Чтение онлайн

Павел Синегоров - лучший ученик по всем предметам, но что касается гуманитарных и общественных наук, ему не было равных не только в классе, но и во всей школе. Лене по-настоящему интересно беседовать с ним, а в некоторых вопросах она признавала за ним первенство, ведь он с семьей прожил несколько лет в Аргентине, он и родился в Буэнос-Айресе. Его отец работал в ту пору в советском посольстве и был молодым дипломатом. Павел хорошо знал испанский язык, он даже один год проучился в местной школе, многое помнил и рассказывал Леночке о жизни в Латинской Америке. Он любил эту страну с ее неповторимой природой, яркими красками и очень веселым, доброжелательным народом. Леночка с удовольствием слушала его, она сама ни разу не бывала заграницей, если только не считать таковой Эстонию и Таллин, который она посетила в турпоездке еще в студенчестве.

Лена стала замечать, что Павел не торопится домой после уроков, а под любым предлогом дожидается ее, чтобы проводить до дома. Вот вчера была такая чудесная погода, впервые выпал снежок, все вокруг засверкало чистотой и воздух был как-то особенно свеж. На улице к ней подошел Павел, задал какой-то вопрос, затем попросил разрешения проводить ее до дома. Они шли, поддевая ногами опавшие листья кленов: красно-багровых и желто-зеленых, обильно обсыпанных чистыми, белыми хлопьями первого снега. Шли, никого не замечая вокруг себя, до самого дома Лены. С виду никто бы и не признал в них ученика с учительницей. С тех пор это стало раз от раза повторяться. Сначала, ничего не подозревающая Леночка, не придавала особого значения этим прогулкам с провожанием до дома, но вдруг стала замечать, что коллеги как-то по-особенному на нее смотрят, а женщины-учителя, которых в школе большинство, при ее появлении замолкают. Вокруг Леночки образовывался вакуум, полоса отчуждения. Даже АЭС и ОГО при встрече стали как-то не особенно улыбчивы и приветливы, чем прежде.

— Боже!
– чуть ли не стукнула себя по лбу Леночка, — Боже, они думают, что у меня шашни с учеником! Это было бы смешно, если бы не было так нелепо и совершенно недопустимо для меня. —

И она стала избегать Павла. После работы Лена старалась выходить из школы с кем-то из коллег, а затем, быстро отрываясь, заскакивала в свой автобус и уезжала. Это стало похоже на игру в «кошки-мышки». Павла не было видно, но Лена точно знала, что он наблюдает за ней где-то неподалеку.

Приближался новый 1994 год. В классе было решено устроить Огонек с дискотекой. Девчонки шушукались по углам по поводу нарядов, а ребята наблюдали за ними, лишь изредко отпуская свои двусмысленные шуточки.

После уроков Лена задержалась в классе и сидела за своим учительским столом, заполняя классный журнал. Она и не заметила, как дверь приоткрылась, в класс зашел Павел Синегоров и сел за первую парту слева от Леночки, прямо у самой двери. Он сидел так тихо, что она не сразу заметила его присутствие и только почувствовав на себе его взгляд, подняла глаза на Павла, который неотрывно смотрел на нее своими светло-карими глазами.

— Ты что-то хотел, Павел? — спросила Лена, едва скрывая свое волнение.

— Я хочу спросить Вас, Елена Николаевна, почему Вы избегаете меня? —

— Я не понимаю, о чем ты, Павел? Я работаю, по-прежнему, в школе, твоим классным руководителем. —

— Я о другом… Почему Вы избегаете меня после школы?

— Понимаешь, Павел, после школы я имею полное право распоряжаться собой, своей свободой, своим личным временем, наконец. — быстро подбирая нужные слова, ответила Леночка Павлу. А он смотрел на нее, не отрывая глаз, затем резко встал и вышел из класса. Лена облегченно вздохнула, но в ее душу запал его образ и грусть глаз, этого полуподростка, полувзрослого человека.

— И действительно, только люди с извращенным сознанием могут додуматься до такого. Роман с учеником!
– Леночке и в голову не могло прийти подобное.

— Как хорошо, что заканчивается полугодие, а там каникулы. Все наладится и Павел поостынет. Ну, не могла же я ему в глаза сказать, что боюсь сплетен о себе, как о старой деве, которая уже перешла на своих учеников. Это бы оскорбило парня, наверняка, у него и в мыслях нет ничего подобного. Завтра Новогодний Огонек в классе. Ну, а там, каникулы. Надо обязательно съездить к Ирочке, поздравить их с Любой с Новым годом. Люба говорила, что ей, как учительнице, обещали провести в дом телефон. Вот было бы здорово! Она могла бы звонить им, но ничто не заменит живого общения. А как было бы замечательно взять Иру в Москву на новогодние каникулы. Надо поговорить с Любой, думаю она будет не против. —

Опять новогодняя Москва вдруг вспомнилась Леночке: - Неужели год прошел… Сколько изменилось за этот год. –

На Новогоднем Огоньке Павла не было. От внимания Лены не ускользнуло, как поскучнели девочки, не найдя его среди парней. Особенно самая красивая девушка класса — Виолетта Макарова или просто Витта, как все ее называли. Дочь местного бизнесмена, одетая в дорогие импортные наряды, на зависть всем девчонкам класса, она явно была не равнодушна к Павлу. В присутствии Синегорова, Витта старалась обратить на себя его внимание. Лена вдруг ощутила себя чуть ли не старушкой, вспомнив свои школьные годы:

— Всего-то шесть лет прошло, а какие с ней перемены. Хотя в личной жизни перемен по-прежнему нет, как была одинока, так и до сих пор одинока. Наверное, ей пора смириться с этим и не париться по этому поводу. Даже на свадьбы ее не приглашают, а у замужних подруг уже дети и свои семейные заботы. Скоро Новый год, праздник, которого она стала побаиваться, есть в нем что-то магическое, каждый раз вспоминается: «Как встретишь Новый год, так и год пройдет». Вот и не верь в приметы. И, все же, ее уже нельзя назвать совсем одинокой… за этот год у нее даже появилась одиннадцатилетняя сестра. Но в личной жизни — провал полнейший. Конечно, в новогоднюю ночь она будет вместе с мамой, она не оставит ее одну ни за что. Надо посмотреть списки отъезжающих в Москву на каникулы ребят. Всего три дня они будут в Москве, а программа насыщенная: Третьяковка, Красная площадь с посещениями музеев Кремля. — Лена даже подготовила конспект по истории московского Кремля. Затем музей изобразительного искусства им. Пушкина, построенного отцом Марины Цветаевой. В списке была фамилия Павла Синегорова, почему-то именно этот факт заинтересовал Лену:

— Что за наваждение, он просто мальчишка! Да, умный! Да, признаю, высокий, стройный и симпатичный. Есть в нем налет столичности. Но почему я обращаю на это внимание? Я старше его на целых шесть лет! — А в подсознании промелькнуло: — И всего-то… Когда мне будет тридцать, ему будет всего двадцать четыре, на год старше меня сегодняшней. Нет, я не должна думать о нем, как о парне, с которым у меня возможны отношения. Я сама себя уважать не смогу, даже за мысли о нем. Но почему он на уроках так пристально смотрит на меня, не замечая никого вокруг? Витта вся из себя, такая модница-красавица, а он мимо нее смотрит. Нет, если еще раз зайдет разговор, подобный тому, мне все же придется сказать ему все напрямую. А что напрямую? Он ведь мне ничего не сказал, а только спросил, почему я избегаю его после уроков… Вот, ведь, воображение у меня! На пустом месте столько догадок. А на самом деле и нет ничего, да и быть не может. Фантазерка ты, Лена Крылевская и никакая ты не учительница и классный руководитель! Как была мечтательницей, так мечтательницей и осталась, хоть тебе и двадцать три года через месяц! —

Лена вспомнила, что свое двадцати двухлетие пропустила, так как пребывала в коме под неусыпным контролем Олега Ивановича.

— А у Олега Ивановича сын растет, в марте исполнится годик! Надо обязательно позвонить и поздравить, а лучше зайти к нему в больницу, чтобы передать подарок малышу. —

И опять красной нитью прошило сознание: — И чего это вдруг… у Олега Ивановича своя семья и зачем ему твой неожиданный приход и подарок с поздравлениями? —

Лена вся напряглась от подобной догадки: — Вот, если бы был жив папа, тогда — да! Можно было бы прийти в больницу вдвоем, а то везде глаза и уши персонала. Нет, не нужно и Олегу Ивановичу доставлять неприятности и питать завистников со сплетниками пищей для разговоров! Ты начинаешь обрастать комплексами старой девы. — Сама себе вынесла вердикт Леночка накануне нового 1994 года.

И вот позади два дня наступившего Нового года. Народ праздновал его со всей страной. Леночка вместе с мамой тоже отпраздновали вдвоем. О папе не говорили, это первый Новый год без него и слишком тяжело вспоминать эту утрату, когда у всех веселье и праздник.

А 2 января у Леночки в квартире чуть не случилось наводнение. У соседей наверху сорвало шаровой кран, а кроме старенькой бабушки в квартире никого. В ЖЭКе долго не брали трубку, затем посоветовали закрыть вентиль, пообещав прислать сантехника. Лена побежала в квартиру этажом выше, перекрыла кран, а затем стала вытирать пол большой тряпкой и выжимать ее в таз. Бабушка-соседка стояла рядом и из-за дряхлости была не в силах ей помочь. Пришла мама и они вдвоем с дочерью стали вытирать пол в четыре руки. Затем появился сантехник, отремонтировать кран, Лена только и успела подумать: