Чтение онлайн

Смею сказать, что депрессивные расстройства у женщин, будь то вследствие менопаузы или психических нарушений маниакально-депрессивной природы, основываются на подлинной или временной фрустрации потребности в материнстве. У многих молодых женщин, например, возникает депрессия перед замужеством. Как сказала мне мать одной из пациенток: «У нее есть все, чтобы продолжать жить». Все изученные мною случаи свидетельствуют, что депрессивным состояниям предшествовал длительный период ухаживания с выраженным эротическим возбуждением, но без адекватной реализации, поэтому предстоящее вступление в, брак могло бы расцениваться скорее как разрядка напряжения, соответствующая сверхнасыщению, а не в качестве предвосхищения материнства. Пациентки ведут себя, как будто они истощили эротическую функцию и готовы умереть наподобие их отдаленных предков (насекомых и рыб), погибающих вскоре после осуществления материнской функции. Та же ситуация, по-видимому, превалирует в случаях послеродовых психозов, когда пациентки повторяют, что не испытывают материнских чувств к новорожденному и не переносят мужа. В отличие от психозов, связанных с менопаузой, послеродовые психозы и депрессивные состояния циклоидной природы представляют временное нарушение потребности в материнстве, которая обычно постепенно восстанавливается.

В свете этих данных я хочу подчеркнуть следующие положения. Во-первых, Танатос, или садистский инстинкт, овладевает женщинами, когда их жизнь, или эротический инстинкт, временно или постоянно претерпевает ограничение. Во-вторых, реакция, которая проявляется на ограничение, имеет ту же самую природу, что и у низших животных, умирающих вскоре после осуществления материнской функции. Поденка-самец умирает после спаривания, затем самка откладывает оплодотворенные яйца в воду. Некоторые виды лосося нерестятся только раз в жизни и вскоре погибают.

Другими словами, когда инстинкт жизни осуществил функции соединения полов и размножения, организмом овладевает инстинкт смерти, который влечет в изначальное неорганическое состояние. Согласно Фрейду, внутреннее влечение всей органической материи состоит в стремлении восстановить прежнее состояние, которое живая материя утратила под влиянием внешних, выводящих из равновесия сил. Что представляется очень простым процессом у низших организмов, выражается довольно искаженным образом при психозах, связанных с

менопаузой. Такова не только биологическая эволюция от низших видов к человеку, но и историческая тенденция развития сексуальных проявлений в западной цивилизации. Нам не следует забывать, что современные женщины испытывают трудности в свободном проявлении сексуальности на всех ее стадиях. Как я упоминал ранее, они вынуждены символически выражать побуждения, которые прежде проявляли искренне, без стыда и искажения. Бесплодная Рахиль сказала Иакову: «Подари мне детей, иначе я умру». Магнус Гиршфельд в монографии «Мужчины и женщины» рассказывает, что в Бомбее с утра до вечера его осаждали женщины: они не просили совета относительно предотвращения беременности, а спрашивали, каким способом можно гарантировать зачатие. Современная щепетильность и подавление сексуальности ответственны за выражение печали вследствие утраты способности к деторождению в форме депрессивного бреда и других искажений.

Тесное отношение между жизнью и смертью было всегда известно и описывалось теми, кто интересовался природой. Хэвлок Эллис, крупный авторитет в области сексологии, утверждает: «В большинстве природных явлений только тонкая вуаль разделяет жизнь и смерть». В книге Константина Уайера «Мужчина вглядывается в свое прошлое» герой описывает поведение жены в процессе коитуса: «Она взывала к уничтожению даже во время объятий. Я заметил, как она закрывала глаза, наверняка забывая о моем существовании, да и о собственном существовании, больше находясь во власти желания погибели, чем жизненного восторга. Я вспоминаю великий урок, преподанный мне лесом о непреходящей истине жизни, которая по природе величественное и трагическое смешение боли и наслаждения, или, если угодно, любви и смерти». Эта цитата из произведения непрофессионала не только подтверждает теорию Фрейда, но и наш взгляд, что в процессе зачатия женщина репродуцирует, или экфорирует, филогенетический опыт, хранящийся в памяти, когда коитус был началом конца, так сказать, предвестником смерти.

Я часто слышу от мужчин, что во время коитуса, особенно оргазма, некоторые женщины восклицают: «Ой, я умираю», или «Ты убиваешь меня», или «Убей меня». В хладнокровном состоянии они не могут объяснить своего поведения. Не таится ли возможность понимания этих мистических восклицаний в обращении к ситуациям, реально существовавшим в палеозойские времена и все еще наблюдаемым у некоторых организмов? Я считаю такое предположение оправданным. Более того, едва заметную грань между жизнью и смертью можно наблюдать при некоторых психических нарушениях и в жизни сенситивных индивидов, оставивших описания своих переживаний. Я сообщал о случаях, в которых явно продемонстрировал, что перед подчинением примату гениталий, т. е. перед нахождением объекта, значительное влияние на индивида оказывают садистские, или агрессивные, побуждения. Фактически вся социальная жизнь проходит под воздействием этих побуждений. Примером может служить важная роль, которая отводится спортивным занятиям в школах и колледжах.

Педагоги давно знают, что каждого студента следует обучать регулировать и сублимировать агрессивность и признаком хорошего здоровья является та или иная форма участия в спортивных занятиях. Большинство студентов, страдающих неврозами, редко интересуются спортом. Некоторые из них чувствуют свою физическую непригодность для участия в спортивных состязаниях. Сказанное явно выступает в жизнеописаниях наших выдающихся поэтов. Одно из лучших произведений, идеализирующих смерть и смирение перед ней, — поэма «Танатопсис», написанная в семнадцатилетнем возрасте Вильямом Брайантом. Гёте, Байрон, Шелли, Ките и особенно Поуп и Свифт в ранний период жизни были

одержимы инстинктом смерти. Двое последних так и не смогли преодолеть орально-анально- садистических компонентов. Короче говоря, нормальное развитие психосексуальной жизни предполагает обязательное овладение собственной агрессивностью посредством прямой, хотя и регулируемой реализации или путем сублимации. Другими словами, часто повторяемое утверждение, что критерием здоровья служат достижение генитальности и нахождение объекта, следует обусловить необходимостью обретения в ходе психосексуального развития господства Эроса над инстинктом смерти.

Думается, не будет преждевременным учитывать эти принципы в воспитании каждого ребенка, особенно мальчика. Если по некоторым причинам маленький мальчик в период аутоэротической или нарциссической фаз развития проявляет аномальные черты характера, следует провести коррекцию. Не у всех мальчиков нарушения приводят к неврозам, в ряде случаев возникают перверсии. Тогда индивид не только становится в тягость себе, но и представляет опасность для общества. Изученные мною перверсии всегда возникали из-за физических или эмоциональных фрустраций в раннем детстве, которые можно было бы скоррегировать правильным воспитанием.

Я уже рассматривал понимание Фрейдом неврозов с точки зрения структуры личности: эго, ид, суперэго. Давайте теперь проанализируем неврозы и психозы с позиций концепции об инстинктах жизни и смерти. Если вы вспомните о любом случае невроза, описанном выше, то признаете, что у пациентов происходит борьба между инстинктами жизни и смерти. Больные истерией неизменно пытаются с помощью симптомов вернуть себе блага, в которых им отказывает цивилизованное общество. Инстинкт жизни стремится к самоутверждению, и этим фактором объясняются трудности в управлении феноменом переноса. Пациенты, кажется, склонны связывать «свободно плавающее» либидо с любым, кто вступает с ними в контакт, что показывают их быстрые, но нестойкие реакции на всяческие формы психотерапии, проводится ли лечение опытными врачами или шарлатанами.

С другой стороны, у больных компульсивным неврозом борьба между инстинктами жизни и смерти протекает более явно. Пациент постоянно борется, так сказать, со своим отцом, чьей любви он жаждет, но чье агрессивное соперничество не в силах выдержать. Посредством защитных реакций в форме фобий, сомнений и обсессий он пытается примирить любовь и ненависть, и, хотя эротические компоненты присутствуют, они не столь очевидны и сильны, как при истерии. Мотив ненависти постоянно превалирует у компульсивных невротиков.