Чтение онлайн

Когда он проходит мимо меня, я удерживаю мужчину, схватив его за локоть. Придвигаюсь ближе так, чтобы это мог услышать только он, пока мальчики позади нас занимают своим места.

– Я не хочу знакомиться с…ней, - четко говорю в конце, ибо не знаю, как лучше называть эту женщину.
– Меньше всего хочется видеть ту, кто не мог терпеть мою мать.

– Успокойся, дитя.
– Его лица снова касается легкая улыбка. Он берет мою руку, сжимает ее, затем отстраняется, посмотрев через мое плечо в сторону сидящих.
– Все будет хорошо.

С этими словами он оставляет меня и спешит уйти, а я безмолвно пробурчав себе под нос, нацепляю на лицо спокойствие, разворачиваюсь и следую к столу. Кожу покалывает от колючих взглядов братьев. Придаю лицу как можно больше безразличия и усаживаюсь возле Эрика.

– Значит, ты и есть наша сестра, - заявляет деловито Лео, напыщенно вздернув подбородок и скрестив руки на груди.
– Я думал, ты более…изысканнее.

Выгибаю бровь.

– Чтоб быть вашей сестрой, я должна следовать каким-то требованиям?

– Нет, просто ты, - от одной мысли он морщит нос, - слишком простая. Твоя одежда - говорит об этом.

Я не тратила много времени на выбор наряда, и наугад в шкафу отобрала джинсы и белую блузку с открытыми плечами, делая акцент на то, что многие дамы предпочитают открытость в самых выразительных местах. А именно — ключицы.

– Простой быть не так уж и плохо. Я даже не стараюсь стремиться к величию, мне этого не надо.

– Тогда что ты здесь делаешь?
– Оба брата уставились на меня. Один из них нагло заострил внимание в районе груди. Паршивец.

– Дописываю до конца историю, парень, - с язвительным акцентом добавляю в конце, привлекая его внимание.
– Я много времени не отниму, только узнаю то, что тревожило несколько дней.

– Ты…

Он не успевает закончить свою мысль, как в столовой появляется две фигуры. Уныло поворачиваюсь в сторону вошедших, и в меня как будто что-то врезается, когда я узнаю в лице женщине знакомого собеседника. Та же ровная походка, гордая осанка и кичливые движения, зато за всей этой вуалью таится другие, более скомканные и зародившиеся новой жизнью, чувства.

Я привстаю с места, стоит нашим глазам встретиться. Я помню детально наш разговор. Помню все ее слова.

«С моим мужем нам многое пришлось преодолеть, доказать обидчикам, что сильны, когда вместе. И наша любовь спасла обоих. Только…я потом из-за ослепленной любви испортила жизнь своему единственному сыну, сделала так, чтобы он никогда не женился на девушке, что так сильно любил… Да и сейчас любит.»

Статность до сих пор ее красит, да и озорной, порой лукавый блеск не выдает ее возраст, добавляя перчинку молодости. Вокруг поселяется тишина. Неотрывно смотрю на нее, на женщину, посмевшая испортить жизнь моей матери и идти со мной в контакт обманным путем. Я следовала ее словам, но, стоило узнать, кто обладатель столь гнусного авторитета, все забывается по щелчку пальца.

– Здравствуй, Ханна. Рада с тобой снова встретиться, - ее громкий и резкий голос заставляет вздрогнуть. Сейчас она со мной разговаривает, как с какой-то глупой девчонкой, нежели с собеседником, позволяя себе расточительство признаний.

– Мама, когда ты уже успела с ней встретиться?
– недоумевает отец, посмотрев на женщину недоверчивым взглядом.
– Мы же договаривались…

– Я просто дала Ханне надежный совет, и вижу, он получил свои результаты.
– Она посматривает с весельем на парня, вставший позади меня.

Мужчина попеременно оглядывает нас, прикидывая, насколько возможен рост непредвиденной ссоры, только быстро берет себя в руки, и как прежде улыбается фирменной улыбочкой.

– Давайте немного успокоимся и все же присядем за стол. Мама, прошу.

Я плюхаюсь обратно на стул и собираюсь помассировать лоб, как рука парня меня останавливает. Пальцы Эрика начинают поглаживать бедро, успокаивая и помогая собраться с мыслями. Эмоции не помогут быть хладнокровной. Благодарно улыбаюсь ему и поверх кладу свою вспотевшую ладонь, слегка сжимая.

Служащие нарушают нашу безмолвную идиллию и ставят перед каждым сидящим за столом блюда, расставляют салаты и закуски, подливают каждому, кроме молодых людей вино, я же на все это смотрю бегло, заостряя взор на центр стола.

— Ханна, представишь нас?

Все присутствующие отрываются от своих блюд.

Скептически выгибаю бровь, но все же, прочистив горло, выдавливаю:

— Эрик, это…

— Аманда Кэмпбелл, — заметив мою паузу, вставляет. Стискиваю челюсть.

— Да. Миссис Кэмпбелл, это мой парень — Эрик.

— Что за формальности. Можешь меня называть просто бабушка.

Я ничего ей не отвечаю. Вместо этого интересуюсь другим вопросом.

– Можно узнать, зачем вы тогда ко мне подошли? Что вы хотели?

Женщина медленно поднимает голову.

– Хотела помочь. Я видела вашу сцену, и не хотела тебя оставлять в таком отчаявшимся положении.
– С снисходительной черствостью смотрит на Росса.
– К тому же. Ты моя внучка, я не могла смотреть на то, как тебе бросают грязь в лицо.

Хмыкаю на последнее заявление.

– Внучка?
– тихо повторяю.
– Кто-кто, ну уж точно я вам не внучка. Я узнала обо всех вас спустя восемнадцать лет. И мне такое говорит человек, посмевший разрушить судьбу двух любящих людей.

– Понимаю. Ты зла. Я тоже теперь не могу простить себя за такую вольность.

Еда на тарелке выглядит пусть и убедительно вкусно, вот только звуки желудка не заглушают удары моего сердца. Я и не заметила, как дыхание участилось и меня всю затрясло под давлением участившегося пульса.

– Мне все равно, - честно выдавливаю из себя и обращаюсь к отцу: - Я пришла сюда поговорить начистоту. У меня есть всего несколько вопросов. И после этого я уйду.

– Я думал, ты останешься на десерт…

– Нет!
– останавливаю его мольбу.
– Здесь не мое место. Меня ждет мама. Поэтому хочу узнать все, что случилось до моего рождения.

Тянусь за своим бокалом, отпивая пару глотков, для того чтобы сбавить засуху в горле. Нервная почва - не лучший попутчик при разговоре. Через несколько секунд в теле спадает напряжение, уступая место расслабленности, хотя я все еще держу ухо востро.