари, внимательно следя за схваткой, порешили меж собою, что Тристан - непревзойденный боец как на копьях, так и на мечах. Тристан же все бился с Бертраном, и оба уже были много раз ранены, но раны Бертрана были намного глубже, чем у Тристана. И Бертран поразился могучим ударам этого рыцаря и понял, что не под силу ему будет долго противостоять сопернику.

92. Что же до Тристана, то и он весьма высоко оценил ратную доблесть Бертрана, но был зол за то, что тот напал на него без предупреждения; ведь неведомо ему было, как потрудился для этого враг рода человеческого, а тому мало было зла, что он уже причинил, но родился у него еще более злобный замысел. Видя, что Бертрану суждено быть пораженным в этой схватке, подошел он к его рыцарям и сказал им: "Низкие трусы, что же вы стоите и глядите, как этот предатель побивает вашего сеньора и сейчас прикончит его! Не видите вы разве, что он уже изнемогает, спешите же на помощь к нему!" Но они ответили: "Благородная девица, мы не можем, ибо он запретил нам вмешиваться".
– "Тогда я сама спрошу его, не нуждается ли он в вашей помощи". И, подойдя к Бертрану, говорит ему: "Милый рыцарь, увы, как тяжко вам приходится!" "Девица, - отвечает Бертран, - сами вы видите, каково мне сражаться с рыцарем, искуснее которого и на свете нет".
– "Тогда для чего же стоят здесь ваши рыцари, если не для того, чтобы придти к вам на помощь? Разве не видят они, что противник-то ваш с подмогою?" И своей волшбою вызвал дьявол двадцать вооруженных рыцарей, будто бы спешащих на помощь Тристану. И когда сеньор Грозной Скалы увидел их, то сказал девице: "Бегите и зовите сюда моих рыцарей!"