Чтение онлайн

у тебя их и нет.

Вспыхнул быстрый нежаркий спор, который остальные пропустили мимо ушей. Двое

других стражников протянули фляги за добавкой сока, и один из них спросил, что

намечено на завтра.

– Не знаю, – ответила я. – Думаю, охота, но не допоздна. Насколько я понимаю, многие

гости утром уезжают. Довольно скоро замок снова опустеет.

– Очень плохо, – заметил другой, подавляя зевоту. – Мне нравится весь этот переполох.

– Это было забавно, – согласился Шорро, внезапно прервав стычку с Клуатом. – Все эти

милые горничные из Трегонии...

– Проклятие, Шорро, ты можешь думать о чем-нибудь другом?

– О чем еще здесь думать, спрошу я вас?

Я рассмеялась вновь начавшимся пререканиям и подняла свободную руку в знак

прощания.

– Спокойной ночи, друзья. Рада была снова вас увидеть. Я как-нибудь еще зайду.

Все попрощались, и я ушла. Задержавшись у фонтана, я примостилась на каменном

бортике и вымыла кувшин под падающей водой. Разноцветные лампы прошлых ночей

сегодня не горели, но я довольно хорошо видела в свете четвертинки луны, с ленивой

развязностью лежавшей в бархатной колыбели ночи. Легкий бриз был теплым и влажным,

как в разгар лета, но за жарой проявлялись слабые хрусткие ноты осени. Она уже близка.

Я не стану сожалеть о ее приходе.

Я задержалась у фонтана не более пяти минут, затем встала и поднялась по парадной

лестнице в замок. Двое стражников у дверей уже спали.

166

167

Глава 16

Я помчалась по главному коридору, вверх по задней лестнице, вверх, вверх по всем

лестничным пролетам, пока не оказалась под самой крышей замка. Как всегда, здесь

слышались приглушенный гул и пощелкивание, которые алиоры издавали во сне. Звуки

сегодня были тише, чем обычно; полагаю, из-за того, что они устали. Алиоры работали с

рассвета до полуночи. Одевали знатных дам, украшали просторные залы, подавали вино,

прислуживали на пиру и, должно быть, едва освободившись, без сил свалились на свои

тесные постели.

Я немного постояла перед занавешенным входом, прислушиваясь к еле различимому

хору спящих. Затем сняла золотой ключ с крючка за дверью и вошла в зал.

Я ступала меж охваченных сном алиор, пока не заметила ту, которую искала. Прежде

мне не доводилось никого из них будить. Кто знает, вдруг при резком пробуждении они

вскрикивают или пугаются. Я положила руку ей на плечо и слегка встряхнула.

– Крессида, – позвала я.

Проснувшись, она тут же, совершенно беззвучно, одним движением оказалась на ногах.

Только что спала мертвым сном, и вот уже, суровая и молчаливая, стоит рядом, вопрошая

всем своим видом. Ее глаза казались огромными в льющемся через окно лунном свете.

Я показала ей зажатый между большим и указательным пальцами ключ и выдохнула:

– Дай руку.

Крессида, не двигаясь, продолжала пристально на меня смотреть.

Я нетерпеливо потянулась к цепи, соединяющей оковы на ее руках. Алиора скрестила

запястья на животе и покачала головой.

– Стражники, – шепнула она. – У дверей и у ворот.

– Спят, – заверила я. Ее взгляд посуровел. – Я могу отомкнуть кандалы. Могу вывести

вас к внешним воротам. Дальше я уже не помощник. Сможете ли вы сами оттуда

продолжить путь?

– Все мы? – уточнила она.

– Все до единого.

– Сколько сейчас времени?

– Около трех утра. Через три часа проснутся остальные слуги, но, думаю, никто из

хозяев не позовет вас по крайней мере еще полдня.

– Через три часа мы будем уже далеко на пути домой.

– Тогда не станем терять больше времени, – заметила я и вновь потянулась к цепи. На

сей раз Крессида позволила мне приподнять ее руки так, чтобы я смогла разглядеть замок

и вставить ключ в маленькую замочную скважину.

Первое кольцо распалось на половинки и слетело с руки.

Крессида подавила тихий вскрик, когда металлический браслет свесился на цепи и

ударил ее по бедру. Звук был так тих, что трудно понять, как кто-то мог его услышать, но

неожиданно все вокруг нас пришло в движение. Алиоры приподняли головы над

тюфяками и начали задавать вопросы своими тонкими голосами.

– Тихо, – скомандовала Крессида, и наступила полнейшая тишина. Один за другим

алиоры садились или вставали, и все они смотрели на нас.

– Теперь другую руку, – спокойно проговорила я, и она мне ее протянула. Вскоре и эту

руку освободили от оков. Крессида резко встряхнула запястьем, и цепь с еле слышным

звяканьем свалилась на каменный пол. Все в комнате ахнули, вскричали, а затем внезапно

снова наступила мертвая тишина.

– Собери все необходимое, – обратилась я к Крессиде. – И объясни остальным, что мне

можно доверять. Надо торопиться.

Кто-то либо уже все понял, либо внушил себе надежду на скорое освобождение, и с

полдюжины алиор, протянув руки, выстроились передо мной в ряд. Я торопливо

167

168

передвигалась от одного к другому: два быстрых поворота ключа, звук падающего металла

– и готово. Кругом поднялась поспешная целеустремленная суета – это Крессида и только

что освобожденные алиоры собирали в дорогу одежду, обувь, фляги с водой и прочее

необходимое.

– Я не успела стащить вам еды, – сказала я Крессиде через плечо. – Не думаю, что было

бы мудро заходить на кухню.

– Мы сможем прокормиться. Когда доберемся до леса.

Наконец упала последняя цепь. Около моих ног высилась груда открытых кандалов. Я

снова повернулась к Крессиде:

– Вы будете пешком. Они же станут преследовать вас на лошадях.

Она улыбнулась сказочной, особенной улыбкой, которую прежде я не видела у нее на

лице. Но ведь и причин для ликования у Крессиды раньше не было.