Чтение онлайн

– Ты слышала это, детка? – обратилась я к Прешес. – Он назвал тебя «животным». – Прешес наградила меня взглядом, в котором явно читалась гордость, а затем перепрыгнула на колени к Шону Райану.

– О'кей, тут говорится, что каждый человек, который берет себе бродячее животное, должен известить об этом с помощью почты или объявления в газете. Необходимо описать животное – его цвет, особые врожденные или приобретенные приметы. В противном случае он не получит возмещения всех расходов, которые могли понадобиться для…

– Вот что, продолжайте, пожалуйста, по-английски, – перебив Шона Райана, попросила я, не в силах воспринимать официальный язык.

– Ну хорошо, тогда подождите… – Мы ждали, пока Шон Райан прочтет весь закон. – Вообще-то это не совсем нам подходит. Это больше касается тех случаев, когда нашедший пожелает выставить животное на продажу в течение трех месяцев. Прежде чем получить деньги с владельца, он должен уведомить его о своих расходах.

– Но это же нелепо, – сказала я. – Как будто речь идет о каком-то скоте.

– Думаю, речь и идет о скоте, – сказал Шон Райан. – Хотя нет, вот тут что-то еще… Ага, тут написано, что на вопросы о потерянных и найденных домашних животных не так-то легко дать законный ответ.

– М-да… – промямлила я.

Шон Райан улыбнулся и отвел от лица прядь волос.

– Ну и ладно, зато есть один простой закон, выработанный судебной практикой, который утверждает, что тот, кто может доказать свои права на владение животным, тот и является его хозяином. Суд также может учесть и другие факторы, однако если нашедший животное человек заботился о нем и…

– Да всего неделя прошла, о чем тут говорить, – вздохнула я.

– …учитывая, сколько усилий его прежний владелец приложил к тому, чтобы его найти…

Я покачала головой.

– Да нисколько!

– …также в расчет принимается то, сколько средств вложила каждая из сторон в заботу о животном.

Я забрала у него Прешес.

– Ладно, хватит возиться с компьютером, – сказала я Шону Райану. – Настала пора придать этому «животному» новый облик.

Шон Райан поднял брови. Он уже успел закатать рукава рубашки, а я надела на него черную накидку с надписью «Салон де Паоло», выведенной золотыми буквами.

– Советую вам сделать это. Иначе ваши руки тоже окрасятся в черный цвет.

– О'кей-о'кей, – медленно произнес Шон Райан. Взяв у меня резиновые перчатки, он сильно растянул одну из них, а затем со щелчком выпустил ее из рук.

– Что вы делаете?!

– Мне всегда хотелось попробовать это – как в одном из медицинских шоу на телевидении, – объяснил он.

Я еще раз встряхнула флакон-аппликатор.

– Ладно, давайте перейдем к делу, у нас не так много времени. Ваша задача – не давать Прешес слизывать краску. Просто крепко держите ее, только не сотрите притом краситель.

– Понятно, – сказал Шон Райан. Он начал надевать перчатку, но ее пальцы наполовину склеились.

Поставив флакон с краской, я забрала у него перчатку и надула ее, как воздушный шарик. Когда перчатка раздулась почти вдвое, я выпустила из нее воздух и отдала ее Шону Райану.

– Bay! – воскликнул он. – Думаю, вам цены нет на вечеринках по поводу дня рождения. А вы можете делать животных из шариков?

Не обращая на него внимания, я надула и вторую перчатку. Передав ее Шону Райану, я водрузила Прешес на стол перед собой. Собака спокойно подняла на меня глаза.

– А сколько примерно времени мы тут проведем? – поинтересовался Шон Райан.

– Ну-у… Трудно сказать, – ответила я. – Шерсть у нее довольно грубая, стало быть, не исключено, что она плохо поддастся окрашиванию, но так как совсем недавно я уже ее красила, процесс впитывания красителя может пойти быстрее.

– Излагайте, пожалуйста, по-английски, – съязвил Шон Райан.

– Да не знаю я, что еще сказать, – пожала я плечами. – Проверять, как подействовала краска, я начну через тридцать минут, но может потребоваться и сорок. Нам надо добиться того, чтобы Прешес выглядела, как натуральная брюнетка.

– Боже правый! – воскликнул Шон Райан.

Я начала с задних лапок Прешес и двинулась вперед. Благодаря длинному наконечнику аппликатора красить собаку оказалось так же просто, как и человека. Я сделаю пробор и проведу по нему кончиком аппликатора, а затем распределю краску по всей длине шерсти. Делать это я буду рукой в перчатке, внимательно следя за тем, чтобы ни единая шерстинка не осталась непрокрашенной. Этим делом я занималась почти всю жизнь – с окончания школы, так что работала я быстро и эффективно.

Когда я нанесла половину краски, собака начала отряхиваться. С людьми такого, кажется, никогда не происходило. Капли краски разлетались во все стороны.

– Сделайте же что-нибудь! – закричала я.

Шон Райан одной рукой провел по черному пятну красителя на своей щеке, но добился лишь того, что на коже осталась черная длинная клякса.

– Ну разумеется, – сказал он. – Только что сделать? Есть предложения?

– Просто постарайтесь держать ее на месте, – попросила я. – Я потороплюсь.

Наконец я закончила. Шон Райан глубоко вздохнул.

– И что теперь? – поинтересовался он.

– Теперь крепко держите ее, а я сотру краску с вашего лица, пока она не въелась в кожу.

Когда я вернулась с ватным тампоном и флаконом «Клинтач» для смывания краски с кожи, Шон Райан держал Прешес за передние лапы и пел ей песенку «Девяносто девять бутылок пива на стене».

– Это поможет, – обнадежила я. Смочив ватный тампон лосьоном, я потянулась к лицу Шона Райана.

Он перестал петь.

– А что это за жидкость? – спросил он. – Не то чтобы я не доверял вам, но все же…

Прешес приготовилась отряхнуться.

– Не останавливайтесь! – приказала я.

– «Спусти одну вниз!» – пропел Шон Райан. У него был приятный сильный баритон, разве что не слишком ныразительный.

– Это всего лишь жидкость для стирания краски. – Я стала тереть пятнышко у него на носу. – Правда, мой отец говорит, что для этой цели он всегда использовал сигаретный пепел, но сейчас все-таки другое время. Кстати, отлично стирает пятна и зубная паста.