Летние дни в замке Оберн
Шрифт:
– Но я писала Элисандре. Я знаю, что она бы не забыла, – сказала я, слегка шмыгая
носом, хоть и старалась не заплакать. – Эта ужасная женщина специально увезла ее прочь.
Джексон пожал плечами:
– Может, и так. Кто знает? Я поговорю с ней, когда вернусь.
– Когда вернешься?
– Утром я отправляюсь на Файлинскую ярмарку.
– Но дядя Джексон! Я тебя почти не видела! Когда тебя ждать обратно?
Он несколько рассеянно обнял меня:
– Возможно, через месяц. Я собираюсь еще поохотиться.
65
66
Я отпрянула и уставилась на него, разинув рот. Он часто покидал замок во время моих
визитов, но обычно задерживался на достаточное время, чтобы убедиться, что я
устроилась как следует.
– Дядя Джексон… – снова начала я.
– Понимаю, – сочувственно произнес он. – Не самый удачный замысел. Обещаю, что
заглажу свою вину.
Когда он ушел, я уснула в слезах, хоть и была уже слишком взрослой для подобных
глупостей. Я думала лишь о том, насколько лучше мне было бы оставаться в деревне,
соперничая с Милеттой за любовь бабушки. Если я здесь никому не нужна, зачем вообще
было приезжать?
Но наутро все выглядело получше. Едва открыв глаза, я увидела тонкую фигуру
Крессиды, бесшумно передвигающуюся между моим багажом и шкафом. Она
развешивала одежду.
Я села в кровати и позвала ее по имени. Алиора подошла и устроилась рядом.
– Доброе утро, Кори. – Ее нежный, тихий голос обволакивал, словно теплый летний
дождь. – Только посмотри на себя! Ты так выросла за зиму.
Я засмеялась и выпрямилась, чтобы продемонстрировать свою недавно
сформировавшуюся грудь.
– Я выросла еще на целый вершок, но надеюсь, это последний. Я становлюсь слишком
высокой.
– Нельзя быть слишком высокой, – возразила Крессида. Она по привычке протянула
руку за щеткой и начала распутывать мои локоны. – Хорошо, когда женщина может
посмотреть мужчине в глаза. Тогда ей не страшно сказать ему то, что она на самом деле
думает.
Я снова засмеялась.
– У меня и так с этим трудностей нет.
Она улыбнулась.
– Это точно. Так что еще произошло, пока тебя не было? Что с этой девочкой,
Милеттой? Она все еще там?
Одно лишь присутствие алиоры, ее голос, успокаивающие прикосновения рук к моим
волосам делали меня счастливее, чем я была с тех самых пор, как покинула бабушкин дом.
Я рассказала Крессиде о Милетте, о некоторых зельях, которые выучила, и о деревенских
мальчишках, которые заигрывали со мной в прошедшие месяцы.
– А что здесь? Как у всех дела? – спросила я. – Как Элисандра?
– Как всегда, прекрасна. Она очень расстроилась, поняв, что не встретит тебя, но они
должны вернуться через день или два. У нее новая горничная, скромная, тихая малышка,
но очень предана Элисандре и, кажется, облегчает ей жизнь.
– А как Кент? Мэриан? Анжела? Как у них дела?
– Кент с каждым днем становится все больше похож на отца – раздается в плечах как
настоящий мужчина. Мэриан и Анжела все такие же глупышки, но взрослеют – совсем как
ты.
– А Брайан?
Крессида с минуту помолчала, а затем отложила щетку.
– Брайан все такой же. И даже больше обычного, – последовал мало что прояснивший
ответ. – Трудно поверить, что на следующий год он станет королем. Тебе пора мыться. Я
приготовлю платье.
Сорок пять минут спустя я, умытая и голодная, сидела в небольшой столовой, где
накрывали для тех, кто завтракал не в своих комнатах. Я припозднилась и думала, что
никого уже там не встречу, однако только принялась за еду, как вошли Кент с отцом.
Лорд Мэттью едва удостоил меня кивком и, стоя возле буфета, принялся нагружать
свою тарелку, зато Кент подошел и обнял меня.
66
67
– Встань-ка, – велел он, поднимая меня со стула. – Ты только посмотри! Повернись.
Невероятно! С каждым годом ты все больше походишь на сестру.
Не было комплимента, который сильнее бы меня порадовал. Я сделала быстрый
реверанс и в свою очередь оглядела Кента. Его темные волосы, похоже, были недавно
подстрижены, потому что черты лица смотрелись резче и суровее, чем я помнила, а взгляд
серых глаз казался более открытым. В то время как я стала выше, Кент, казалось, раздался
в плечах, хотя по-прежнему оставался стройным и подтянутым. Крессида была права:
тощий серьезный юнец превратился в задумчивого и рассудительного мужчину.
– Ты повзрослел, – заметила я.
Он улыбнулся:
– За всю зиму ты не смогла придумать ничего приятнее?
– Стал старше, мудрее, а еще представительнее и краше, – исправилась я. – Так лучше?
– Намного. Ты еще не закончила завтракать? Я посижу с тобой.
Это заставило регента бросить на нас взгляд:
– Через несколько минут ты мне понадобишься, Кент.
Кент кивнул:
– Я сейчас приду.
Лорд Мэттью, казалось, собирался что-то добавить, но не стал и отставил свою тарелку,
съев все, что хотел, за какие-то три короткие минуты. Не проронив больше ни слова, он
вышел из комнаты.
– Что-то не так? – спросила я.
– Что-то всегда не так, когда пытаешься править королевством, – беззаботно отмахнулся
Кент.
– Например?
Он задумчиво посмотрел на меня, как будто не был уверен, что меня это на самом деле
интересует.
– Восемь провинций находятся под управлением сильных наместников, всегда
уважавших моего отца. Через год на трон должен взойти двадцатилетний горячий парень.
Кое-кто из наместников не хочет, чтобы ими правил новый король, и не особо стесняется,
выражая свое мнение. Все это не добавляет Брайану спокойствия. Мой отец делает все
возможное, чтобы всех примирить. Этот год был очень интересным.