Чтение онлайн

99 Bosch A. Aus „Repatrianten“ wurden „Spezposelency“ // Heimat in der Fremde. Deutsche

aus Russland erinnern sich / Hrsg. R. Portner. — ECON Verlag, 1992. — S. 430–464.

(О репатриации см. с. 434–441)

и другие военные формирования. Из числа переселенцев создавали также

охранные и строительные отряды.

География расселения, статус, условия жизни административных пересе-

ленцев в Германии, Австрии и Польше еще недостаточно исследованы. Важно

также провести сравнение этой категории переселенцев с остарбайтерами. Так,

жители рядом расположенных поселений Ленинградской области оказались

в Германии в разном статусе. Немцы из Стрельнинской колонии были выселе-

ны как фольксдойче, а жители Новополья — как остарбайтеры. При этом не-

которые семьи русских и немцев были связаны родственными узами. О жизни

остарбайтера в своих военных дневниках пишет В.П. Фролова, у которой брат

был женат на Маргарите Эйдемиллер из Стрельны. Обе стороны общались друг с

другом, находясь в Германии94. Филипп Филиппович Гевейлер с женой Амалией

и сыновьями Виктором и Гербертом прошли через лагеря Кониц (Konitz), Штар-

гарт (Stargart), Шенлаге (Schonlage), Бергенриген (Bergenrigen), Штезен (Stesen),

округ Науенбург (Kreis Nauenburg). Августа Петровна Аман (дев. Куфель) ,

уроженка Ямбургской колонии Кингисепского района до войны проживала

в Стрельнининской колонии. Ее муж Матвей Яковлевич Аман был расстрелян

в 1938 г. В 1942 г. она с тремя детьми (Матвей, 1922 г. р., Елизавета, 1925 г. р.,

Луиза, 1929 г. р.) была вывезена на принудительные работы в Германию. Скон-

чалась в лагере для перемещенных лиц в Австрии 20 августа 1944 г., похоро-

нена в г. Брук. Мария и Елизавета Ульрих из Стрельнинской колонии, дочери

репрессированного Эдуарда Петровича Ульриха, умерли от туберкулеза в 1945 г.

в австрийском лагере.

Среди вывезенных жителей Стрельнинской колонии находился и Борис

Борисович Спасский ,немец (по матери). В 1943 г. мобилизован в германскую

армию и направлен на итало-югославский фронт. Из армии бежал, сражал-

ся в югославском партизанском отряде. Войну закончил в составе 1-й Совет-

ской ударной бригады югославской армии (командир А.И. Дьяченко). Осенью

1945 г. вернулся в Ленинград, поступил в Высшее пехотное училище. Дальней-

шие события были не менее драматичными. Ухудшение советско-югославских

отношений в 1948 г. повлияло на судьбу бывшего югославского партизана.

В 1948 г. его исключили из училища и перевели рядовым в воинскую часть.

Известно, что позже он находился в порту Ванино Хабаровского края, где умер

в 1950 г., по официальной версии от <<абсцесса брюшины>>.

В результате широкомасштабного наступления Советской армии, на-

чавшегося 12 января 1945 г., около 200 тысяч административных пересе-

ленцев из СССР не смогли покинуть Вартегау и оказались на территории,

занятой советскими войсками95. Наступавшая Советская армия и армия

союзников освобождали людей из лагерей. В зависимости от того, в чьей

зоне оккупации оказывалось угнанное население, во многом складывалась

дальнейшая судьба людей. В <<западной>> зоне оккупации было больше шан-

сов остаться в Европе.

94 Подробнее см.: Фролова В.П.Ищи меня в России: Роман. Дневники остарбайте-

ра. 1942–1945 гг. — СПб., 2005.

95 См.: Айсфельд А. Вартегау // Немцы России: Энцикл. Т. 1. — С. 321–322.

46 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.47

ных из Ленинградской области и 6 312 чел. — из немцев Поволжья. Первый ка-

раван доставил 1 135 ленинградцев в Усть-Енисейский, Дудинский и Игарский

районы, второй караван — 956 ленинградцев — в Ярцевский, Богучанский,

Кежемский, Эвенкийский и Туруханский районы101.

24 июня 1942 г. на станок Усть-Хантайка Дудинского района на Таймыре

была высажена первая группа в 105 депортированных немцев, среди которых

были и ленинградские немцы. К концу года здесь работало уже около 450 чело-

век, объединенных в колхоз <<Северный путь>>.

Зимой 1943 г. Усть-Хантайку посетила геологическая экспедиция из Ле-

нинграда. Со слов Виктории Асмус, встретившей инженера экспедиции, он вел

фотосъемку: <<Я фотографирую то, что здесь увидел: голод, отсутствие одеж-

ды, мороз, рабский труд беспомощных женщин, детей и стариков, землянки

в вечной мерзлоте, печки из валунов, коптилки и беспросветную обреченность

в глазах людей>>102. Сохранились ли те свидетельства ужаса, открывшиеся сво-

бодному человеку?

Об ужасных условиях жизни и работы немцев в рыболовецких колхозах

свидетельствует трагедия станка Агапитово Игарского района Красноярского

края, о которой сделала запись в своем дневнике Янкович Рута (1922 г. р.),

ссыльная из Латвии, работавшая в Усть-Хантайке.

<<27.02.43. Усть-Хантайка. Из Игарки (130 км) вернулись три финна, ко-

торые туда сбежали <…> они рассказали жуткую трагедию <…> Наш путь

лежал вдоль правого берега Енисея по льду. На станке Агапитово (45 км) мы

увидели палаточный городок, где в 30-местных палатках лежали примерзшие

к жердям и подстилке люди, в основном женщины, дети и меньше — стари-

ки. В палатках нет железных печек, не видны дрова и вообще признаки жизни

массы людей. Обходить все палатки нам было страшно — кругом трупы. И все-

таки „живого скелета“ мы нашли и узнали от него, что сюда перед самым ледо-