Чтение онлайн

— Я бы посоветовал остановиться на этом. Выписать его в Европу и сменить флаг на голландский. А лет через двадцать переоборудовать под какую-нибудь очередную плавучую гостиницу на Темзе. Класса люкс и с аристократичной элегантностью, разумеется.

Контесса наклонила голову в ответ на его шутку.

— Двадцать лет, синьор Блэк… Вы слишком переоцениваете моё бессмертие. В любом случае, есть над чем поразмыслить и что завещать внукам. Вы позволите…

Алан с готовностью передал собеседнице папку и хоть и без нужды, но напомнил, что она может всегда рассчитывать на юридическую поддержку с его стороны. Обещал подробно разъяснить нюансы регистрации судна, найма команды и поиска фрахтов.

— А теперь, стало быть, речь? — произнёс он, вовсю скрывая за оживлённым блеском в глазах усталость.

— Не так быстро, мой милый. Есть ещё кое-что. Как вы знаете, живопись и керамика — моя слабость и страсть. И я намерена заняться в том числе морскими перевозками предметов искусства и антиквариата. В рамках личных коллекций. Так что если у вас имеются на примете достойные образцы, не медлите мне сообщить.

— Разумеется.

Она протянула руку — для пожатия, но он принял её как для поцелуя. Поклонился, глядя при том ей в глаза.

— Я восхищаюсь вашей всесторонностью, контесса. Только рекомендую на первое время воздержаться от изобилия предметов искусства со спорной биографией на борту. Если позволите, логистика — это как брак по расчёту: можно обойтись без страсти, но без уважения и какой-никакой игры по правилам не выйдет. А потом будет видно.

Контесса расправила плечи. Губы у неё подрагивали, словно она вот-вот скажет своё знаменитое «пф!». Но вместо этого кивнула.

— Мне нравится ваш цинизм, Алан. Его можно использовать как топливо, если дизель опять подорожает.

[1] Wunderbaum — тот самый ароматизатор в виде ёлочки.

[2] В английском языке это выражается как contessa вместо countess: разница незначительна, но весьма ощутима.

[3] Habeas corpus — фрагмент латинской фразы habeas corpus ad subjiciendum, содержательно — «представь арестованного лично в суд» (прим. Википедия). Конкретно этот фрагмент дословно означает «у тебя есть тело», что вполне можно использовать как намёк в фривольном контексте.

[4] TEU — двадцатифутовый эквивалент. Условная единица измерения вместимости грузовых транспортных средств. Основана на объёме стандартного 20-футового металлического контейнера.

Сцена 3. Проблемы приходят в пятницу

Пятница, 07 октября 2016 года

— Приятная пятничная свежесть, — не то промурлыкал, не то проворчал Алан Блэк, выйдя на балкон и обозревая белоснежную Белгравию, орошённую лёгким дождём. — Как объятие налогового инспектора. Холодно, неловко, но по закону.

Раздражённо цокнул языком: Элли бы оценила. И ему не пришлось бы сейчас разговаривать самому с собой. Да, сегодня предстоит связаться с детективом, узнать, что ему удалось обнаружить, но пока — утренний кофе и ворох газет на закуску. Свежих, вчерашних, да что там — за всю неделю. В октябре ему так и не удалось ещё добраться до прессы: каждый день был расписан под завязку. Только пятницу и удалось кое-как разгрузить. А в субботу слушание по очередному пустяковому делу и вечер у Ираиды Ван дер Страпп. Ах, да, ещё предстоит заглянуть на кладбище к старому сидельцу, не то мать будет скорбно вздыхать и обвинять в отсутствии сыновних чувств (вполне, между прочим, заслуженно — что обвинение, что само отсутствие).

Хорошо хоть сама не появится: будет петь в местном церковном хоре псалмы, в которые верует сердцем, но поступает при этом им всякий раз вопреки.

Закуска вышла прогорклой.

Первая же полоса The Times всё равно что плюнула в лицо:

«Премьер-министр Тереза Мэй объявила, что официальный запуск процедуры выхода из ЕС по статье 50 состоится не позже конца марта 2017 года»

— Ну конечно, — усмехнулся он, пододвигая к себе чашку. — Потому что если уж прыгать с утёса, то лучше в марте — свежо, бодрит. А пока можно трижды передумать, уволить половину кабинета и ввести визы в Шотландию.

Он просмотрел по касательной ещё пару статей, посвящённых Brexit, в очередной раз внутренне скорчил рожу в приступе тошноты, подумав над тем, какой недоумок вообще изобрёл это мерзкое словцо, и перешёл к Financial Times.

«Фунт стерлингов испытал flash crash на азиатских рынках…»

Алан едва не поперхнулся кофе.

— Стало быть, фунт внезапно осознал, что ему предстоит развод с континентом, и решил инсценировать нервный срыв. Примерно как Элли, когда я забыл о нашей годовщине этим летом. Что ж, по крайней мере он не бросал фотоальбомов в камин, а кольцо — в ванный слив.

The Guardian, в свою очередь, вернулся к теме выхода из ЕС и доложил, что суд должен решить, имеет ли парламент право голосовать по запуску статьи 50.

— А-а-а, вот оно как. Мы играем в демократию. Миленько. Через восемьсот лет после Magna Carta пришло самое время выяснить, нужно ли парламенту… голосовать. Восхитительный поворот в британской конституционности: всё основано на вежливых допущениях и чаепитиях.

Он вздохнул и выглянул за жалюзи в ответ на стук капель по стеклу — будто позвавший его, не вполне понимая зачем.

Скука.

Взял в руки Tatler, который приходилось выписывать не из прихоти, а чтобы следовать моде.

«Новая коллекция осень–зима: возвращение охотничьего твида!»

— Ага, идеально. Чтобы штурмовать продовольственные склады после падения фунта — с шиком. В твиде. Британия уходит в изоляцию, и делает это в защитных цветах.

Впрочем, хаки ему шёл. Стоило заказать костюм.

Он добавил заметку в блокнот на телефоне и отхлебнул из чашки. Поморщился.

— Грёбаный кофе. Похож на предвыборные обещания: горький, горячий и от него потом несварение. Какого дьявола фройляйн Шпигель не поменяла фильтр?!

Фройляйн Шпигель была, вопреки напрашивающимся гипотезам, не розовощёкой немецкой девчушкой, а дамой строгих правил и безукоризненного поведения. Происходя родом из Зальцбурга, она являла собой дисциплинированность прусской школы, говорила с акцентом австрийской элиты и произносила слова будто каждое из них — исключительно ценная фарфоровая ваза, которую ни в коем случае нельзя ронять.