Чтение онлайн

— Больше всего в учебниках тебя поразили дома?

— Это странно?

— Немного. Непохожие друг на друга люди, разнообразие животных видов, причудливые растения, природа — это понятно. Но дома.

— Люди, животные и природа — это единственное, что у меня было в детстве. Поэтому да, дома.

— А почему черный цвет, Альваро?

— Я могу у тебя спросить то же самое.

Она засмеялась.

— Да, но спрашиваю я у тебя! Почему так много чёрного?

— Это цвет, который слишком. Он всем подходит, но некоторых меняет до неузнаваемости. Он всегда заметен, но когда нужно, в нем можно спрятаться. В нем нет ничего, даже других цветов. Ты должна это знать.

— Ну конечно, черный — это отсутствие всех остальных цветов.

— Именно.

— Мне безмерно нравится, что ты разделяешь цвет и свет. — Девушка говорила медленно, рассматривая его.

— Это какие-то профессиональные фотографические термины?

— Нет. — Она посмеялась и повернулась набок, чтобы лучше его видеть. — Когда я сказала семье, что хочу покрасить стены в комнате черным цветом, мама сказала «ты что, будет темно!»

— Это не логично или что?

— Ну, смотри, ты любишь солнечный свет, но в твоей комнате черные стены. По такой логике все стены этого дома должны быть белыми. Чтобы было светло.

— Я никогда об этом не думал, но ты, кажется, права. — Альваро в своей обычной манере спрятался за пустым взглядом перед собой, всматриваясь в темноту. Через пару минут он повернулся к девушке, которая всё это время терпеливо ждала его возвращения.

— Ты сам замечаешь, как иногда выпадаешь из разговора?

— О чём ты? — он приподнял бровь.

— Иногда ты вот так погружаешься в мысли. Просто сидишь и смотришь прямо перед собой, с таким лицом, будто увидел свет посреди тьмы.

— Я думал, чего бы ещё у тебя спросить. — Он беззвучно засмеялся.

— И что придумал?

— Ммм… Какой твой любимый фильм?

— Их много.

— Книга?

— Их тоже много.

— Ладно, я понял. Я узнаю об этом в неподходящий момент, и как обычно удивлюсь.

Она посмеялась нежным бархатным смехом, словно флиртовала с самым красивым мужчиной в мире.

— Но у тебя не получится удивить меня ответом, если я спрошу какой твой любимый цвет?

— Не удивишься, чёрный.

— Твой любимый запах?

— А здесь я удивлю даже себя, ответив, что это аромат корицы. — Она поставила свою тарелку рядом с его и подняла взгляд. Мужчина скромно, почти смущённо, улыбался.

— Любимые цветы?

— Пионы. Темно бордовые пионы. — Она отпила вишнёвого сока из стакана. — Ты не узнаешь ничего важного, задавая такие тривиальные вопросы.

— Хм, что, по-твоему, не тривиальные вопросы?

— Не знаю, что-то, что действительно интересно. Например, какое твоё любимое место на земле?

— Ты знаешь, ты была там.

— Ммм, площадка в горах, почему?

Он задумался, рассматривая отражённые на поверхности стола огоньки гирлянды.

— Это сложно объяснить. Я ощущаю там бешеную энергию, именно там. Солнце, могущество гор, которые окружают. Они достаточно высоки, чтобы возвышаться над тобой до небес. Но достаточно близки, чтобы давать жизнь растениям на своих пиках. Это не мертвые холодные скалы, это живые зелёные вершины. — Он снова молчал долгое время. — А твоё?

— Я посмотрела ещё не все места на планете, чтобы выбрать любимое.

— Снова ускользнула от ответа. — Он ухмыльнулся и помотал головой.

Девушка кокетливо засмеялась, поудобнее усаживаясь в кресле.

— Как бы ты отреагировал, если бы я сказала, что мои любимые цветы розы?

— Такого не могло быть.

— Почему?

— Ты не можешь любить эти цветы.

— Только потому, что ты так хочешь?

— Да. Но ты не сочетаешься с ними.

— Значит, будь это так, было бы проблемой?

— Не было бы, потому что такого не могло быть.

— Понятно, ответа, который хоть что-то прояснит, не будет. — Сказала девушка на русском, недовольно скрестив на груди руки.

— Какой ответ ты хочешь? — невозмутимо спросил Альваро. Лидия уставилась на него с удивлённым выражением лица.

— Ты ведь не знаешь русский?

— Нет, только несколько фраз. Но я немного чувствую его.

— Как это, чувствуешь?

— Русский очень похож по звучанию на болгарский. Думаю, если ты услышишь болгарский, то тоже поймёшь хотя бы пару слов, созвучных с русскими.

— Так, скажи что-нибудь! — Девушка села на кресле, спустив ноги на пол. Она оперлась руками в колени и приготовилась внимательно слушать.

— Какво мога да кажа? От много години не говоря родния си език. *(Что я могу сказать? Я много лет не говорил на родном языке.)

— Но я поняла практически всё! Значит, ты должен хорошо понимать русский!

— Ну, это так. Я не могу на нём говорить, но понимаю многое. Так что, деловые переговоры в России — это всегда весело для меня.

— Люди думают, что ты не понимаешь, и говорят лишнее? — Она понимающе покачала головой.

— Именно. Это моё преимущество. Многие, думая, что я совсем их не понимаю, начинают обсуждать свои коварные бизнес-планы при мне по-русски. Пару раз я отказывался от сделок, услышав гадости прямо перед подписанием документов.

— Ты столько раз говорил мне, что не понимаешь русский, злился и просил говорить по-испански!

— Мне действительно сложно тебя понимать. На русском ты чаще ругаешься, так что вряд ли это литературные выражения.

Девушка засмеялась, спрятав на несколько секунд лицо руками.

— Когда ты покинул Болгарию?

— Двадцать один год назад.

— Тебе было восемь, верно?

Мужчина кивнул.

— Хочешь рассказать мне, как оказался здесь?

Он, пораздумав, отрицательно покачал головой

— Это тоже грустная история?

— Грустная, жестокая и я не люблю это вспоминать, Ли. — Он отвернулся.

— Ладно, я не заставляю. А что ты делал в Сибири?

Он молчал, пожевывая нижнюю губу.

— Значит, и это не расскажешь?

— Расскажу, но не сейчас.

— Я поняла, что ты мне всё ещё не доверяешь.

— Я не доверяю никому, прости. По-другому я не умею.

— Не все люди враги, Альваро. Все люди — твари, кто-то больше, кто-то меньше. Но не все враги.

Мужчина посмотрел на девушку так, словно хотел прочесть её мысли. Прищурив взгляд, и совсем не моргая, он раздумывал о её словах. Лидия продолжила говорить, обняв себя руками за плечи.

— Извини, но я не буду держать в себе то, что хочу сказать. Даже если знаю, что тебе не понравятся мои слова.