Чтение онлайн

Я сделал паузу и обвёл их взглядом. Бекон, словно чувствуя важность момента, запрыгнул на стол рядом со мной и сел, обернув хвост вокруг лап. Все невольно перевели взгляд на кота. Кузьма усмехнулся.

— Ваши интересы сейчас полностью совпадают с моими, — продолжал я, пользуясь секундной разрядкой. — И вас, и меня хотят вышвырнуть на улицу. Князь не делает различий, ведь мы для него все враги, потому что мы не сдались. Я не прошу верить мне на слово, а понять, что вместе у нас есть все шансы победить. Не мечами, к слову, а головой и делом.

Торк наморщил лоб, шумно перевёл дух и крепко задумался. Косицы на его бороде всё ещё по-боевому топорщились, но сам гном уже успокоился.

— И что ты предлагаешь, Винтер? — спросил он. — Бумаги подписать — это понятно. А дальше?

— Собираем и сохраняем любые сведения. Разговоры вышибал, их передвижения, новых людей возле ворот ваших домов — всё! Спрашивайте соседей, записывайте факты и слухи. Разговаривайте с людьми. Когда сведений будет достаточно, мы всё это отправим королевскому ревизору. Вряд ли ему понравится тот беспредел, который устроил князь, это сильно ударит по репутации короны. С нашими бумагами он будет вынужден вмешаться.

— А не пошлёт ли он нас подальше? — спросил Кузьма.

— Пошлёт, — согласился я, — если не будет другого рычага. Больше всего князь боится огласки и скандалов. Сейчас большинство торговцев напуганы и не готовы даже посмотреть в сторону Свиридова. Он привык действовать тихо, под ковром, а мы вытащим всё это на всеобщее обозрение.

Когда я закончил, Михарь вдруг поднял голову. Его красные глаза быстро пробежали по всем присутствующим и остановились на мне.

— А ты не боишься? — тихо спросил он. — Что, если он и тебя… того? Ночью придут, подожгут, пока спишь? Или разгромят чего?

— Боюсь, — честно ответил я. — Меня уже поджигали, вон, во дворе до сих пор пепелище от дровницы, да чёрные следы на сарае. А вот убивать он меня не будет, тогда мои земли отойдут короне. Князь до них никогда не доберётся. Но если такое случится, то отправьте бумаги за меня. Я не бессмертный, Михарь, но отступать не собираюсь. Да и потом, отступлю я, отступят другие, и, когда к тебе придёт князь, ты останешься один со своими утками против наёмников. Ты этого хочешь?

Михарь дёрнул кадыком и отвёл взгляд, ничего не ответив. Только сжал пальцы так, что они побелели. Бекон подошёл к птичнику, сел напротив и положил ему лапу на руку. Михарь едва слышно усмехнулся, и его лицо чуть-чуть расслабилось.

— Я подпишу, — неожиданно сказал Сметанников. — Не из-за тебя, Винтер, а из-за моего отца. Он верил, что земля наша не продаётся, и я не сделаю этого, хотя ко мне уже приходили. Если бумага поможет, то пусть на ней будет моя фамилия.

Он встал, тяжело опираясь на стол, Матвей хотел поддержать его, но Сметанников отмахнулся. Он подошёл ко мне, взял карандаш и, не глядя, поставил внизу подпись. Потом вернулся на место и уставился в стену.

Матвей вздохнул, переглянулся со Сметанниковым и молча сделал то же самое. Кузьма медлил, теребя край рубахи, а потом махнул рукой.

— Дед твой, Винтер, как-то сказал мне: «Кузьма, если не будет за что умереть, значит, не для чего было жить». Только сейчас понял, что он имел в виду.

Его размашистая подпись легла рядом с остальными. И настала очередь Торка. Гном сидел и сверлил меня взглядом. Его топор мирно лежал на поясе, но пальцы то и дело по привычке поглаживали рукоять.

— Ты, Винтер, — сказал он, — как твоя готовка! Вроде бы всё просто, а внутри — огонь, — он чертыхнулся и ткнул пальцем в бумагу. — Дай-ка её сюда.

На бумаге появились странные значки. Сначала я не понял, что это такое, а потом сообразил — это же руны! Кривые и косые, но вполне читаемые.

— Если что, Винтер, топор у меня всегда с собой. Только ты предупреди сначала. Не люблю сюрпризов.

Остался только Михарь, на котором скрестились все взгляды. Он тяжело дышал, низко опустил голову и разглядывал свои руки. Бекон всё ещё был рядом, периодически трогая птичника лапой.

— Михарь, — тихо сказал я. — Не торопись, подумай. Для нас главное, чтобы ты не оставался один на один с князем. У тебя утки, куры, гуси, и хозяйство на отшибе, охранять некому. Ты помнишь, что он сделал со Степаном?

Михарь поднял голову, и я увидел в его глазах обречённость. Тяжёлую, что жёрнов на мельнице.

— Я… — он запнулся, облизал сухие губы. — Простите, не умею писать.

— Да хоть крест поставь, — сказал Кузьма. — Я за тебя рядом распишусь, что видел. Дело-то не в красоте.

— Ладно, — выдохнул он, встал и дрожащей рукой начертил на листе неровный крест. — Будь что будет. Но если моих уток тронут, то я сам вилы возьму и пойду к князю. Вы же поможете?

— Поможем, — заверил я.

Когда все подписи были собраны, я свернул лист, вложил в конверт, запечатал сургучом, который нашёлся в столе деда, и протянул Каролине.

— Спрячешь в надёжном месте, чтобы никто не нашёл, хорошо?

Она кивнула, и конверт мгновенно исчез в складках её плаща.

— А теперь — уговор, — сказал я, обводя взглядом гостей. — Никому ни слова о сегодняшнем вечере. Мы просто ужинали и обсуждали цены. Поняли?

— Поняли, — буркнул Торк. — Мы не дураки.

— И ещё, — добавил я, глядя на гнома. — Топор пока спрячь. Рубить сплеча сейчас не нужно, иначе князь поднимает всех наёмников. Сначала собираем улики, потом бьём. Договорились?

Торк засопел, но кивнул.

— Ладно, Винтер, будет по-твоему, но если они полезут к моим шахтам… — он недоговорил, только сжал кулак.

— Тогда будем решать вместе, — закончил я за него.

Гости разъезжались уже за полночь. Кузьма на прощание пожелал удачи, а Торк за победу пообещал маленький мешочек соли в подарок. Сметанников и Матвей уехали молча, лишь кивнув напоследок.

Михарь собирался долго, я видел, что он хочет что-то сказать, но никак не решается.

— Ты уж прости, Винтер, — сказал он, стоя в дверях. — Я человек маленький. Боюсь. Если ты и правда сможешь их остановить… я с тобой.

— Спасибо, — ответил я. — Береги уток.

Он усмехнулся и уехал, в трактире осталась только Каролина. Она стояла у окна статуей и что-то высматривала. Смысл жизни, что ли? Рядом с ней на подоконнике сидел Бекон и нервно дёргал хвостом.

— Там за окном, — она махнула мне рукой. — Посмотри.

Я подошёл к окну и всмотрелся в ночной лес. Две луны висели над деревьями, подсвечивая листву в серебряный и красный свет. И на самой границе леса возле дороги мне вдруг почудилась чья-то неподвижная фигура в плаще.