Чтение онлайн

Внешне генерал Ковалевский в исполнении Владислава Стржельчика вызывал явные ассоциации с реальным Май-Маевским, но до полной аналогии с прототипом было все равно далеко — Ковалевский нисколько не походил на тучного одышливого «комика провинциальной сцены», да и алкоголем не злоупотреблял. Кстати, и в книге любовь генерала «к кутежам и водочке» упоминается настолько мельком, что на это можно не обращать внимания. И это понятно: красный разведчик должен был победить умного, серьезного и, что немаловажно, трезвого противника.

Кстати сказать, столь же далеким от прототипа получился и образ самого главного героя — Павла Андреевича Кольцова. Выше уже говорилось, что П. В. Макаров в Добровольческой армии оказался, в общем, случайно, а активную борьбу с белыми начал только в феврале 1920 года. Кольцов же в фильме вполне полноценный «красный Штирлиц», внедренный в тыл врага по заданию Всеукраинской ЧК и ведущий там весьма успешную работу. Вместо реального 134-го пехотного Феодосийского полка, в котором служил Макаров, Кольцову достались вымышленные 42-й Тегринский полк (в фильме) и рота разведчиков в 1-й пластунской бригаде генерала Казанцева (в книге; причем в одном месте Кольцов сообщает, что воевал в 9-й армии на Юго-Западном фронте, а в другом — на Западном). В отличие от не имевшего за Первую мировую орденов Макарова Кольцов успел заслужить в боях награды (как он сам говорит, «ордена Анны и Владимира с мечами»; правда, неясно, почему в таком случае он не носит свой крест Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом на кителе), но не был ранен (на сохранившихся фотографиях Макарова на его форме видны две нарукавные нашивки за ранения, Кольцов же в фильме не носит ни одной). Образованием Кольцов, в отличие от прототипа, тоже мог похвалиться вполне солидным — «гимназия, три курса университета, ускоренный курс военного училища». Кроме того, реальный «адъютант его превосходительства» — в то время 22-летний обладатель вполне заурядной наружности — внешне сильно проигрывал 34-летнему Юрию Соломину, воплотившему на экране, можно сказать, эталонный образ белого офицера — красивого, благородного, умного, храброго.

Другие сюжетные посылки фильма также весьма далеки от реальности 1919 года. Никакого крушения эшелона с танками, тем более в результате диверсии, в истории Белого движения не зафиксировано; белые вовсе не стремились установить контакты с петлюровцами, скорее наоборот; белое подполье в Киеве отнюдь не было выкорчевано на корню, а успешно работало вплоть до освобождения города войсками Н. Э. Бредова. Впрочем, в художественном фильме такие неточности вполне допустимы.

Сам Павел Васильевич Макаров еще успел увидеть фильм, прототипом главного героя которого был он сам. Но колоссальный успех «Адъютанта…» самого адъютанта отнюдь не радовал — Макарова возмущало то, что его реальная история после множества перипетий превратилась в художественное произведение, не имеющее никакого отношения к нему самому. 16 декабря 1970 года Павел Васильевич скончался в возрасте 73 лет в Симферополе, на полвека пережив генерала, которому когда-то служил…

Герой этого очерка, непосредственно причастный к ряду памятных событий Гражданской войны, не относится к известным лидерам Белого движения, находясь «в тени» своих непосредственных начальников — А. И. Деникина и П. Н. Врангеля. Николаю Эмильевичу Бредову не было посвящено ни одной отдельной работы, в его биографии по сей день существует множество белых пятен, и даже в весьма обстоятельных трудах по истории Гражданской войны его нередко путают с младшим братом, тоже генералом, Федором Эмильевичем. А между тем заслуживает внимания как минимум один интересный факт: во время Гражданской войны белые армии проделали несколько впечатляющих походов — 1-й (Ледяной) и 2-й Кубанские, поход дроздовцев Яссы — Дон, Екатеринославский (Зимний), Великий Сибирский… И ни один из них не был назван в честь военачальника, под командованием которого он был проделан. Исключение одно — Бредовский поход. И уже одно это заставляет относиться к имени генерала с интересом и уважением. Почему же этот генерал удостоился такой чести и какую роль он сыграл в Белом движении?

Николай Эмильевич Бредов появился на свет в семье потомственных офицеров. В некоторых источниках упоминается, что русские Бредовы — это ветвь древнего немецкого рода фон Бредовых (Bredow) [312] , но этот вопрос еще требует отдельного исследования. Во всяком случае, приставку «фон» к своей фамилии семья генерала точно не использовала. По семейному преданию, его дед, немецкий военный инженер Эмиль Бредов был приглашен в Россию для модернизации крепости Новогеоргиевск (ныне Модлин, Польша) [313] . Его единственный сын Эмилий-Александр Эмильевич Бредов (1844–1895), уже приписанный к потомственному дворянству Плоцкой губернии, тоже стал военным инженером, служил в Николаевском инженерном училище, в чине штабс-капитана участвовал в Русско-турецкой войне 1877–1878 годов, за что удостоился ордена Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом. В 1879 году он был произведен в полковники, в 1894-м — в генерал-майоры, а в 1890–1895 годах командовал 26-м пехотным Могилевским полком [314] . Женат Э. Э. Бредов был на Ольге-Софии Егоровне Кеппен (1843–1931), чья семья также была крепко связана с армией, ее отец — Егор Матвеевич Кеппен (1810–1868) — выходец из разночинского лифляндского рода, был полковником [315] , а родные братья поднялись до генеральских чинов: Николай-Егор Егорович (1845—?) был генерал-майором, а Павел Егорович (1846–1911) — генералом от артиллерии, управляющим Двором великой княгини Александры Иосифовны, воспитателем и близким другом великого князя Константина Константиновича, оставшегося в истории русской поэзии под псевдонимом К.Р., а в истории русского кадетского образования — как «отец всех кадет». Еще один брат, Егор Егорович (1853—?), дослужился до полковника, а Владимир-Фридрих Егорович (1859–1915), выйдя в отставку гвардии капитаном, перешел на гражданскую службу и в 1895–1913 годах был помощником правителя дел канцелярии Правления Императорской Академии наук. Таким образом, Николай Эмильевич Бредов был внуком полковника, сыном и племянником трех генералов, такое нечасто встречается даже в военных семьях.

Несмотря на то что Эмилий Эмильевич Бредов был лютеранином по вероисповеданию, его жена и дети были крещены в православной вере (стоит обратить на это внимание, так как во многих открытых источниках ошибочно говорится о том, что Н. Э. Бредов был лютеранином). В семье было три сына и три дочери — Александр-Эмилий-Георгий (родился 13 октября 1872 года), Николай-Павел-Константин (30 октября 1873 года), Елизавета-Жозефина-Эмма-София (12 сентября 1875 года), Мария-Эмма-София (21 декабря 1881 года), Феодор-Михаил (2 апреля 1884 года) и София-Елизавета-Екатерина (18 августа 1885 года). В русском обиходе вторые и третьи имена не использовались, и герой этого очерка стал для всех просто Николаем Эмильевичем.

В послужном списке генерала, составленном 12 мая 1917 года и дополненном 14 марта 1918-го в Российском государственном военно-историческом архиве, указано, что он «уроженец Петроградской губернии» [316] ; в протоколе же допроса 1944 года, заверенном самим Н. Э. Бредовым, местом рождения генерала значится Санкт-Петербург. Но военная служба началась для Николая в Москве, с поступления в 1-й Московский кадетский корпус. Окончив его курс, он вернулся в столицу и 30 августа 1891 года был зачислен во 2-е Константиновское военное училище рядовым юнкером на правах вольноопределяющегося 1-го разряда. Учился Бредов вполне успешно, что следует из присвоения ему званий унтер-офицера (18 сентября 1892 года) и портупей-юнкера (8 декабря 1892 года). Из училища юноша 7 августа 1893 года был выпущен в 13-й стрелковый полк, квартировавший в Одессе, в чине подпоручика. В полку он исполнял должности батальонного адъютанта и младшего офицера. И, как многие представители военной молодежи, стремился продолжить образование. 15 июня 1896 года подпоручик был командирован в штаб Одесского военного округа для предварительных испытаний на поступление в Николаевскую академию Генерального штаба. Испытания офицер выдержал успешно и два месяца спустя был откомандирован в Петербург. 8 октября 1896 года для него началась напряженная академическая учеба.

Первого июня 1897 года Николай Бредов получил чин поручика. Однако насыщенный курс академии, по-видимому, оказался для офицера непосильной ношей, так как 1 октября того же года, не сдав один из экзаменов, он был отчислен из академии и вернулся в полк. Впрочем, на этом поручик не сдался — 24 марта 1898 года его снова откомандировали в академию для держания экзамена в старший класс. На этот раз все прошло хорошо, и офицер был зачислен в академию сверх штата, а в мае 1899-го — и в штат. Курс академии Николай Эмильевич окончил с отметкой «успешно» и 23 мая 1901 года «за отличные успехи в науках» был произведен в штабс-капитаны, а на следующий день причислен к Генеральному штабу и получил перевод в Киевский военный округ. Его первой должностью там стал пост старшего адъютанта штаба 19-й пехотной дивизии. Отныне большая часть служебной жизни Бредова будет связана именно с Киевом, а 18 лет спустя войскам под его командованием даже придется брать этот город.

Семнадцатого января 1902 года он был назначен старшим адъютантом штаба 9-й кавалерийской дивизии, 6 декабря того же года был произведен в чин капитана со старшинством 23 мая 1901 года и в тот же день получил свой первый орден — скромный крест Святого Станислава 3-й степени. А еще через неделю началась затяжная, длиной в год, заграничная командировка — в австрийский Линц. Формально «для усовершенствования в немецком языке», но на самом деле такие командировки всегда имели разведывательные цели. Нет сомнения, что во время этой командировки Бредов работал в тесном взаимодействии с русским военным агентом (атташе) в Австро-Венгрии полковником В. X. Роопом [317] .

По возвращении из Линца Николая Эмильевича ждал фронт — шла Русско-японская война, и 9-я пехотная дивизия, в штаб которой получил назначение капитан, принимала в ней активное участие. Боевое крещение капитана Бредова пришлось на 4 июля 1904 года. В этот день он, исполняя обязанности начальника штаба отряда генерал-майора К. Т. Рябинкина [318] , принял участие в сражении на Уфангаунском перевале. Потом были бои 18 и 19 июля, 13–21 августа, 24 сентября — 5 октября, 13 января 1905 года, 5–27 февраля… Фактически Николай Эмильевич прошел через все тяжелейшие сражения Японской кампании, чем могли похвастаться совсем немногие ее участники. И заслуги мужественного офицера были оценены по достоинству, о чем свидетельствует весьма солидный список боевых наград, полученных им за Русско-японскую: ордена Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (8 октября 1904 года) и 2-й степени с мечами (12 января 1905 года), Святого Станислава 2-й степени с мечами (27 ноября 1904 года), Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (31 июля 1905 года). Кроме того, шашку героя украсил темляк соединенных цветов, Аннинского и Георгиевского, — знак того, что он удостоен ордена Святой Анны 4-й степени «За храбрость» (24 сентября 1904 года) и Золотого оружия с надписью «За храбрость» (20 мая 1907 года). 9 сентября 1905 года за боевые отличия Бредов был произведен в чин Генерального штаба подполковника со старшинством 6 декабря 1904 года. А особой милостью стало то, что офицер «удостоился чести быть признанным в восприемники» [319] Наследника Цесаревича великого князя Алексея Николаевича, то есть заочно считался его крестным отцом (конечно, в почетном, а не в буквальном смысле).

После окончания войны Генштаба подполковник Николай Бредов 28 сентября 1905 года был откомандирован в Виленский военный округ для цензового командования 12-й ротой 41-го пехотного Селенгинского полка. 2 января 1906 года последовало назначение на должность штаб-офицера для поручений при штабе Киевского военного округа; затем, с перерывом на цензовое командование батальоном, Бредов заведовал отчетным отделением штаба округа и неоднократно исполнял должность окружного генерал-квартирмейстера. Его непосредственным начальником с августа 1908 года был генерал-майор (с октября 1908 года — генерал-лейтенант) М. В. Алексеев, будущий основатель Белого движения, а сослуживцем — подполковник (с декабря 1909 года — полковник) М. К. Дитерихс [320] , впоследствии женившийся на сестре Бредова Софье. Штабная работа в Киеве сочеталась с множеством командировок — как правило, Бредов сопровождал в них командующего округом (до декабря 1908 года — генерала от кавалерии В. А. Сухомлинова, после — генерала от артиллерии Н. И. Иванова). Послужной список Николая Эмильевича хранит упоминания и о множестве «секретных поручений», которые он выполнял во время службы. Так, с секретными поручениями его отправляли в Дубно (апрель 1907 года), Ровно, Луцк, Дубно и Житомир (декабрь 1907 года), Житомир и Умань (декабрь 1908 года), Харьков, Полтаву, Курск, Чугуев и Чернигов (апрель 1909 года), Могилев-Подольский (март 1911 года), Проскуров и Каменец-Подольский (апрель 1911 года), Умань и Винницу (декабрь 1911 года)… [321]