Чтение онлайн

Но без этого шанса Антуан умрет.

На следующее утро сыпь покрыла все его тело, а лихорадка не думала отступать. Я видела такое в госпитале. Его бы точно посчитали безнадежным, и могильщик уже прикидывал, в какой стороне копать яму.

Господи, только бы все получилось!

Я никогда не была религиозной, а сейчас готова молиться всем богам.

Я принесла всё в его комнату — ампулу, прокипячённую иглу, спирт. Антуан не отреагировал на мое появления. На миг я подумала, что опоздала, пока из его горла не вырвался хрип.

Я обработала ему плечо, ввела иглу. Доза раствора ушла под кожу.

Всё.

Теперь оставалось ждать.

Я задремала рядом с ним сидя на стуле у его кровати. Не выпускала его руку из своей ладони. Казалось, пока держу и слышу его пульс под своими пальцами — он останется жить. Словно выдирала его из лап смерти.

— Файнштейн… ты прогуляла школу.

Я очнулась. Антуан смотрел на меня и попытался улыбнуться.

— Подумаешь, — отмахнулась я.

Я приложила пальцы к его шее. Пульс — ровный. Температура — почти нормальная. Пятна бледнели на глазах.

— Ты все же сделала это? — Антуан показал глазами на использованный шприц и пустую ампулу на столе.

— Пришлось тебе поработать подопытным кроликом.

— Теперь мое имя войдет в историю? Да?

— Обязательно напишу статью в научный журнал и упомяну твое имя, — пообещала я.

Антуан только фыркнул в ответ.

Я провела у постели Антуана остаток дня. Заварила ему свежего отвара. Тощему соседу, что жил теперь в моей бывшей комнате, дала несколько монет и послала на рынок за овощами. А потом сварила бульон, размяв картофелину с луком.

— Ну все, Файнштейн, иди. Мне правда лучше. Эльмар наверняка заждался в лаборатории. Передай ему, что подопытный кролик вполне жив и умирать больше не собирается.

— Я тебе и не позволю, — взъерошила я его волосы.

В лабораторию забежала на несколько минут. Эльмар только ахнул, взглянув на мое осунувшееся лицо.

— Немедленно спать. И плотный ужин с горячим чаем. А все остальное — завтра. Расскажете. А еще лучше — напишите подробный отчет. Но прежде скажите. У нас… получилось?

Эльмар замер, вглядываясь в мое лицо.

— Кажется… да, — произнесла я шепотом. До ужаса боялась сглазить.

Приют встретил меня запахом каши и гулом голосов. Дети ужинали, но, когда я показалась на пороге, повскакивали со своих мест.

— Мари-и-ка! — закричал Томас, — У нас ребёнок!

— В смысле? — я моргнула.

— Подкинули ночью. В корзине. Совсем крошечный. Весь замотанный. Жаклин его нашла. Он спал, а сейчас — орёт, как пёсик!

Я уже хотела броситься к младенцу, но застыла.

Я ведь могла притащить вирус на одежде.

— Я сначала вымоюсь, — пробормотала.

Переоделась в чистое. Грязную одежду свернула. Завтра утром обязательно нужно прокипятить. Обтерла руки до локтей и лицо спиртом.

Подошла к мадам Роуз и шепнула:

— Пожалуйста, скажите детям, чтобы пока не обнимали меня. На всякий случай.

Она кивнула. Всё поняла без слов.

Я поднялась в комнату и села за стол.

Открыла ящик, достала лист бумаги и аккуратно вывела:

«Констанс, мы сделали его»

От Констанса не было ответа несколько дней. Я даже усомнилась — получил ли он мою записку?

А потом все завертелось.

Получил послание доктор Леруа. Он и вызвал меня и профессора Эльмара в свой кабинет.

— Во дворце в восточном крыле заболели двое слуг, — сказал он без предисловий. — Я их осмотрел. Гнилая лихорадка. Их изолировали в отдельную комнату, но боюсь они успели пообщаться с половиной штата прислуги. Ваша сыворотка готова?

— Да… мы провели испытания… — начал говорить Эльмар.

— Нас срочно вызывают во дворец. Сколько доз вы можете предоставить? — прервал Леруа.

— Восемь, — запнувшись, ответил Эльмар, — я готов выехать немедленно.

— Не вы… баронесса Файнштейн.

Леруа посмотрел на меня.

Я всё это время стояла за спиной Эльмара. Он — руководитель эксперимента. Ему и принимать на себя ответственность. Хотя я была уверена: сыворотка работает. Мы проверяли её много раз. Но всё же… реакция организма могла быть непредсказуемой.

Я никак не ожидала, что выберут меня.

— Кто будет первым добровольцем? — чуть хрипло спросила я.

— Его Высочество Констанс Ардэнский. Он сам вызвался. Чтобы показать пример. Только так мы убедим остальных принять прививку.

Почему-то я не удивилась.

— Когда выезжаем?

— Немедленно.

В лаборатории я всё перепроверила. Ампулу готовила сама. Припасла спирт, шприц и иголку. Руки дрожали, как перед экзаменом.

Меня провели в личные покои принца.

Отвели комнату рядом с его. «На случай, если ночью потребуется осмотр», — пояснил слуга.

Когда я вошла, Констанс сидел у камина. Без камзола, в одной белой рубашке. Ворот расстёгнут, тёплый свет свечей колебался на его лице.

Он поднял глаза, и уголки губ изогнулись в мягкой, усталой улыбке.

— Готова? — спросил он.

У меня пересохло горло. Я только кивнула.

Он сел на край кресла, оголил плечо.

Я протёрла кожу спиртом, как учила практика.

— Расслабьте руку, Ваше Высочество, — прошептала я.

— Констанс, — так же тихо ответил он. — Когда мы наедине… называй меня просто по имени.

Я едва заметно кивнула и ввела иглу. Он даже не вздрогнул.

— Всё, — сказала я, промакивая кожу.

Он откинулся на спинку кресла. Некоторое время мы молчали. Я уже собиралась встать, как он вдруг сказал:

— Останься.

Я замерла.

— Просто… побудь здесь немного. Глупо, да? Но вдруг будет реакция. Я хотел бы, чтобы ты была рядом.

— Реакция может возникнуть через несколько часов. Пока не о чем беспокоиться.